Тайна ее сердца - Элизабет Хойт

И не важно, какую цену ему придется за это заплатить.

Мэггс проснулась от шороха. Это Даньелз прибиралась у нее в шкафу. Мэггс прищурилась и, посмотрев на окно, поняла, что утро давно уже наступило. Она сладко потянулась и поняла еще одну вещь: ее бедра были липкими.

Ведь прошлой ночью Годрик занимался с ней любовью.

Лицо Мэггс залила краска смущения. Она до сих пор чувствовала ноющую боль в бедрах, коей не ощущала уже несколько лет, и пожалела, что не проснулась в полном одиночестве, чтобы в тишине свыкнуться с изменениями в ее жизни.

В ее теле.

К счастью, мысли Даньелз были заняты другим.

— У нас посетители, миледи.

Мэггс ошеломленно заморгала. Неужели так поздно? Кроме того, у них еще не было ни одного посетителя с самого приезда в Лондон. Мэггс не знала даже, убрались ли уже в гостиной.

— В самом деле?

— Да, миледи. — Даньелз, сдвинув брови, посмотрела на платье из желтой парчи и повесила его назад в шкаф. — Три леди.

— Что? — Мэггс поспешно села на кровати. — Кто они такие?

— Полагаю, какие-то родственницы мистера Сент-Джона.

— О Господи! — Мэггс выбралась из кровати, испытывая легкое раздражение. Почему Годрик ничего не сказал ей о том, что ожидает приезда родственников? Однако, вспомнив, в каком состоянии находился Сент-Хаус, когда они приехали, Мэггс подумала, что, возможно, Годрик ничего не знал.

Вот уж правда: о Господи!

Мэггс наспех ополоснулась, пока Даньелз повернулась к ней спиной, а потом послушно стояла посреди комнаты, пока та с одной из младших служанок помогали ей облачаться в розовое с черными узорами платье. Его сшили несколько лет назад, и Мэггс вот уже в которой раз взяла себе на заметку заняться гардеробом.

Даньелз раздосадованно бормотала что-то, пытаясь уложить волосы Мэггс в прическу. Обычно требовалось не менее сорока пяти минут, чтобы укротить похожие на пружины локоны. Сегодня ей пришлось уложиться в десять.

— Достаточно, — произнесла Мэггс, стараясь казаться спокойной, хотя ей так и хотелось вскочить со стула и бежать вниз, пока эти родственницы мужа не пришли в ужас от состояния дома. Хорошую служанку трудно найти. Особенно такую, которая согласится жить в деревне, поэтому Мэггс сердечно произнесла: — Благодарю вас, Даньелз.

Служанка фыркнула, но все же отошла в сторону, и Мэггс поспешила прочь из спальни.

На втором этаже царила тишина, и Мэггс озадаченно закусила губу. Неужели уехали? Однако, спустившись этажом ниже, она встретила миссис Крамб, выглядящую, как всегда, идеально и собранно.

— Доброе утро, миледи. Ваши гости ожидают в желтой гостиной.

Мэггс едва не открыла рот от изумления. В Сент-Хаусе есть желтая гостиная?

— Э… и где же она находится?

— Третья дверь справа. Сразу за библиотекой, — спокойно ответила миссис Крамб.

Глаза Мэггс расширились от ужаса.

— Это та, что с паутиной на потолке?

Одна бровь миссис Крамб еле заметно дрогнула.

— Она самая.

— Э… — Мэггс закусила губу, поглядывая на свою суровую экономку. — Но ведь она…

Левая бровь миссис Крамб слегка изогнулась.

— Нет, нет. Конечно, нет.

Мэггс облегченно улыбнулась.

Экономка спокойно кивнула:

— Я взяла на себя смелость попросить кухарку приготовить чай с пирожными.

И снова Мэггс едва не раскрыла рот от удивления.

— У нас есть кухарка?

— Да, миледи. С шести часов утра.

— Миссис Крамб, вы просто сокровище!

Кончики губ экономки еле заметно приподнялись.

— Благодарю вас, миледи.

Мэггс набрала полную грудь воздуха и пригладила подол платья, чтобы войти в холл спокойно и неторопливо, как и полагается леди ее положения. Она открыла дверь желтой гостиной, ожидая увидеть каких-то престарелых родственниц Годрика, но тут же облегченно выдохнула.

— О, миссис Сент-Джон! — воскликнула Мэггс, порывисто заходя в гостиную. — Почему вы не сообщили о своем приезде?

Мэггс обняла самую старшую из женщин и сделала шаг назад. Мачехе Годрика должно было скоро исполниться пятьдесят пять лет. Не слишком высокая и довольно плотная, она обладала волосами цвета льна, которые унаследовали все ее дочери. С годами ее лицо приобрело красноватый оттенок, а в волосах прибавилось седины. Во внешности не было ничего выдающегося, только этого почти никто не замечал, ибо отсутствие красоты компенсировали ее живость и жизнерадостность. До Мэггс не раз доходили слухи о том, что отец Годрика был просто без ума от второй жены.

— Мы решили приехать без предупреждения, Мэггс, — произнесла миссис Сент-Джон, тяжело опускаясь в кресло.

— Как эти бродячие торговцы, — сказала восемнадцатилетняя сестра Годрика Джейн. — Которые ни за что не оставят вас в покое, пока вы не купите у них жалкий кусок ленты.

— Эта лента была не жалкая, — возмущенно возразила Шарлотта, которая была на два года старше Джейн. — Ты просто завидуешь, ибо торговец пришел, когда ты резвилась в поле с Пэт и Гарриет.

— Пэт и Гарриет необходимо было побегать. — Джейн упрямо задрала нос. — К тому же я эту жалкую ленту не взяла бы и даром.

— Девочки, — перебила дочерей миссис Сент-Джон, и они тотчас же замолчали. — Я уверена, что Мэггс не слишком интересно слушать, как вы бранитесь из-за безделушек и собак.

Но Мэггс не возражала. Она находила взаимную любовь сестер Сент-Джон освежающей, если, конечно, они не ссорились. Она никогда не была так близка со своей старшей сестрой Каро. Дом матери Годрика находился в Верхнем Хорнсфилде, так что Мэггс имела возможность наблюдать перебранки сестер Сент-Джон довольно часто.

— Не знаю, куда подевалась Сара, — дипломатично произнесла Мэггс. — И Годрик тоже.

— Нам сказали, что Годрик куда-то уехал, — сообщила Джейн. — А Сару слуги тоже не нашли.

— Потому что я уходила на прогулку, — донесся с порога голос Сары. Позади нее стояли маленькие служанки, которые держали в руках подносы, полные всяких сладостей. — И только что вернулась.

Шарлотта и Джейн мигом вскочили с дивана и принялись обнимать сестру, словно не видели ее несколько месяцев, а не всего лишь неделю.

Миссис Крамб, незаметно вошедшая в гостиную, спокойно отдавала девочкам-служанкам приказания. Когда стол был накрыт, она вопросительно взглянула на Мэггс. Мэггс поблагодарила экономку, и та вышла из столовой вместе с девочками и прикрыла за собой дверь.

— Мама. — Сара наклонилась, чтобы поцеловать миссис Сент-Джон в щеку. — Какой сюрприз.

— Именно так и было задумано, — ответила миссис Сент-Джон.