Челюсти пираньи - Владимир Гурвич

— Я считаю, что главный виновник всего того, что происходит на комбинате, является его генеральный директор Сергей Львович Курбатов, — громко провозгласила Ланина и оглядела зал. — Сегодня мною издан приказ о снятии Курбатова со своей должности. Помимо того, я намерена передать материалы проведенной проверки в прокуратуру для расследования его махинаций. На мой взгляд, мы имеем дело с уголовным преступлением. Временно исполняющим обязанности директора я назначаю Яблокова Павла Ивановича. Он прибудет на комбинат завтра. Прошу вас, Сергей Львович, в течение трех дней передайте ему все дела. После чего я запрещаю вам появляться на комбинате без моего разрешения. — Она снова посмотрела на собравшихся в кабинете. — На этом совещание заканчивается. В скором времени мы проведем общее собрание всего вашего коллектива, где я представлю нового генерального директора, а также изложу концепцию развития предприятия. Все свободны.

Не стану описывать всего того, что последовало после этих слов. Я видел перекошенное лицо Курбатова; он вскочил со своего места и, потрясая кулаками, что-то стал кричать. Но из-за всеобщего гула мне не удавалось расслышать ни слова. Но то, что это были угрозы, говорили и его интонации, и буквально перекошенное от ярости лицо.

Опасность того, что в любой момент может произойти непредвиденное, с каждой минутой нарастала. Расталкивая плотно стоящих людей, я стал пробиваться к Ланиной. И кажется успел вовремя, так как распаленный и почти полностью потерявший над собой контроль Курбатов, уже не просто выкрикивал грязные оскорбления в ее адрес, но вот-вот был готов обрушить на нее мощь своих отнюдь не маленьких кулаков.

Я понимал, что в соседних помещениях расположились молодчики Шутника и если поучаствовать в расправе над нами призовут их, то наше положение окажется более чем критическим. Я схватил Ланину за руку и силой потащил к выходу.

Ценой больших усилий нам удалось пробраться сквозь плотную толпу, затем, не сбавляя скорости, мы помчались вниз. Мы выскочили из здания заводоуправления, я затолкал Ланину в машину, сам сел за руль.

Мы мчались на всех парах к нашему лесному убежищу, за нами неотрывно следовал кортеж из нескольких машин. Они держались на относительно большом расстоянии, но я нисколько не сомневался, что в автомобилях — бандиты Шутника. Они явно намеревались нас блокировать, пресечь все попытки незаметно скрыться.

И все же я совершил одну безнадежную попытку. На развилке дорог я резко свернул в сторону от нашего лесного дома. И тут же перед моим капотом возникли два джипа, в которых я едва не врезался. Пришлось тормозить таким образом, что нас обоих сильно бросило вперед. Я развернулся и поехал по единственно разрешенной нам для проезда трассе.

Однако за несколько сот метров до дома, преследователи вдруг развернулись и поехали в обратном направлении. Но я не обольщался, я был уверен, что выбраться отсюда нам живыми они не позволят.

В доме нас уже ждал Арсений. По его виду я понял, что он уже в курсе событий. Мы все уселись возле камина. Ланина внешне была спокойна, только необычно бледна.

— Полчаса назад мне позвонили, — доложил Арсений, — и приказали не спускать с вам глаз. А если вы куда-нибудь отправитесь, немедленно им сообщить.

— Что это означает? — с тревогой спросила Ланина.

— Только то, что они решили расправиться с нами сегодня вечером, — ответил я. — Так? — взглянул я на Арсения. Тот, подтверждая, кивнул головой.

— Надо немедленно уходить отсюда! — воскликнула она.

— Я вас предупреждал, чем все кончится, — сказал я. — Сейчас уходить уже поздно. Они нам не дадут шагу сделать. Они нас обложили со всех сторон.

— Что же делать?

— Приготовиться к смерти, — мрачно произнес я. — Читать молитвы, исповедоваться в грехах. Все, как положено в таких случаях. — Признаюсь, я испытывал некоторое садистское удовлетворение, видя, как еще больше побледнели ее щеки.

— Ну, уж нет, я им не сдамся! — вдруг решительно воскликнула Ланина. — У вас есть пистолет, дайте мне его!

— Он вам не поможет. — Я снова взглянул на Арсения и дал ему знак. Тот понял меня.

— Зинаида! — внезапно закричал он.

Дверь распахнулась, и в комнате появилась молодая девушка. Ланина с изумлением смотрела на нее.

— Это Зинаида, она подруга нашего друга Арсения, — пояснил я. — Сегодня она будет не Зинаидой, а вами.

— Что значит мной?

— Вы проведете этот вечер в другом месте, а она для наших друзей будет изображать вас. Вам Придется поделиться с ней каким-нибудь туалетом из вашего гардероба. На наше счастье у вас одинаковые рост и фигура. А волосы она перекрасит и сделает прическу точно как у вас.

— Где же буду я это время я?

— На кладбище.

— Где?!

— Этот вечер и ночь вы проведете в благочестивых молитвах в кладбищенской церкви. Ее настоятель — хороший знакомый семьи Арсения. Там есть небольшая каморка, где вы и спрячетесь. Идти туда надо прямо сейчас. Арсений знает тропинку, по которой можно еще пройти. А завтра мы вас найдем.

— Я не пойду туда, я останусь здесь.

В то, что она сразу не согласится на этот вариант, я был уверен заранее.

— Я несу ответственность за вашу безопасность, либо вы выполняете то, что я вам говорю, либо я слагаю с себя свои полномочия.

Я вдруг разозлился; нам грозит смертельная опасность, причем, по ее вине, а она начинает кочевряжиться. Я поймал на себе взгляд Ланиной. Мне показалось, что она догадалась о моих мыслях.

— Хорошо, я согласна.

— Тогда подберите для Зинаиды подходящий наряд, только обязательно тот, в котором вас неоднократно видели на комбинате. А затем вы отправитесь с Арсением. И, пожалуйста, делайте все скорей.

Через несколько минут женщины вошли в комнату. Фигура Зинаиды, облаченная в элегантный костюм Ланиной, почти что один к одному походила на фигуру Ланиной. Оставалось перекрасить волосы и сделать такую же прическу. На расстоянии, да еще в темноте вряд ли кто-либо разглядит, что это подлог.

Я выглянул в окно. Вокруг не было никого. Я поднес к глазам бинокль, который отчетливо показал, что на самом деле это не более чем оптический обман. На шоссе я увидел несколько автомобилей, мощные окуляры позволили мне даже разглядеть лица стоящих рядом с ними людей. В одном из них я узнал Шутника.

Я передал бинокль Арсению, тот взглянул в указанном мною направлении и пожал плечами.

— Они со всех сторон, — бесстрастно констатировал он, словно речь шла о туристах, решивших остановиться на привал в красивом месте.

Его спокойствие меня не только удивляло, но и настораживало. А вдруг он затеял двойную игру. Если я ошибся, доверив ему Ланину, то это воистину роковая ошибка.

— Не беспокойтесь, — проговорил он, — мы пройдем так, что они нас не заметят. Только надо спешить.