Камень Януса - Элли Гриффитс

Джуди собиралась помочь Тане с историями болезни из кабинетов дантистов, но стала просматривать заметки по делу. Она не сомневалась, что все они что-то упустили. Если ей удастся это обнаружить, она всем утрет нос — Нельсону. Тане, остальным.

Джуди меланхолично начертила генеалогическое древо семьи Спенс. Эдварда она однажды встретила в полиции и сочла довольно симпатичным. Но это не поколебало ее уверенности, что в его семье что-то скрывают.

Сэр Кристофер Спенс (умер в 1981 г.) — Розмари Спенс (умерла в 1957 г.)

Родерик (р. в 1938 г.) + Аннабел (1946–1952 гг.)

Шарлотта + Эдвард

Трейси + Люк Себастьян + Флора

Джуди всмотрелась в строку с именем Розмари Спенс. Она вновь услышала ровный голос Нельсона, каким он всегда говорил на совещаниях: «Сэр Родерик утверждает, будто она была „подобна ангелу“, но у меня сложилось впечатление, что он не очень знал собственную мать. Наверное, его растила нянька». Вот оно. Джуди вернулась к папкам и стала просматривать их, пока не добралась до итогов переписи населения 1950 года. Их зачитывал на совещании Клаф: «Кристофер Спенс, Розмари Спенс, дети Родерик и Аннабел». Сержант, как обычно, что-то недосмотрел, но информация навела ее на любопытную мысль. Куда делись другие люди, которые должны были находиться в доме: слуги, повар и няня? Джуди заглянула в список и, разумеется, их нашла:

Лили Райт — главный повар

Сьюзен Бейкер — служанка

Эдна Дауэс — служанка

Орла Маккинли — няня

Джуди долго вглядывалась в последнее имя.

Клаф, дожевывая пирожки, вошел в цех каменщиков. В воздухе висела пыль, и сквозь эту завесу он едва различал неясные очертания: колонны, камины, наполовину законченные фигуры ангелов, лошадей, греческих богинь. Сержант осторожно пробирался среди каменных истуканов, вспоминая книгу, которую читал в детстве, — в ней колдунья превратила своих врагов в камень, а затем украсила их скульптурами свой дом.

С этой мастерской им повезло. Фирма, сооружавшая в 1956 году Спенсу арочный вход, до сих пор действовала. Главный каменщик вышел на пенсию, но теперь делами заправлял его сын, и он вызвался привести в цех своего старого папашу, чтобы тот поговорил с полицией. Клаф направился в глубь обширной мастерской, где звучало радио и ощущался запах перегретого кофе и бутана. Сержант принюхался.

В кресле у газовой плиты сидел старик. Неподалеку мужчина помоложе, вероятно его сын, обкалывал кусок мрамора.

— Мистер Уилсон? — Клаф протянул руку. — Я сержант уголовной полиции Клаф.

Худая рука старика была в перчатке без пальцев.

— Уилсон-старший, Реджинальд Уилсон. Вы хотели меня видеть?

— Да, сэр. Как я объяснил по телефону вашему сыну, нас интересует арка, которую вы соорудили в 1956 году на Вулмаркет-стрит для Кристофера Спенса.

Реджинальд Уилсон показал на лежащую у него на коленях большую тетрадь в клеенчатом переплете с надписью: «1954–1958»:

— Здесь все отмечено. Я всегда повторяю Стиву: заноси каждую работу в книгу Никогда не знаешь, что может пригодиться. Теперешние компьютеры не так надежны, как карандаш.

Сын добродушно закатил глаза.

Клаф следил за дрожащим пальцем, пока тот скользил по строчкам записей.

— Каменная арка и галерея. Галерея с колоннами в римском стиле. Арка отдельно стоящая, из гранита. Восемь на четыре фута. Надпись: «Omnia mutantur, nihil interit».

— Латынь, — вздохнул Клаф. — Полная галиматья, ничего не понятно.

— Я изучал латынь в школе, — мягко заметил старик. — Довольно известное изречение. Казалось очень важным мистеру Спенсу. Наверное, потому, что умерла его дочь. Он говорил, что арка — памятник в ее честь, знак того, что ничто не уходит.

— Что за человек был Кристофер Спенс?

Уилсон немного помолчал, поднес руки к огню и произнес:

— Всегда обращался со мной учтиво. Как с мастером. Это важно в нашей работе. Но держал на расстоянии, если вы понимаете, что я имею в виду. Да, он потерял ребенка — такие трагедии меняют человека. Но его было трудно понять. Такое у меня сложилось впечатление.

— А его жена, Розмари?

— Я почти с ней не встречался. По-моему, она была инвалидом. Зато с его сыном был хорошо знаком. Славный парень, помогал нам копать.

— Родерик?

— Да. Теперь вроде бы занимается бизнесом?

— Это его сын, Эдвард.

— Да-да, отец и сын. — Реджинальд Уилсон посмотрел на своего отпрыска, усердно трудившегося над поблескивающим в свете огня мрамором. — Это очень важно — передать свое дело сыну. Главная причина, почему мы вообще работаем.

По пути из мастерской Клаф вспомнил название книги, которую читал в детстве: «Лев, колдунья и шкаф». Надо запомнить и сказать Джуди. А то она постоянно твердит, что он ничего не читает.

21 июня

Праздник Юпитера Статора

Сегодня на переднем газоне появилась черная собака. Явно посланница от богини. Она постояла на лужайке, обернулась и посмотрела на меня (я в это время читал в гостиной Светония Паулина). Я ответил ей взглядом, обращаясь с безмолвным вопросом: «Скоро, госпожа?» «Скоро», — ответила она.