Теплое местечко на двух стульях - Марина Серова

— Значит, хозяин особняка любовником быть не может, — вслух высказала я свои мысли.

— Нет! Конечно, нет — он же старик, — согласился со мной Иван. — А тот был совсем молод. Примерно моего возраста. Может, даже чуть моложе.

— Описать его можете?

— Только в общих чертах.

— Ничего, сгодится и так, — согласилась я, и Христенко тут же приступил к описанию любовника жены, а заодно и его охранника.

— В общем, мужчина тот был примерно моего роста, — начал Христенко. — Темноволосый. Возможно, чуть моложе меня — лет на пять-семь. Лицо обычное, незапоминающееся и совершенно невыразительное. Я даже не понимаю, как Лиля могла на него запасть, он же совсем не в ее вкусе.

— Мы сейчас не обсуждаем предпочтения вашей супруги, — напомнила я клиенту. — Что вы еще можете сказать об этом типе?

— Только то, что раньше я его никогда и нигде не видел.

— Уверены?

— Да. У меня хорошая зрительная память.

Я понимала, что в мужчине говорят злость и ненависть, а потому, окажись на месте любовника жены хоть сам Том Круз, он непременно назвал бы его уродом. Человеческая психология, ничего тут не поделаешь.

— А что можете сказать об охраннике? — снова спросила я.

— Охранник высокий, широкоплечий, довольно накачанный. У него короткая стрижка, узкий разрез глаз. Похож на бурята или калмыка, вот только глаза почему-то голубые. Носит черный костюм с бабочкой и отполированную до блеска обувь.

После этих слов я немного подумала и решила обратиться к описанию жены, а потому попросила Ивана рассказать мне о характере Лили.

Иван начал вполне банально:

— Ничего плохого о ней сказать не могу. Для меня она — лучшая из женщин. Хотя я, наверное, слишком сильно ее превозносил и не замечал плохого, вот и дождался.

— Кем работала ваша жена?

— Она вообще не работала. У меня ведь своя фирма, так что зарабатываю я достаточно: нам обоим хватает, кое-что мы даже откладывали. Лиля занималась музыкой, какое-то время давала уроки, но это быстро ей надоело. Сейчас играет только для себя.

— А фотография жены у вас с собой имеется? — понимая, что последняя мне может даже очень пригодиться, поинтересовалась я тут же.

Христенко кивнул:

— Есть. Только она очень маленькая. Я всегда носил ее с собой в бумажнике.

— Ничего, сгодится, — ответила я. Он тут же принялся искать бумажник, но потом, вспомнив, что оставил его в машине, извинился и попросил минутку его подождать.

Я согласилась, тем более что торопиться было некуда. Христенко быстро сбегал к своей машине, достал из нее бумажник и, вернувшись назад, протянул мне маленькую карточку с женским изображением. Я взяла фотографию в руки и принялась рассматривать.

Жена Ивана не была такой уж сногсшибательной особой, на которую, как он выразился, западают мужчины. Я вообще не нашла в ней ничего изумительно-привлекательного, отличающего ее от тысячи других женщин. Лиля оказалась вполне обычной. Круглолицей, с маленьким вздернутым носиком, некрупными карими глазами и каштановыми волосами до плеч. Она носила прямую челку и чем-то напоминала актрису Варлей в фильме «Кавказская пленница».

Заметив, что я не собираюсь восторгаться его женой, влюбленный Христенко произнес:

— Это, конечно, не самая лучшая фотография. Но такой Лиля была тогда, когда мы познакомились, и потому этот снимок нравится мне больше всего.

— Я могу оставить фотографию себе? — полюбопытствовала я.

— Конечно, если это необходимо, — кивнул Иван.

— Еще мне от вас потребуются номера вашего сотового, домашнего телефонов, адрес на тот случай, если вы мне срочно понадобитесь, а также адрес офиса, имя секретарши. Желательно узнать и адрес того особняка, где все, по вашим словам, произошло.

— С особняком, наверное, ничего не получится, могу только назвать улицу и примерно описать, как до него добраться, — ответил Иван. — Сами понимаете, меня тогда интересовал не адрес, а сам дом.

Я согласилась с его доводами, дала ему время все записать и снова спросила:

— А вы лично виделись с тем врачом, который вас осматривал?

— Виделся, — кивнул Иван. — Я же тогда проверял слова жены и потребовал от нее назвать мне имя врача. Но в нем я не сомневаюсь. Это наш семейный доктор. Он ни за какие деньги врать не будет. Мы с ним встретились, поговорили. Он согласился, что у меня довольно необычная для падения шишка, но сказал, что и такую можно получить. Все зависит от того, куда и на что приземлиться.

— А кто привез вас домой? — прикинув, что даже самая массивная секретарша не смогла бы сама поднять мужчину, спросила я.

Ответ вновь оказался неожиданным:

— Таксист. Он вроде бы и уложил меня в машину. Его найти не удалось, — Христенко усмехнулся, — номера машины тоже, конечно же, никто не помнит. Видите, как все ловко устроено?

— Да уж, не подкопаешься, — признала я.

Я задала еще несколько мелких вопросов, касающихся драки в кабинете особняка, поподробнее уточнила, что именно и как там было сломано, и, пообещав сообщить новости, как только они появятся, стала прощаться. Я решила, что не стоит засиживаться в кафе с Христенко. Лучше сразу приступить к решению его забавной проблемки. А для этого мне требовалось немного подумать в одиночестве и все еще раз проанализировать. Сделать это я собиралась сразу, как только окажусь в своей машине.

Христенко же явно не хотелось меня отпускать. Он попробовал уговорить меня посидеть с ним еще немного, но я объяснила, что привыкла приступать к работе сразу же после получения заказа. На это Иван не нашел что возразить. Он молча протянул мне несколько пятисотенных купюр на мелкие расходы и поблагодарил за то, чего я пока еще не сделала. На этом мы и расстались.