Тебя предупреждали… - Лориэн Лоуренс

Я улыбнулась воспоминаниям, но затем подумала о нашем с Майком секрете, о своём новом расследовании, и в животе заворочался комок вины. Какая-то часть меня хотела всё рассказать Зое, но я обещала Майку хранить тайну. Не говоря уж о том, что одно дело играть в сыщиков, когда тебе семь, и совсем другое – когда тебе тринадцать. Но что, если…

Я поймала взгляд Зои и осторожно спросила:

– А если серьёзно: тебе не кажется, что с ними что-то не так?

Зоя изогнула бровь:

– Хочешь снова открыть то дело? Вернуть К и З в строй?

Она фыркнула и в голос захохотала. Её смех разнёсся по тёмной улице.

У меня упало сердце. Я получила ответ. Я не могу рассказать лучшей подруге о расследовании. Ни сейчас. Ни когда-либо ещё.

– Ты всё ещё ломаешь голову из-за своих соседей? – спросила она.

– Нет, – солгала я.

Зоя посмотрела по сторонам:

– Кстати, а где все? На вашей улице так тихо… Невольно хочется говорить шёпотом.

– Не знаю. Здесь всегда так по вечерам.

– Думаешь, Майк дома?

– Откуда мне знать?

– Просто в последнее время, сколько я у тебя была, ни разу не видела машины его родителей.

Я пожала плечами:

– Я тоже их редко вижу. Майк сказал, его папу повысили. Теперь он президент в университете. Его мама тоже там работает.

Зоя присвистнула:

– Ничего себе!

– Угу. По словам Майка, это целое событие, потому что его папа стал первым темнокожим, возглавившим колледж.

– Круто, – оценила Зоя. И хитро улыбнулась. – Вы с ним разговаривали на тренировке?

– Нет, тренер сегодня поставил мальчиков и девочек заниматься отдельно.

– Вот он, наверное, расстроился!

Прежде чем я успела возразить, из-за поворота показался свет фар, и вскоре Зоина мама припарковалась у нашего дома.

– Привет, девочки! – улыбнулась она. – Зоя, ты готова?

– Наверное, – буркнула Зоя, поднимаясь и подхватывая рюкзак и скейтборд. – До завтра, Куинн!

Она села на пассажирское сиденье, автомобиль тронулся, и Зоя помахала мне из окна.

Я осталась стоять на крыльце и смотрела им вслед, пока на улице снова не стало темно и тихо. Билли заскулил, намекая, что хочет вернуться в прохладу дома, туда, где светло и безопасно.

– Бу-у-у! – Из-за куста слева от меня выскочила тёмная фигура, и я заорала.

Билли громко залаял. Чудовище со смехом выбралось на свет.

– Майк! – прорычала я и ринулась к нему, готовая его придушить.

Он захохотал ещё пуще, даже слёзы на глазах выступили:

– Ты бы видела своё лицо!

– Фас его, Билли!

Но Билли обрадовался Майку: бешено завиляв хвостом, пёс сбил нашего соседа с ног и облизал ему щёки. Глядя на них, шутливо борющихся в траве, я невольно улыбнулась.

– Ладно, хватит. Пошли домой, дружище, – позвала я Билли.

Майк торопливо вскочил и надвинул козырёк на глаза:

– Погоди, ты ведь собиралась пойти с ним гулять?

– Уже нет, – помотала я головой, спускаясь по ступенькам, чтобы подобрать поводок.

– Да ладно, ну чего ты! Прости. Идём, я составлю вам компанию. – Не дожидаясь ответа, он взял в одну руку поводок, а другой подхватил забытый пакет с соком.

– Эй, это моё!

Майк с улыбкой отпил через трубочку.

– Мама говорит, что у меня нехватка витамина С.

– Она наверняка имела в виду, что тебе надо есть апельсины и грейпфруты, а не пить сок из пакетов.

Майк пожал плечами и отдал мне пакет. Разумеется, уже пустой. Он засмеялся:

– Расслабься, Паркер. Я куплю тебе другой сок.

– Пошли уже.

– Да я только за. – Помолчав, он спросил: – Ну и какова твоя последняя теория насчёт мистера Брауна?

Задумавшись, я сделала глубокий вдох. На ум вдруг пришёл фильм, который мы когда-то смотрели с папой. Кожа главного героя там тоже напоминала пластик, и он был бессмертен.

– Вампиры? – предположила я. – Они ведь живут вечно, верно? Прямо как старички.

– Ты же знаешь, Паркер, это ненаучно. И потом, старички спокойно выходят на улицу при свете дня.

Я пожала плечами:

– Дневные вампиры.

– Это ещё что такое?

– Вампиры, которым не страшен дневной свет. Всё просто.

Майк засмеялся:

– Ну ты выдумала.

– Они есть! Погугли.

– Нет, говорю тебе, Паркер: тут что-то медицинское, какие-то процедуры или ещё что-то.

– Дневные вампиры. Вот увидишь!

Пройдя мимо разноцветных старых домов, принадлежащих мисс Беа, мистеру и миссис Браун, мисс Эттвуд, доктору и миссис Смит и мистеру Маршаллу, мы незаметно дошли до конца нашей короткой улицы. Прежде чем я осознала, где мы, ноги уже привели нас к пруду. Мы резко остановились у бордюра, и Билли тут же натянул поводок, призывая нас идти назад, подальше от тёмной воды.

– Скажи, сегодня тут жутковато? – прошептала я.

– Тут всегда жутковато.

Обычно по вечерам мы здесь не ходим. У пруда Гуди нехорошая репутация: в шестидесятых здесь утонула девушка по имени Мэри Хов. Говорят, её дух так и остался в здешних водах, неупокоенный. Наверняка это просто глупая городская легенда, но мы всё равно не смели подойти ближе. Билли глухо зарычал, и одновременно с этим я заметила рябь на поверхности пруда.

– Ты это видел? – указала я на воду.

В том месте, где волна стихла, от воды, будто дымовой сигнал, начал подниматься туман. Я шагнула ближе к пруду. Майк опять засмеялся и тоном самоуверенного всезнайки заявил:

– Это просто лягушка, Паркер. Их в этом пруду миллионы. – Внезапно его лицо помрачнело, он вытянул перед собой руки, скрючив пальцы, как когти, и насмешливо протянул: – Или это привидение!

Я пихнула его и нахмурилась:

– Не беси.

– Ничего не могу с собой поделать. Мама говорит, это мой дар.

Я снова уставилась на воду и пару секунд наблюдала за ней, затаив дыхание: а вдруг туман снова появится?

– Думаешь, Мэри Хов правда здесь умерла? – спросила я.

– Нет. Это всё выдумки.

– Если это выдумки, может, подойдёшь и коснёшься воды?

Майк заметно напрягся:

– Я сто раз её касался.

– Ну так сделай это снова.

– Сама и коснись.

– Ну уж нет. Мне хватает честности признаться, что я боюсь. Это ты у нас не веришь в привидений.

– Я ничего не боюсь! – И Майк забил себя в грудь кулаками.

Мы оба расхохотались.

– Так и знала, что ты не осмелишься, – подначила я. – А строишь из себя!

– Ой, да ладно тебе, Паркер. Вечно ты стараешься доказать, что я не прав.

– Потому что это легче лёгкого!

Он поморщился:

– Посмотрим, как ты запоёшь, когда я докажу, что ты ошибаешься насчёт старичков.

От одного упоминания нашего расследования меня пробрала дрожь:

– Пойдём отсюда. – Я забрала у него поводок Билли. – У меня уже ноги отваливаются.