Ночь сурка - Инна Бачинская

— Без перемен. Сегодня у него день рождения…

— Вот ведь как… — неопределенно заметила хозяйка. — Обидно. Но будем надеяться. Все в руках провидения. Про юбилей я помню.

— А журналист? Ничего не вспомнил?

— Пока нет. Чаю хочешь?

— Хочу. Я хотел бы поговорить с Андреем, можно?

— Можно, чего ж нельзя. И ему польза, а то он скучает с нами, я старая для компании, Никитка ему все про магию, а он не понимает… Иди к нему, я приготовлю чай.

Андрей дремал, обложенный подушками, с Фантой под боком. Заслышав, как скрипнула дверь, он открыл глаза; в лице его были настороженность и, как показалось Федору, страх. Ему вдруг пришло в голову, что Андрей инстинктивно боится всех, так как не помнит, кто его ударил. Боится он и его, Федора. Он остановился на пороге и сказал:

— Доброе утро, Андрей! Как вы? Голова не болит?

Парень попытался улыбнуться, но получилось не очень. Он не сводил с Федора настороженного взгляда и молчал.

— Саломея Филипповна готовит чай, посидим, поговорим… на улице холод собачий, хотя капает, но пронизывает… сырость. — Федор потер руки, придумывая, что сказать, чтобы успокоить Андрея. — Фанта, я вижу, прописалась у вас, говорят, кошки лечат… всякие расстройства. — Федор чуть не сказал «психические», но в последний миг удержался.

Андрей положил руку на спинку Фанты; кошка громко замурлыкала. Федор рассмеялся и сказал:

— Она у вас еще и поет!

Получилось натужно. Лицо парня оставалось напряженным. Федор чертыхнулся мысленно, не зная, что сказать, его обычное красноречие буксовало, не привык он вызывать подобные негативные эмоции. Черт!

— Федя, помоги Андрею встать, чай в зале! — крикнула Саломея Филипповна.

— Давайте, Андрей! — Федор протянул парню руку, тот не сразу протянул в ответ свою.

— Молодцы! — приветствовала их Саломея Филипповна. — Садитесь, ребятки. Федя, ты Никитку не видел? Ушел еще восьми не было.

— Не видел. Он так рано встает?

— Он вообще не ложится, читает свои книжки и рисует. Потом идет к холмам, вызывает духов и смотрит на восход солнца. А днем спит вместе с До-До.

— Можно посмотреть его рисунки?

— Чего ж нельзя, можно.

Они перебрасывались незначащими фразами, не глядя на Андрея, давая тому время прийти в себя.

— До-До летает ночью, — вдруг сказал парень. — Он меня разбудил…

— Мышей ловит, — объяснила Саломея Филипповна.

— У вас есть мыши?

— В любом сельском доме есть мыши-полевки, забегают перезимовать. До-До у нас знатный охотник.

— А Фанта? — подхватил Федор.

— Фанта — лентяйка, мышей не ловит. Она их боится.

Они рассмеялись. Андрей улыбнулся.

— Андрей, я хочу показать вам фотографии людей из Гнезда… возможно, вы кого-нибудь вспомните. Можно? — Федор достал мобильный телефон.

Андрей посмотрел на Саломею Филипповну, та кивнула.

— Смотрите, Андрей. Если узнаете кого-нибудь…

Парень осторожно взял телефон, впился взглядом в первую фотографию. Федор внимательно наблюдал за его лицом. Андрей «листал» картинки, иногда замирал, рассматривая.

— Вы их знаете? — не выдержал Федор.

Андрей пожал плечами и промолчал. Саломея Филипповна положила руку на плечо Федора.

— Вот! Этот! — вдруг хрипло произнес Андрей. — Он был на дороге! Я вспомнил! — Он смотрел на них и тыкал пальцем в экран.

— Это он остановил вас?

— Он остановил… точно! Я помню! Он сел в машину… я еще сказал: чего ты лезешь под колеса, я ж тебя чуть не сбил, а он говорит: извини, друг… — Андрей запнулся, вид у него был растерянный. — Он! Точно, он… дальше не помню.

— Вы не ошибаетесь? — осторожно спросил Федор.

— Нет, я помню его лицо… как он повернулся ко мне, он улыбался… Саломея Филипповна сказала: я был в аварии, я не помню, и они меня нашли с Никитой, а я не помню. Получается, он меня остановил? А что потом? Мы оба… слетели вниз? Не понимаю… А где он? Живой?

— Ну-ка, — Саломея Филипповна привстала, взяла телефон. — Этот? Ты уверен, что этот?

— Он! Я не помню, как его зовут… это он! Он живой? Что с ним случилось? — повторил он.

Саломея Филипповна посмотрела на Федора и покачала головой.

— Живой, — сказал Федор. — Жив-здоров. Может, ты еще что-нибудь вспомнил? Как тебя зовут, не помнишь?

Андрей покачал головой. Он все еще держал в руке мобильный телефон, впившись взглядом в фотографию; он побледнел, хотя, казалось бы, куда больше, и тяжело дышал; было видно, как на виске бьется синяя жилка.

Федор потянул у него из руки мобильник, нашел фотографию с Андреем и Марго на диване.

— Это ты, узнаешь себя? А ее узнаешь?

Андрей молча рассматривал собственную фотографию, потом кивнул неуверенно, сказал:

— Кажется, узнаю. Я ее видел… Кто это?

— Это жена хозяина Гнезда Рубана, ее зовут Марго. Знаешь, зачем он пригласил тебя? Ты помнишь, кто ты по жизни? Чем занимаешься?

Парень покачал головой.

— Рубан нанял тебя телохранителем. Вот он, смотри!

— Я телохранитель? — Парень не сводил напряженного взгляда с Федора, мучительно пытаясь вспомнить; перевел взгляд на фото Рубана, покачал головой… — Зачем? Ему что-то угрожает?

— Он так думал.

— Думал? Что с ним?

Федор и Саломея Филипповна снова переглянулись.

— Он болен, в коме.

— Выходит, я его не уберег?

— Ты ни при чем. А человек, который остановил машину… как давно ты его знаешь?

— Не помню. Я вообще его не знаю, просто чувствую, что видел… И женщину… Марго, вы сказали. Больше никого. Некоторых других, кажется, помню, но не уверен. И этого старика… не помню. Эту женщину помню! — вдруг воскликнул он. — Эту!

На фотографии была Зоя. Федор подумал, что время для Андрея остановилось несколько дней назад и ничего из того, что было после, он не помнит. Для него и Марго, и Зоя живы. Человек из прошлого…

— Спасибо, Андрей, ты нам здорово помог.

— Что со мной случилось? Что случилось после того, как он сел в машину?

— Машина не вписалась в поворот и упала вниз… к счастью, там было неглубоко, и…

— А что с ним? Он жив? — снова повторил Андрей.

— Жив.

— Где он? Почему я здесь?

Федор и Саломея Филипповна снова переглянулись.

— Что с нами случилось?

Он переводил тревожный взгляд с Федора на Саломею Филипповну. И Федор решился: