Иди за мной - Наталья Солнцева

— Я все отдам, — пообещал Ренат. — Только не сразу! Соберу и отдам!

— Соберет он! — разозлились парни. — Ты нам пургу не гони, лошара! Даем тебе три дня! Потом будет плохо. Ты когда бабло брал, о чем думал?

Парень, который был пониже ростом, неожиданно ударил Рената снизу вверх, под ребра. Тот согнулся и упал, ловя губами воздух.

— Эй, ты че, Кабан? — всполошился высокий. — Гляди, прибьешь его, с кого тогда спрашивать?

— Не боись… я легонько. Оклемается.

Он для большей убедительности пнул лежачего ногой в бок и пообещал содрать с него шкуру живьем, если через три дня не будет денег.

— Усек, Михеев?

Ренат не смог ответить. У него перехватило дыхание от жуткой боли. Ночная бабочка порхала над ним, то касаясь его лица, то взмывая вверх. У нее были глаза Сони и крылья летучей мыши…

Наверное, Ренат потерял сознание. Бабочка накрыла его темными крыльями, и он перестал видеть. Где-то на дне его памяти осталось загадочное кабаре, где играла разудалая музыка и раздевалась ослепительно прекрасная Соня…

Окна в доме почти все погасли, во двор забрела бездомная собака и принялась обнюхивать Рената. Он пришел в себя и попытался встать. Все тело болело, ноги подкашивались. Он как-то доковылял до двери и набрал код замка. Собака стояла и смотрела на него светящимися в темноте глазами.

В лифте он дважды проваливался в ватную черноту. Когда кабина остановилась на восьмом этаже, он с трудом вышел и, держась за стену, добрался до своей квартиры. Вставить ключ в замок оказалось не таким простым делом.

Наконец, он справился и с этим. К горлу волнами подкатывала тошнота, в голове мутилось. Ренат включил на кухне свет и достал из холодильника водку. Несколько глотков, и ледяной ком внутри начал таять. Дышать стало легче.

Если бы это была его квартира, он бы продал ее и рассчитался с Зоей. Можно продать машину, но за три дня он не успеет.

«Ты меня огорчаешь, дружище, — усмехнулся Вернер, которого не должно было здесь быть. — Разве Соня не подсказала тебе единственно верный выход?»

— Я не убийца… — прохрипел Ренат.

«Тогда вернись к Зое, ублажай ее по-прежнему, и она простит тебе долг!»

— Это невозможно…

«Почему же? — потешался над ним Вернер. — Раньше тебя это устраивало!»

— Я изменился…

Ренат понимал, что дискутирует с самим собой. Незримый Вернер поселился в его уме и качает права. Нет никакого способа изгнать его оттуда. Или есть?

Он взял телефон и позвонил Ларисе Курбатовой.

«Забыл, который час? — не преминул съязвить Вернер. — И что ты ей скажешь? Попросишь дать тебе денег? Рядовые стоматологи столько не зарабатывают…»

Яркая желтая вспышка озарила сознание Рената. Щелк!.. Кое-какие частички пазла сложились в причудливую картину. В этом была опасная и точная логика Вернера, который не зря напомнил о себе.

В ушах Рената зазвучал мелодичный, как храмовый колокольчик, голос Сони: «Желтые брюлики!.. Когда-то на выставке в Антверпене я видела чудесную брошку!.. Отборные африканские алмазы в платине!..»

— «Цветок саванны»… — прошептал он.

Перед глазами возникла брошь, которую показывала ему Лариса. Крупные камни, сверкающие, как золотой фейерверк. Подарок Мачо! И ее слова: «Никто не знает, что брошь у меня. Ты же не будешь… покушаться на мою жизнь?»

Это не могло быть простым совпадением. Желтые бриллианты в руках Ларисы, необычная просьба Сони… и страшная нужда в деньгах, угнетающая Рената. Звенья одной дьявольской цепочки, которая накрепко сковала всех участников.

— Теперь мы — рабы на галере Вернера, — вслух заключил дизайнер. — Лариса и я!

«Цветок саванны» мог бы разрешить проблему. Завладев брошью, Ренат избавляет Ларису от смертельной угрозы — раз. Продав бриллианты, он получает кучу зеленых и рассчитывается с Зоей — два. Исчезает необходимость убивать ее.

Возникло одно «но»: Соня с этим не смирится. Ведь она не получит броши и не избавится от соперницы. Хотя Зоя ей не конкурентка, она не успокоится, пока не сживет ее со свету. Руками Рената.

Он набирал и набирал номер Ларисы. Та не брала трубку…

Глава 39

Сигналы сотового на мгновение отвлекли Эдика, и Лариса ухитрилась вырвать у него брошку. Она метнулась к двери, он кинулся за ней, и в этот момент… кто-то включил свет.

Лариса остолбенела и попятилась. Эдик с разгону наткнулся на нее, схватил за плечи, увидел впереди черный зрачок дула и замер.

На пороге спальни стоял человек и целился в доктора из пистолета с глушителем. Лицо незнакомца закрывала маска с прорезями для глаз и рта.

— Отпусти ее, — холодно приказал он. — Подними руки и отойди в сторону.

Эдик повиновался. Он онемел от ужаса. Ситуация была безвыходной.

Лариса выронила «Цветок саванны» на ковер и ногой незаметно толкнула брошь под кровать.

— Вы кто? — трясущимися губами спросила она.

Вместо ответа незнакомец указал стволом на Эдика.

— Что это за хмырь?

— Это… это… мы коллеги…

— Р-работаем вместе… — заикаясь, пролепетал доктор.

— Я тебя убью, — процедил человек. — Прямо здесь и сию минуту.

— Н-не надо… я ничего не сделал…

Эдик готов был рухнуть на колени перед незнакомцем, если бы мог пошевелиться. На него будто столбняк напал. Двигались только веки и язык, все остальное словно окаменело.

Лариса прощалась с жизнью. Один раз, на вокзале, ее спасло чудо. Второго шанса судьба не дает. Почему она не послушалась Эдика и не спряталась на его даче под Саратовом? Может, потому, что от себя не убежишь?

Эти мысли пролетели в ее уме за долю секунды. Телефон, который лежал на прикроватной тумбочке, продолжал звонить.

— Твой? — лаконично осведомился незнакомец.

Лариса молча кивнула.

— Кто это такой настойчивый? — пробормотал он, шагнул к тумбочке, держа Эдика на мушке, и с силой швырнул сотовый на пол. Его лицо под маской перекосилось от ярости.

— Так-то лучше…

Телефон разбился, что вызвало довольную ухмылку грабителя. Он явился за «Цветком», это ясно.

«Как он нас выследил?» — подумала Лариса.

— Я шел за вами, потом ехал, — объяснил незнакомец, словно подслушав ее вопрос. — Я заприметил этого хмыря еще на Казанском.

— Как вы вошли?

— А ты не догадалась? Через балкон! Обожаю пожарные лестницы, карнизы, крыши… Риск — моя стихия.