Если совершено убийство - Рут Ренделл

Уэксфорд покачал головой, затем принес стул и помог ей сесть. Когда он взглянул на Говарда, тот, поджав губы, слегка кивнул.

— Как ваш муж?

— Он поправится, — ответил за нее Говард. — Сейчас Дербон в больнице. В сознании, но очень утомлен. С ним все будет в порядке.

— Слава богу! — искренне порадовался Уэксфорд.

Мелани взглянула на него и едва заметно улыбнулась:

— Зачем я, глупая, позвонила ему вчера вечером? Но, знаете, я сама была в панике. Даже подумать не могла, что он может приехать и не найти Александру дома! Он рассказал мне обо всем, что сделал для того, чтобы она осталась с нами.

Уэксфорд сел, придвинув свой стул к ее:

— Что он сделал, миссис Дербон?

— Я боюсь говорить вам, — прошептала она, — потому что, если об этом станет известно… у нас могут… я хочу сказать, у нас могут отобрать Александру и не позволить нам…

Уэксфорд взглянул на Говарда, но тот не шелохнулся.

— Будет лучше, если вы скажете, — продолжал Уэксфорд. — Всегда лучше сказать правду, и если взятка не имела места…

Говард закашлялся, а Мелани бросила на Уэксфорда тяжелый взгляд. Она еще глубже укуталась в дубленку, потому что это была одежда ее мужа, а значит, как бы частица его самого.

— Взятка была предложена, — подтвердила она.

— Сколько? — коротко, но вежливо поинтересовался Говард.

— Пять тысяч фунтов. Уэксфорд кивнул.

— Она пообещала не возражать против постановления, когда приходила в офис моего мужа. Тогда же они и договорились встретиться на кладбище в Кенберн-Вейл двадцать пятого февраля в четверть третьего.

— Почему она изменила свое решение?

— Это не совсем так. По мнению Стивена, она была очень скромной и непритязательной девушкой. Когда они встретились в тот день, она стала рассказывать Стивену, как собирается использовать эти деньги, то есть отдать их тому, кто будет присматривать за Александрой, пока она будет на работе. Она даже не понимала, о чем идет речь. Тогда Стивен сказал: «Но Александры не будет с вами! Я даю вам деньги, а значит, Александра остается у меня». Тогда она прикрыла рот рукой — вы себе представляете? — и возразила: «Но как же, мистер Дербон, она должна быть со мной! Александра — все, что есть у меня на этом свете, так что ваши деньги не пропадут». Она просто не понимала, о чем идет речь.

Уэксфорд кивнул, но ничего не сказал. Он видел ту девушку, или ее призрак, ее двойника. Обе они воспитывались в рамках строгой морали, однако в этой морали отсутствовало то, что обычные люди именуют этикой.

— Стивен был в полном смятении, — продолжала миссис Дербон. — Он сказал, что даст ей больше денег — столько, сколько она скажет. Я думаю, он готов был дать ей — ну, я не знаю! — и пятьдесят тысяч, но она просто не могла представить себе такое количество денег.

— И он не дал ей ничего?

— Конечно, ничего. Она болтала о том, как даст тысячу кому-то, кто будет присматривать за Александрой, а остальные четыре оставит на будущее. Стивен понял, что из этого ничего не выйдет, поэтому повернулся и ушел. В этот вечер он был очень тихим и угрюмым — думаю, потому, что устал от моей раздражительности из-за проблем с Луизой. Но к середине следующей недели снова был на седьмом небе. Теперь я знаю почему: Стивен узнал, кем была убитая девушка.

Говард слушал рассказ Мелани не перебивая, но после этих слов проговорил спокойным холодным тоном:

— Если вы собираетесь поехать навестить мужа, миссис Дербон, мы позаботимся о транспорте для вас.

— Благодарю вас. Мне очень жаль, что я доставляю вам столько хлопот. — Мелани колебалась, но затем порывисто спросила: — Что я скажу ему об Александре?

— Это зависит от решения суда.

— Но мы любим ее, — умоляющим топом произнесла она. — У нее будет хороший дом. Стивен хотел убить себя! Ведь она брала не взятку! В ее понимании это было что-то вроде подарка, вроде тех вещей, которые мы дарили ее тете.

— Ну и что? — задал вопрос Уэксфорд после того, как Мелани ушла, бросив через плечо последний умоляющий взгляд.

— Я думаю, суд может рассмотреть дело и с этой точки зрения. Но когда Дербону будет предъявлено обвинение…

— А что вы собираетесь предъявить ему, Говард? Подарок в форме денег бедной девушке — племяннице их бывшей служанки, чтобы помочь им содержать ребенка, в котором он души не чаял? А затем отказ сделать подарок, поскольку предложенные опекуны его не устроили?

— Но ведь дело обстояло совершенно не так, Рэдж, ты говоришь прямо как иезуит. Дербон убил ее. Шарф принадлежал его жене и лежал в кармане его дубленки, которую они носили оба. У него мотив был гораздо более веским, чем у кого бы то ни было. Кроме того, он обладает профессиональными знаниями. Он положил тело в гробницу, которую, как ему было известно, не навестят до того дня, когда он получит постановление об усыновлении.

— Знал? — спросил Уэксфорд. — Он не мог не помнить, что нынешний год — високосный. Двадцать девятого февраля — его день рождения.

— Не понимаю вас, мистер Уэксфорд, — заявил Бейкер, только что вошедший в кабинет и слышавший его последние слова. — Согласно вашему отчету, вы полностью согласны с нашей точкой зрения.

— Откуда вы это знаете? Вы ведь не потрудились дочитать его до конца.

Слегка улыбнувшись, Говард посмотрел на дядю, словно понимая, что это был триумф. Это был ответ, который он искал, и больше, чем Уэксфорд, надеялся найти. Он взял два последних листа голубой бумаги и, кивком подозвав к себе Бейкера, стал быстро читать.

— Мы до этого не додумались, — произнес он, закончив чтение. — Нужно ехать на Гармиш-Террас.

— Вы должны ехать, — сказал Уэксфорд. Он посмотрел на часы и зевнул. — У меня в десять — поезд.

Бейкер шагнул к нему. Он не протянул руки, не предложил взять свои слова обратно и даже не попытался улыбнуться. Просто сказал:

— Не знаю, что чувствует сейчас мистер Форчун, но лично для меня будет большой честью, если вы поедете с нами.

И Уэксфорд понял, что это были искренние и исчерпывающие извинения.

— В конце концов, есть и другие поезда, — проговорил он и надел плащ.

Ранним утром слабые бледные лучи солнца освещали дома на Гармиш-Террас, демонстрируя все их убожество. Кто-то корявыми буквами написал на стене храма: «Бог мертв», и теперь пастырь пытался смыть эту надпись щеткой, обмакивая ее в ведро с водой. Рядом с домом номер 22 Пегги Поуп, стянув волосы шарфом, грузила в фургон какие-то мелкие предметы мебели.

— Куда-то собираетесь? — поинтересовался Уэксфорд.

Она пожала плечами:

— На будущей неделе. Думаю, я должна предупредить хозяев за неделю до отъезда. — Ее довольно грязное, неумытое и ненакрашенное лицо отличалось какой-то удивительной одухотворенной красотой молодой праведницы. — Вот хочу перевезти кое-какие вещи.