Ночь любви в противогазе - Дарья Калинина

— Выходит, в упаковке из-под анальгина было что-то другое…? Наркотик?

— Покажи мне эти таблетки!

Мариша послушно вытащила их из кармана и протянула Алине. Одновременно она вспомнила про еще одну упаковку и достала ее тоже. Алина долго рассматривала, поднимала к свету и даже нюхала таблетки, но потом озадаченно призналась:

— Ничего подозрительного не замечаю.

— Я тоже.

— А на вкус как?

— Немного странный вкус. Я еще тогда подумала, что у обычного анальгина не может быть такого вкуса.

— Но на вид все, как обычно!

— Так на это и надежда! — воскликнула Мариша. — Очень удобная штучка. Положил себе в карман, ни один сыщик не заподозрит, что вместо дешевеньких таблеточек у тебя в кармане наркотик.

— А что ты чувствуешь?

— Прилив сил, — принялась перечислять Мариша. — Легкость в ногах! Мне кажется, я способна теперь таскать тяжести весь день. Ну-ка!

И чтобы проверить свою догадку, она тут же схватила стоящий на окне горшок с огромной монстерой и шутя подняла его в воздух.

— Обалдеть! — поразилась Алина. — Мы эту монстеру с мамой вдвоем переставляем. Да еще кряхтим всякий раз. А ты раз! И подняла! Потрясающе!

— Хватит потрясаться. Лучше думай, что мы будем делать со своим открытием?

— А что?

— Надо сообщить о нем следователю! Шутка ли, такая информация!

— Ты думаешь, эти таблетки как-то связаны с нашей историей?

— Не знаю, как и каким образом эти таблеточки связаны со смертью Тани Рябовой или Толика, и даже не уверена, что они вообще как-то связаны. Но вдруг?! Мы не должны упускать ни одного шанса!

Предложение Мариши ее подруга восприняла положительно. Вот только Алине нужно было отправляться на тренировку. И пришлось Марише тащиться к следователю одной. На всякий случай, еще на подходе к отделению, она оторвала еще одну таблеточку и положила себе в карман. Не для того, чтобы подсесть на этот наркотик, а по природной запасливости, на всякий пожарный случай.

Конечно, Мариша очень рисковала, идя к следователю. У того могли возникнуть вопросы по поводу того, что делала Мариша среди ночи в личных апартаментах Леопольда. Да еще учитывая, что самого Леопольда к утру нашли на полу его комнаты мертвым.

Но неожиданно для Мариши следователь оказался сама доброта. О смерти Леопольда он еще ничего не знал, и потому выслушал Маришу очень внимательно. И таблетки у нее взял, пообещав, что как только получится, сразу же присоединит их к делу. И что-нибудь обязательно придумает, чтобы послать их на официальную экспертизу.

— А когда вы их туда пошлете?

— Увы, этого я не могу вам сказать точно.

— Почему? — огорчилась Мариша. — Я думала, вы отправите это лекарство на проверку немедленно. Ведь это же улика!

— Никакая это в данный момент не улика, — с досадой отозвался следователь. — Улики в деле просто так с потолка не появляются.

— Они не с потолка. Они из дома Леопольда. Из его карманов!

— Ведь вы же понимаете, все должно быть зафиксировано документально. Мало ли, где вы взяли эти таблетки!

— Так я же вам говорю, я взяла их в ящике у Леопольда и у него в кармане!

— А где свидетели? Где понятые? Улика может быть присоединена к материалам уголовного дела только в том случае, если ее изъятие было произведено по всем правилам криминалистики. Иначе это уже не улика получается, а так… Ерунда на постном масле.

— Но ведь есть же независимая криминалистическая лаборатория!

— Есть. Но она не может претендовать на то, чтобы результаты ее исследований ставились в один ряд с теми, которые выдают наши эксперты.

— А нельзя ли как-нибудь договориться с вашими экспертами? Ну, вы же мне верите?

— Я-то вам верю. А толку-то?

— Ну, придумайте какой-нибудь обходной маневр.

— Я это и намереваюсь сделать. Но увы, если в ближайшее время мы не сумеем провести обыск в доме у Леопольда, то нам не удастся связать воедино его самого и эти подозрительные таблеточки.

— Хотите, я вам позвоню откуда-нибудь из телефона-автомата и сообщу о наркотиках, которые распространяет хозяин ночного клуба «Ждан»?

— Анонимный звонок не может служить толчком к производству уголовного дела. Знаете, сколько телефонных хулиганов развелось в последнее время? Если на каждый звонок реагировать, никаких сил не хватит!

Одним словом, визит к следователю оказался для Мариши малоутешительным. Официальное расследование, опутанное по ногам и рукам различными запретами и условиями, ничем не могло ей помочь. Приходилось, как всегда рассчитывать исключительно на саму себя.

Но кое-что в этом деле для Мариши уже вырисовывалось. Леопольд был близким приятелем спортивного чиновника господина Ибрагима. Того самого господина Ибрагима, который долгое время выдавал Таню Рябову за свою племянницу. Но при этом у Леопольда в любовницах долгое время состояла эта же Таня Рябова. А потом Таня Рябова стала протеже Ибрагима и вошла в спортивную команду, которую начала усиленно «топить».

— Не может быть, чтобы Ибрагим не знал, что Таня губит все старания девочек и Натальи Константиновны добыть себе медали и занять призовые места. А это значит, что Ибрагим сознательно пытался навредить команде синхронисток и их тренерше. Но зачем? Что он лично против них имел?

И еще один вопрос не давал Марише покоя. Кто и за что убил Толика? Если в случае с Таней Рябовой и Леопольдом все равно оставалось место для несчастного случая или какой-то застарелой болезни, которая проявилась так неожиданно и закончилась так трагически, то с Толиком было все просто и ясно. Его застрелили.

И сделал это человек, которому он доверял. Почему? Да очень просто!

— Никому постороннему Толик не открыл бы дверь квартиры. Не такой уж он был самонадеянный болван.

На самом деле Мариша понятия не имела, каким был муж Вики. Но полагала, что в современном мире чужим людям открывают лишь законченные болваны и выжившие из ума идиотки. Вика бы, к примеру, так никогда не сделала. Кстати, еще и Вика! Возможно, она кое-что знала о делишках своего мужа. И возможно, именно поэтому она сейчас и подалась в бега. Именно потому, что боится, как бы ее не пристрелили, как дорогого муженька. Вот и прячется, бедняжка. И от милиции, и от людей, убивших ее мужа.

— Итак, что мы знаем про Толика? Толик имел любовницу. Но этой любовницей была не Таня Рябова. Хотя всем девчонкам в команде она наплела, что Толик ушел от жены именно к ней. Вика с Толиком после его ухода не общалась. И не знала, как на самом деле обстоят дела. Она сильно расстроилась, что с ней в команде очутилась такая змея. И ушла из команды, потому что ей была невыносима мысль о том, что рядом с ней ее счастливая соперница. А на самом деле, Таня Рябова с Толиком никогда любовниками и не были. Таня была любовницей Леопольда, а не этого Толика!