Ночь опасна - Анна Малышева

Николай держался далеко не так корректно. Правда, он ничего не спрашивал, зато отвечал сквозь зубы, если вообще удостаивал жену ответом. И его теща сделала вывод, что в семействе не все благополучно. Она забеспокоилась.

– Ниночка, ты так свежо выглядишь, – сказала она, когда над столом повисла тишина. Слышался только скребущий звук вилки – Диана распахивала картофельное пюре в своей тарелке. Против обыкновения ее никто не одергивал.

– Правда? – удивилась дочь. И, спохватившись, нервно подтвердила, что в самом деле хорошо отдохнула.

– В Москве сейчас такая грязь, так тяжело дышится… – продолжала Инесса Павловна, в основном обращаясь к зятю. – А за городом, наверное, прелесть что такое!

– В самом деле, – коротко ответила Нина. – Да, мам! Я кое-что тебе привезла. Пойдем, покажу.

Они вышли из-за стола, и, уведя в мать в комнату, Нина трагическим шепотом спросила, что означают все эти разговоры?

– Но я же говорила о санатории!

– Ни в каком санатории я не была!

Инесса Павловна испуганно шикнула. А потом еле слышно сказала, что ей ничего рассказывать не нужно. Она ни о чем не спрашивает. Все эти вопросы задавались только для Николая.

– Он такой мрачный! Думаю, что-то заподозрил!

Дочь поразила ее своим равнодушным ответом.

Она заявила, что Николай не нуждается в том, чтобы для него разыгрывали такие комедии. Он прекрасно знает, что ни в какой санаторий она не ездила. А разговоры об этом только раздражают его.

– Нинка, ты рехнулась! – воскликнула та, забыв о своем заговорщицком тоне. – Ты ему сказала?!

– Мама, он в этом не нуждается.

– Тогда откуда он все знает?

Дочь поразила ее вторично. Она сообщила, что ее брак с Николаем – это союз двух умных людей. Они не ссорятся по пустякам, не выцарапывают друг другу глаза, как иные импульсивные пары. Николай знает, что у нее кто-то есть, а теперь даже знает, кто именно.

– А сказочка про санаторий – это просто ширма, которая устраивает нас обоих, – холодно добавила она. – Когда в комнате стоит какой-то некрасивый предмет, его нужно чем-то загородить, верно? Или вот пятно на обоях – на это место вешают красивую картину. А санаторий на ней нарисован или еще что – для умного человека совершенно безразлично.

Инесса Павловна даже не смогла ей ответить. Заранее заготовленные упреки, что дочь неосторожна и своими руками разрушает семью, вылетели у нее из головы.

– Это безумие, – сказала она наконец. – Это просто… Цинизм какой-то! Как же ты изменилась!

– С каких пор, как ты считаешь? – так же холодно и вежливо поинтересовалась Нина. – Я не менялась. Я всегда была такая. А теперь пойдем ужинать, все остывает. И Диане пора спать.

Инесса Павловна растерянно оглядела спальню. Спросила, что именно дочь хотела ей показать. И тут Нина не выдержала. Рассмеявшись, она заявила:

– Мама, ну это просто еще одна ширма! Ширмочка, чтобы отозвать тебя и поговорить! Всем же ясно, что ничего я тебе не привезла, потому что никуда не ездила! Ну, пойдем! Попрощайся с Дианкой!

Больше в тот вечер они почти не разговаривали. Ужин окончился в полном молчании. Николай довольно невежливо унес тарелку с печеньем и кружку чая в столовую. Он заявил, что будет смотреть футбол. Диана клевала носом и бесцельно ломала печенье на мелкие кусочки. Инесса Павловна наконец встала.

– У меня на сердце неспокойно, – пожаловалась она дочери, когда та отпирала ей дверь. – Вы сегодня совсем как чужие. Нина, вы ссорились? Или теперь у вас всегда так?

– Все совершенно нормально, – уже с явным раздражением произнесла дочь. – Ты приедешь к нам на выходные и тогда сама убедишься. Просто сейчас Коля немного устал. Коля! Подвези маму!

Инессе Павловне пришлось удовлетвориться этим обещанием, так как в дверном проеме уже возникла внушительная фигура зятя. Ей очень хотелось спросить, как развиваются отношения дочери с тем симпатичным молодым человеком, который привозил Диане вещи, но она понимала, что сейчас для этого неподходящий момент. На этом они и расстались.

…Николай звонил ей крайне редко – можно сказать, никогда. И поэтому, когда в середине следующего дня у нее в квартире раздался телефонный звонок, а в трубке – голос зятя, она удивилась и даже испугалась. Николай спросил, не приезжала ли к ней Нина.

– Разве она должна была…

– Нет? Ну хорошо, я потом перезвоню. – Он даже не дал ей задать вопрос и сразу повесил трубку.

Инесса Павловна встревожилась. Она не могла себе представить, куда отправилась ее дочь, вместо того чтобы ехать на работу?

– Страшно подумать, но мне кажется, у нее серьезный роман, – вещала она по телефону старой подруге, которую давно не видела, но зато часто слышала. Женщины дружили чуть ли не со школы, а теперь жили в разных концах Москвы.

– Она разводится?

– Пока ничего не слышно. Но с мужем почти не разговаривает. Неделю будто бы отдыхала в санатории, понимаешь, в чем дело?

Подруга все понимала.

– Коля как раз был в командировке. И вот едва Нинка вернулась домой – опять сбежала!

Подруга ответила, что если так – все очень серьезно. И спросила, знакома ли Инесса с новым кандидатом в мужья? Подружки обсудили Олега во всех подробностях – впрочем, у них был очень скудный материал. Однако Инесса отозвалась о потенциальном зяте скорее положительно.

– Если он еще и зарабатывает прилично – то ничего лучше не нужно, – сказала она наконец. – Ну все, заканчиваем, я жду звонка.

Однако к вечеру ее игривое настроение улетучилось. Николай позвонил, но только затем, чтобы задать все тот же вопрос. Инесса Павловна всполошилась:

– Она еще не звонила? А где Диана?

– Я ее отвез в школу, я и забрал, – мрачно ответил Николай. – Она дома.

– Мне приехать? – нерешительно предложила теща. И была сражена согласием Николая. Прежде, если она предлагала свои услуги «на дому», ей деликатно, но твердо отказывали.

…Диана уже спала. За последние дни она привыкла засыпать без матери, и теперь ее удалось уложить без труда. Ее бабушка и отец сидели на кухне. Николай подливал теще коньяк, а Инесса Павловна, уже изрядно подвыпившая, нервничала и паниковала все больше.

– Она никогда так не делала! – повторяла она. – Что-то случилось!

– Просто ушла совсем, – мрачно отвечал тот. – Вы есть не хотите? Осталось со вчерашнего…

– Да ничего я не хочу! Куда она могла уйти от ребенка!

– Она вам точно ничего не сказала вчера? И не намекала?

Инесса Павловна азартно встала на защиту дочери. Она передала разговор с нею (опустив подробности про ширмы) и сказала, что дочь похвалила выдающийся ум своего супруга. Нет, она не могла уйти! Ну, кто может сравниться с Николаем?!