Небо в рублях - Дарья Донцова

– Конечно. Она была очень хорошей. Ми ее любила и частобаловала.

– А почему Галю уволили?

– Она вышла замуж, ей супруг запретил прислугой работать, –спокойно пояснила Настя. – Галя вроде на маникюршу выучилась, но точно не знаю.

– У тебя есть ее телефон?

– В книжке записан, но он старый.

– Сделай одолжение, продиктуй.

– Сейчас.

Я терпеливо ждала, пока Настя отыщет необходимый блокнот, инаконец девочка сказала:

– Вот, пожалуйста. Но никакой гарантии нет, что она напрежнем месте живет.

– Спасибо, еще один вопрос. У вас имелась собачка Наина?

– Кто?

– Помесь болонки с терьером, которую в старости, чтобыизбежать ненужных мучений, пришлось усыпить. Неужели ни разу не слышала от мамыстранную кличку Наина?

– Нет, – протянула Настя. – Может, Мальвина? Я, естественно,ее не помню, Мальва умерла еще до моего рождения. Мама часто рассказывала оней, очень переживала, что не сумела вылечить болонку, все повторяла: «Явиновата перед ней». Только зря она себя мучила, Мальвине было очень много лет,ее парализовало от старости, вот и пришлось усыпить. Но надо знать Ми! Если выей на ногу наступите, она мигом воскликнет: «Ой, простите, простите! Наверное,ушиблись? Я сама виновата, стояла на вашем пути. Хотите, куплю болеутоляющиетаблетки? Совсем не трудно в Петербург за хорошим лекарством съездить, уженесусь!» Меня такое поведение раздражало до предела, но ведь маму непеределать.

– Ты уверена, что животное звали Мальвиной?

– Конечно.

– Не Наиной?

– Это же не собачье имя!

– Мальвина тоже не распространенная кличка.

– Верно, но Наина совсем уж странно.

– Действительно, – пробормотала я. – Спасибо, Настюша.

Вернувшись в Ложкино, я быстро переоделась и стала звонитьГале. Трубку долго не снимали, потом вдруг прошелестел очень тихий голос:

– Слушаю вас.

– Можно Галину? – обрадованно воскликнула я.

– Она на работе, вернется к полуночи, – равнодушно и так жетихо ответил незнакомый человек непонятного пола и мгновенно отсоединился.

Я повторила попытку, опять послушала протяжные, редкие гудкии еле-еле дождалась слов:

– Слушаю вас.

– Скажите, Галин…

– Она на работе, вернется к полуночи, – заученно повторилнекто и снова швырнул трубку.

Решив не злиться, я в третий раз потыкала пальцем в кнопки ипосле того, как «слушаю вас» смолкло, быстро сказала:

– Не бросайте трубку!

– Слушаю вас.

– У меня вопрос.

– Слушаю вас.

– Где работает Галина?

– Она на службе, вернется к полуночи. – И гудки:ту-ту-ту-ту.

Как бы вы прореагировали на такое? У меня вся кровь отзлости прилила к голове. Спокойно, Дашутка, спокойно, никто не собирается надтобой издеваться, попытайся побеседовать еще раз.

Набрав полную грудь воздуха, я вновь принялась терзатьтелефон.

– Слушаю вас.

– Беспокоят из домоуправления.

– Слушаю вас.

– Галина…

– Она на работе, вернется к полуночи. – Ту-ту-ту-ту.

Топнув ногой, я ринулась к «Пежо» и не обнаружила машину наместе. В первый момент в голову пришла простая мысль: верного коняшку украли.Потом я сообразила, что сама же велела домработнице рулить на автомобильчике вбанк, дабы отправить Ольге деньги. Ждать, пока неторопливая Ирка вернется,недосуг, придется снова садиться в ее «Жигули». Хорошо хоть, путь недолог,Настюша сообщила, что Галя живет в Строгине, а этот район совсем недалеко отНоворижской трассы, примыкает к Московской кольцевой дороге.

Только тот, кто всю жизнь, не зная забот и хлопот, каталсяна машине с автоматической коробкой передач, поймет сейчас меня. Для начала язапуталась в педалях, ведь их в «Жигулях» не две, а три. Левая нога должнаработать, а не отдыхать на специальной подставочке, правой руке тоже нашлосьдело – ей предписывалось без конца дергать туда-сюда рычаг переключенияскоростей. Путь от Ложкина до особняка Смоляковой занял всего две минуты, и яне успела прочувствовать разницу, а сейчас, выехав на шоссе, полностью отведала«сладкого». Давно знаю, что скорость передвижения по трассам Москвы зависит отдвух факторов: наглости водителя и пафосности автомобиля. Куда сорвиголоваАркадий, восседающий за рулем «Мерседеса», оборудованного незаконнымиспецсигналами, домчится за десять минут, я, соблюдающая все правила и уважающаядорожные знаки, доеду за час. Но до сих пор я передвигалась на новенькоймашине, пусть и не очень дорогой, однако хорошей иномарке. Правда,справедливости ради следует сказать, что «Пежо» – не лучший вариант дляроссийских дорог, он имеет слишком низкую посадку и слабые амортизаторы, а ужсалон «Арманд», где я, имев несчастье купить машину, теперь должна проходитьтехобслуживание, и вовсе гадкое место. Его сотрудники твердо уверены, что,после того как они продали вам автомобиль, их обязанности закончились. Можетеизойти на мыло, тряся перед ними гарантийной книжкой и говоря:

– Вы обязаны поменять деталь бесплатно.

В ответ вы получите равнодушную фразу:

– Мы не отказываемся. Через полгода необходимые запчастиприбудут из Франции.

Услыхав впервые сию замечательную фразу, я онемела ипопыталась вразумить мастера:

– До Парижа лету пара часов. Ну ладно, еще неделю нарастаможку. И потом, неужели на складе нет некоего запаса?

– Не-а, – протянул, зевая, парень. – Ждите.

Я возмутилась.

– Позовите директора!

– Он в отпуске.

– Старшего менеджера!!

– Заболел.

– Начальника смены!!!

– В больнице лежит. Я один, – нагло усмехнулся юноша.