Метод - Даниил Лектор

– Хочешь сказать, он вместе с ней ромашки рвал? – не могла поверить Есеня.

– Романтик… – процедил сыщик.

Пока возвращались, следователь в машине рассказывал:

– Город у нас небольшой, семьдесят тысяч. Полгорода в Москве работают, сюда спать приезжают. Вот и убитые – все учились или работали в Москве. Все ездили на электричке. Выходили на вокзале – и всё… Автобусы у нас редко ходят, а бомбилы за полтинник возят. Предпоследнюю жертву соседка видела, как та в машину садилась. Машина вроде синяя. Водитель – мужчина, такой…

Он замялся.

– Какой? – сердито спросила Есеня.

– Ну… – продолжал мямлить следователь.

– В штанах, – закончил за него Меглин.

Следователь тут же обиделся:

– Зря вы так. Мы всех бомбил проверили, я с каждым говорил. Запретил даже бомбить – так люди жаловаться начали! Потом девчонок из школы милиции выписал. Одели как студенток, сажали в электрички за три станции от нас. Три месяца – и…

– Не клюет, – опять закончил за него Меглин.

– Нет, – подтвердил следователь.

– Почему? – повернулась к напарнику Есеня.

– Рыбака видит, – объяснил тот.

…В то утро Георгий Андриевич проснулся поздно – девятилетняя дочка уже с нетерпением ждала его пробуждения.

– Пап, ну чего ты так спишь долго, поехали! – воскликнула она.

– Сейчас, иду, – ответил отец.

Когда он, уже одетый и побритый, завязывал дочери ленточки в косичках, она спросила:

– Пап, а ты мне колечко купишь, как маме? А то у нее четыре кольца и цепочки…

– Дочь, я не Абрамович, я Андриевич, простой почтальон, – сказал отец. – Откуда у меня деньги?

Но потом пообещал:

– Куплю, родная.

…В вагоне электрички парень вынимает из кармана кольцо и подает девушке – своей невесте. Кольцо старое, потертое, но золотое.

– Откуда это? – спрашивает девушка.

– Мама дала.

– А разве можно до свадьбы?

– Ну, поноси денек. Мне приятно будет.

Объявляют остановку. Девушка надевает кольцо, целует жениха на прощанье и выходит. Парень едет дальше.

…Андриевич, стоявший возле своей синей «копейки», внимательно рассматривал людей, вышедших из электрички. Он сразу выделил из толпы девушку с кольцом и следил за ней с болезненным интересом.

Однако ему помешала нагруженная сумками тетка:

– До Блюхера сколько возьмете? – спросила она.

– Не, я человека жду, – ответил Андриевич.

– Так, может, нам по пути?

– Вали отсюда, а? – прямо предложил бомбила.

Женщина, ворча, отошла, а Андриевич поспешил навстречу невесте. И вовремя – заглядевшись на подарок жениха, девушка оступилась и сломала каблук. Андриевич подал ей руку:

– Осторожно! На свадьбу позовете? Когда праздник?

– Через две недели, – ответила девушка. – А вы прямо телепат!

– Я не телепат, – ответил Андриевич.

И сообщил шепотом:

– Я таксист.

– А почему шепотом?

– Так гоняют нас, не слышала? Из-за маньяка этого. Поймал бы – своими руками придушил. Без каблука ты не дойдешь…

– А сколько до Кирова возьмете? – поинтересовалась девушка.

– Двести рублей дашь – спасибо скажу.

– Спасибо, – улыбнулась невеста, идя к машине.

«Копейка» отъехала от вокзала. Вслед ей внимательно смотрела тетка с сумками…

…Спустя полчаса девушка с кольцом пытается подняться на ноги на поляне в глубине леса. Теперь она выглядит совсем иначе. Лицо вымазано в земле, залито слезами.

– Теперь, после этого, убей меня! – рыдает она. – Жить не хочу!

– Это запросто! – гадко усмехается Андриевич…

…Сыщики в компании со следователем возвращались в город с вокзала – смотрели маршрут, который проделали все жертвы. Следователь продолжал рассуждать:

– У нас же народ берегов не видит. Как прошел слух, что он на синей машине ездит – четырех человек, которые на синих, из машин повытаскивали, бока намяли. Одного я еле отбил, в воздух даже стрелял. Без толку эти патрули, к убийце мы и на шаг не приблизились.

– Почему? Приблизились, и даже очень, – возразил Меглин.

– Почему ты так думаешь? – спросила Есеня.

– Так это же удовольствие какое – самого себя ловить! И потом – это власть. И контроль…

Тут у следователя зазвонил мобильный. Он с расстроенным видом выслушал сообщение и сказал:

– Только что еще одну нашли.

Вскоре они уже стояли возле тела жертвы. Полицейский, первым прибывший на место, доложил, что в сумочке нашли телефон, по нему вызвали жениха девушки. Он опознал убитую, а также заявил, что с пальца невесты исчезло кольцо, которое он ей только сегодня подарил.

– Он забирает вещи, – перечисляла Есеня. – Насилует. Убивает. Что для него главное?

– Сочетает приятное с полезным, – усмехнулся Меглин. – Но приятное, конечно, в первую очередь.

Тут у следователя вновь зазвонил телефон. Он радостно сообщил:

– Нашли гада!

В ОВД участники расследования встретили полицейского, который обнаружил убийцу. Тот с гордостью докладывал:

– Задержали на вокзале. Без документов. Грязный, в крови. Допросили – признался.

– Во всех эпизодах признался? – уточнил следователь.

– Пока только в одном, – ответил полицейский.

Эту фразу можно было понять и так: если понадобится – признается во всех.

Они вошли в кабинет. Там сидел бомж – действительно грязный и в крови. Губы у него была разбиты, на лице – свежий фингал. Меглин обратил внимание, что глаза задержанного подернуты пленкой.

– Эй! – окликнул он.

А когда бомж повернулся, запустил ему в лоб стопку писчей бумаги, взятую со стола. Бомж не пытался защититься, и бумага ударила его по лицу.

– Слепой у вас маньяк, – констатировал сыщик. – Редкий вид! Видать, жертву носом чует.

– Как слепой?! – опешил следователь. – Как же он у тебя признался? – повернулся он к полицейскому. – Бил, что ли?

– Да я один раз только… – буркнул страж порядка.

– Они всё признают, что ни спросишь, – сказал Меглин. – Такого допрашивать – одно удовольствие.

И, повернувшись к бомжу, спросил:

– Значит, ты убил?

– Да… – кивнул слепой.

– Топором?