Голдфингер - Ян Ланкастер Флеминг

– Не сказала бы, что меня очень прельщают банки. Скажем, я недостаточно, самую малость, подготовлена. Но я согласна. Мне и моим девочкам тоже нужно кушать.

Голдфингер позволил себе доброжелательную улыбку:

– Это великолепно, мисс Галоре. А теперь, – он повернулся, – мистер Спрингер, мы хотим узнать ваше мнение.

Спрингер медленно поднялся, зевая, как оперный завсегдатай. Затем слегка откашлялся, достал платок из тонкого батиста и промокнул губы. Его стеклянные глаза неторопливо оглядели всех и наконец остановились на Голдфингере. Медленно качнув головой из стороны в сторону, как если бы он разминал затекшие мышцы, строгим голосом, словно менеджер банка, отказывающий в займе, Спрингер изрек:

– Я боюсь, мистер Голд, что ваше предложение не встретит одобрения у моих коллег в Детройте.

Он слегка кивнул всем присутствующим.

– Мне остается только поблагодарить за столь интересное предложение. Всего доброго, джентльмены и мадам.

При ледяном молчании Спрингер аккуратно убрал свой носовой платок в левый карман безукоризненно сшитого пиджака, повернулся к двери и вышел.

Дверь закрылась с резким щелчком. Бонд заметил, как рука Голдфингера незаметно скользнула под стол. Он догадался, что На Все Руки получил сигнал. Сигнал к чему?

– Рад, что он ушел, – неприязненно сказал Миднайт. – Язва, а не человек. Ну-с, а теперь, – он резко поднялся и повернулся к Бонду, – как насчет выпить?

Все остальные встали и тоже направились к буфету. Бонд оказался между Пусси Галоре и Тилли Мастертон. Он предложил им шампанское. Мисс Галоре одарила его холодным взглядом.

– Исчезни, Симпатяга. Нам, девочкам, нужно пошептаться. Правда, милочка?

Мисс Мастертон вспыхнула, затем, резко побледнев, пролепетала:

– О да, пожалуйста, мисс Галоре.

Бонд ехидно улыбнулся ей и отошел. Джед Миднайт заметил эту сцену. Он приблизился к Бонду и сочувствующе сказал:

– Мистер, если это ваша куколка, то присматривайте за ней получше. Пусси всегда получает девочек, которых захочет. Она поглощает их гроздьями, как виноград, понимаете? – Миднайт мотнул головой. – Боже, как они меня утомляют, эти лесбиянки. Увидите, скоро она заставит эту девицу делать все, что захочет.

– Я прослежу, – ответил Бонд. – Но я мало что могу поделать. Она очень независима.

– Вот как? – в голосе Миднайта прозвучала заинтересованность. – Что ж, может, тогда я попытаюсь поломать это дело.

Он поправил галстук.

– Я могу приударить за этой Мастертон. У нее просто великолепные природные данные. До встречи.

Он ухмыльнулся Бонду и направился к женщинам.

Поглощая шампанское и бутерброды с икрой, Бонд размышлял о том, как великолепно Голдфингер провел совещание, когда распахнулась дверь и один из корейцев, быстро подойдя к Голдфингеру, что-то зашептал ему. Лицо Голдфингера сразу стало серьезным, и он постучал вилкой по бокалу с «виши».

– Джентльмены и мадам. – Он обвел всех печальным взглядом. – Я получил плохие новости. С нашим другом, мистером Хельмутом Спрингером, случилось несчастье. Он упал со ступенек. Смерть наступила мгновенно.

– Хо, хо! – смех Ринга не был похож на смех. Скорее дырка на лице. – И что сказал по этому поводу Слэппи Хэпгуд, его горилла?

– Увы, мистер Хэпгуд также упал с лестницы и умер от полученных травм, – грустно сказал Голдфингер.

Мистер Соло посмотрел на Голдфингера с возросшим уважением и тихо произнес:

– Вам лучше починить эту лестницу, мистер, пока мы с моим другом Джулио не пошли по ней.

– Починкой займутся тотчас же, – серьезно ответил Голдфингер.

Лицо его стало озабоченным.

– Боюсь, что этот несчастный случай будет плохо воспринят в Детройте.

– Не думайте об этом, мистер, – дружелюбно произнес Джед Миднайт. – Они там обожают похороны. К тому же это сильно упрощает им жизнь. Старина Хел вряд ли еще долго продержался бы. В последний год они подкладывали под него угольки. Верно, Джеки? – обратился он к стоящему рядом Стрэпу.

– Точно, Джед, – послушно ответил Стрэп. – Ты все верно сказал. Мистера Хельмута Спрингера пора было убрать.

«Убрать» на языке мафии – это значит убить. Когда Бонд наконец добрался до постели, это словечко не выходило у него из головы. На Все Руки получил сигнал, двойной звонок, и Спрингера и его телохранителя убрали. Бонд не мог этому помешать, даже если бы и захотел, а мистер Хельмут Спрингер ничего для него не значил и к тому давно заслужил, чтобы его убрали. Но 59 тысяч 998 человек тоже могут убрать, и он, только он один может этому помешать.

Когда высокое собрание разошлось и главари удалились по своим делам, Голдфингер отпустил Тилли, а Бонда задержал. Он велел ему записывать и в течение двух часов разрабатывал все до мельчайших деталей. Когда он дошел до отравления резервуаров (Бонду пришлось составить точное расписание, чтобы все люди в Форт-Ноксе к положенному времени «отключились»). Бонд поинтересовался подробностями о препарате и времени его действия.

– Вас это не должно волновать.

– Почему? Ведь от этого зависит все.

– Мистер Бонд, – глаза Голдфингера были далекими, отрешенными. – Я скажу вам правду, поскольку вы не сможете никому рассказать. Начиная с этого момента На Все Руки будет постоянно рядом с вами, и полученные им распоряжения очень определенны и конкретны. Поэтому я могу вам сообщить, что все население Форт-Нокса будет мертво или покалечено к полуночи дня "X". Вещество, которое растворят в резервуарах, – это высококонцентрированная форма GB.

– Вы сумасшедший! Неужели вы действительно собираетесь убить шестьдесят тысяч человек?

– Почему нет? Американские водители делают это каждые два года.

Бонд смотрел на Голдфингера с ужасом и изумлением. Это не может быть правдой! Он не может этого сделать!

– Что такое GB? – напряженно спросил Бонд.

– GB – одно из наиболее сильных отравляющих веществ нервно-паралитической группы. Оно было разработано вермахтом в 1943 году, но ни разу не применялось из-за боязни ответственности. На самом деле это гораздо более действенное оружие массового уничтожения, чем водородная бомба. Его недостаток в трудности его применения по отношению к населению. Русские захватили весь германский запас в Дюхернфурте, на границе с Польшей. Мои друзья смогли достать мне необходимое количество. Идеальный способ его применения в густонаселенном месте – через воду.

– Голдфингер, вы поганая... сволочь.

– Не будьте ребенком. У нас много работы.

Позже, когда они подошли к проблеме вывоза золота из города, Бонд предпринял еще одну, последнюю попытку:

– Голдфингер, вы не сможете вывезти все это. Никто из них не сможет вывезти свою сотню тонн золота оттуда, не говоря уже о пятистах тоннах. Вы окажетесь на шоссе с несколькими золотыми слитками, зараженными гамма-излучением, и со всей американской армией на хвосте. И ради этого вы собираетесь убить шестьдесят тысяч человек? Это же фарс. Даже если вы и сможете утащить оттуда пару тонн золота, где вы его спрячете?