Серенада для шефа - Наталья Александрова

– Господи, да про жилплощадь я меньше всего думаю! А недостатков у меня больше, чем у тебя, но зато я тебя люблю. И Бейсик тоже, слушай, ты что делаешь, икра же соленая, ты зачем коту бутерброд даешь?

– Должен же у кота быть праздник, а то у всех Новый год, а у кота что? Ну ладно, договорились, завтра твоим родственникам скажем, послезавтра – моим, а после праздников ЗАГС откроется, сразу заявление подадим.

– Саша, можно тебя одну вещь попросить?

– Для тебя, любимая, все, что хочешь, сделаю.

– Включи, пожалуйста, телевизор, там Пугачева петь будет.

В первую неделю после Нового года в отделе активно обсуждались три новости. Первая – это предстоящий визит старшего следователя прокуратуры Громовой. Оказывается, еще давно, месяц назад, коллектив всего отделения послал официальный запрос в прокуратуру, когда же, наконец, дело о гибели Марины Киселевой сдвинется с мертвой точки. И вот, наконец, следователь Громова решила почтить институт своим присутствием. Вторая обсуждаемая новость – это увольнение Андрея Рубцова. Об этом первой, естественно, узнала Полякова.

– Да, подал заявление по собственному желанию в связи с переходом на другую работу, и сразу ему начальник подписал, потому что оттуда, – она закатила глаза к небу, – был звонок. И велели, чтобы увольняли его сразу, без двухмесячной отработки, а у него срок молодого специалиста только в марте кончается, так и это уладили.

Надежда не смогла скрыть свою заинтересованность:

– А куда же он увольняется?

– Да так туманно намекает, что в Смольный тесть его пристроил, а кем уж – не знаю. И так быстро собрался, за два дня все службы обегал с обходным. А своим в сектор даже торта не принес, скупердяй.

Третьей новостью, активно обсуждаемой в отделе, было предстоящее замужество Надежды.

– Ты понимаешь, Саша, – смеясь, говорила Надежда в кабинете, – я ведь не пьяница и не склеротик, я же точно помню, что никому здесь на работе не говорила, ты тоже, так откуда же они все узнали?

– Да у тебя на лице все написано, сияешь, как медный самовар.

– Что, так и написано: уважаемые Александр Александрович и Надежда Николаевна! Приглашаем вас пятнадцатого февраля в ЗАГС Выборгского района на торжественную регистрацию вашего брака? Меня тетки из соседних отделов поздравляют, я спрашиваю, кто вам сказал? Они говорят: Полякова. Саша, ну откуда она узнала?

– Ну, наверное, у нее во всех ЗАГСах свои осведомители.

– Ты все шутишь, а я голову ломаю. Саша, а ты знаешь, что Рубцов увольняется?

– Знаю, только это ничего не значит, может, просто тесть решил убрать его из института с наших глаз от греха подальше.

Один из чистяковских мальчиков вернулся из прокуратуры после беседы с Громовой.

– Ну, Анатолий Петрович, там с Бережковым прямо цирк получается. Оформили там на него дело вроде как несчастный случай, так этой Громовой все неймется, чует, что что-то не так. Стала она Бережкова проверять, всю его биографию подняла. А у него жена в восемьдесят восьмом погибла. Следствие там было, да дело так и не раскрыли. Убили ее ножом в собственном подъезде то ли хулиганы, то ли маньяк какой-то, так и не нашли никого. А там в деле фигурировал сосед с первого этажа, вроде не то он кого-то видел, не то с кем-то разговаривал, но он что-то темнил. А мужичок-то был так себе, шестерка, и вдруг месяца через три приоделся, машину даже купил, подержанную правда. И через полгода находят его в этой машине еще тепленького, но уже мертвого. Задохнулся от выхлопа и помер! Так этой Громовой показалось дело подозрительным, и она теперь копает вовсю! Бережков пока молчит, но как бы чего не вышло.

– Да, подумать надо. Ты достань это дело мне поскорее, там вперед Громовой успеть надо.

Через два дня оперативник докладывал Чистякову:

– Да, интересно там получается. Мужичок этот, сосед-то, когда жену Бережкова убили, слышал на лестнице какой-то шум и даже выскочить успел и того маньяка в лицо мельком увидеть. Но милиции рассказывать ничего не стал, а решил на этом деле подзаработать. Он сам-то электриком в РСУ работал и вспомнил после долгих мучений, где он этого маньяка видел, но даже жене не сказал, кто такой. Видно, нашел он того мужика и стал его шантажировать, деньги тянуть. Машину даже купил, а потом, верно, тому маньяку надоело деньги платить, он и устроил ему смерть в собственной машине.

– А ты откуда это все узнал?

– А мне жена его бывшая рассказала, того соседа-то. Время прошло, она опять замуж вышла за приличного человека, все прошлое ей до фени, она говорит, в милицию ни за что не пойду, а мне в приватной беседе рассказала, что знала.

– Ну да, ты ведь у нас обаятельный.

– За то и держите. А я еще по дому поспрашивал, где этот Бережков раньше-то жил, где жену его убили, так соседи рассказывают, что он прямо невменяемый стал после ее гибели, очень переживал.

– Теперь вот что скажи мне, у жены этой бывшей хоть какие-то мысли есть по поводу этого маньяка, кем он может быть?

– Она говорила, смутные у нее какие-то подозрения, что он с медициной связан каким-то образом, то ли в больнице работал, то ли в поликлинике.

– А, так ты вот что, этот сосед-то когда погиб?

– Зимой восемьдесят девятого.

– Если он этого маньяка узнал, значит, тот в том же районе работал, где это РСУ находится. Так что проверьте примерно вокруг даты его смерти плюс-минус три месяца, не погиб ли в это время кто-нибудь из медработников, что там у них в районе есть: поликлиники, травмпункт.

– Больница есть большая.

– Это плохо, но попробуй. Да не среди врачей больше ищите, а шоферы там, электрики, завхоз может быть. Да побыстрее старайтесь, Громова на пятки наступает.

– Слушаюсь.

И оказалось, что примерно в интересующее их время некий шофер больничной машины был убит в собственном подъезде ножом в сердце. Убийцу не нашли. Чистяков, выслушав обстоятельный доклад, помрачнел.

– Очень похоже, что это Бережков. После смерти жены он с катушек слетел. Милиция убийцу не нашла, он решил сам мстить. Шантажиста этого он расколол, а потом его прикончил, чтобы тот не проболтался. А потом и убийце жены отомстил.

– А теперь Громова будет копать, неизвестно, какое там у этого Бережкова алиби, как бы наше дело не сорвалось. Завтра я договорюсь в прокуратуре, чтобы Бережкова нам отдали для следственного эксперимента. Приступаем к операции. Все поняли?

– Да, все поняли. Только, Анатолий Петрович, как же, так и отпустим на волю киллера? Да на его счету человек двадцать убитых, а сколько еще, мы не знаем.

– Зачем отпускать? Теща его где живет?

– Поселок Шувалово, улица Варваринская, дом двенадцать.

– Вот там и покараулите, если он сам не покажется, то знак какой-нибудь подаст, хоть денег пришлет на ребенка-то. А бабку сразу про него расспросите, да потише там, чтобы соседи не видели. Если он после смерти жены так переживал, что совсем переменился, в киллеры пошел, должен о ребенке думать, ребенок у него единственная память о жене.