Кукловод - Алексей Макеев

Когда в разговоре женщин образовалась пауза, я влез с репликой:

– Оля, помнишь, во время нашего недавнего разговора в театральной гримерной ты обмолвилась, что Юра человек азартный и не прочь рулетку покрутить?

Шерманова взглянула на меня и отчего-то смутилась.

– Действительно, он иной раз играл в казино. – Глаза у нее забегали, и, чтобы скрыть это, Оля вновь положила на лоб полотенце и уставилась в потолок. – Но ты же знаешь, казино у нас в стране вне специальных зон запрещены, и Юрчик перестал играть в рулетку.

Я чувствовал, что Шерманова недоговаривает, и стал напирать:

– Но ведь существуют подпольные казино. – Видя, что молодая женщина колеблется, говорить правду или нет, стал взывать к ее рассудку: – Оля! – произнес я строго. – Ты же хочешь найти преступника, убившего Юру и… – я запнулся перед тем, как отождествить себя с убийцей, – ударившего тебя по голове?

В глазах Шермановой загорелся злой огонек, свидетельствующий о том, что в груди ее вспыхнула жажда мести.

– Конечно, хочу! – сказала она с жаром.

– Тогда расскажи, что ты знаешь о страсти Юры, – поймал я Шерманову на слове.

Огонек в глазах Оли как-то потух. Видимо, не очень ей хотелось рассказывать о пороках своего дружка. Тем не менее, вздохнув, она призналась:

– Если честно, то после того, как закрылись казино, Юра свою пагубную привычку играть в азартные игры не оставил. Он стал посещать подпольное казино. Насколько я знаю, он не так давно крупно проигрался и… – Шерманова вдруг замолчала и уставилась на меня. Очевидно, в голову ей пришла потрясающая мысль, и чем больше она осмысливала ее, тем больше ужасалась. – Постой, постой, выходит… – Оля вновь сняла со лба полотенце и приподнялась на локте. – Выходит, Юра должен был крупную сумму денег и, чтобы возместить ее…

Дошло наконец и до Нины то, что хотела сказать ее подруга. Глаза у нее вылезли из орбит, причем настолько, что хоть ладошку подставляй и жди, когда упадут.

– …украл шкатулку с бриллиантами, – потрясенно закончила она мысль Оли. – Значит, кому-то стало известно, что у Юры есть шкатулка с диадемой, он пришел, убил Тычилина и забрал бриллианты?

Обе женщины, открыв рты, смотрели на меня, дожидаясь подтверждения или опровержения своих догадок. Ну, чем я мог их обрадовать? Я только развел руками:

– Мне жаль вас разочаровывать, девушки, но, по всей видимости, все произошло именно так, как вы только что предположили. Так что… – Я глянул на Шерманову. – Говори, что знаешь о подпольном казино, которое посещал Тычилин, и я постараюсь отыскать убийцу.

– Ты что, собираешься туда пойти?! – ужаснулась Нина.

– Конечно! – удивился я вопросу. – Иначе зачем бы я спрашивал, где находится казино?

Нина вдруг встала на дыбы (это, конечно, фигурально выражаясь, на самом деле она выпрямилась, сидя на кровати, и посмотрела на меня своими прекрасными глазами так, будто я был законченным идиотом).

– Но, Игорь! – возмутилась она. – Тебя же запросто могут убить! – Она повернула голову к Оле и потребовала: – Не говори ему, где находится казино!

Шерманова, все еще находившаяся под впечатлением дурных новостей о своем бывшем однокласснике, откинулась на подушку и вяло ответила:

– Действительно, Игорь, тебе что, делать больше нечего, как лезть в этот вертеп? Нужно сообщить о наших выводах в полицию, и пусть бандой, держащей казино, занимаются те, кому следует ею заниматься.

– Чего же ты раньше о подпольном казино в полицию не сообщила? – усмехнулся я.

Оля потупилась и неохотно ответила:

– Ну, чего я буду лезть не в свое дело? Сам знаешь, стучать у нас в стране не принято до тех пор, пока дело тебя или твоих близких не коснется. Сейчас как раз такой вот случай, можно ментам заявить.

– Все правильно! Прямо сейчас в полицию и позвоним. – Стороженко заелозила на высокой кровати, собираясь слезть с нее. – Где тут у вас городской телефон?

Ноги Нины скользнули между моими коленями на пол. Я взял ее за худые лодыжки и мягко, но решительно приподнял вверх, заставив снова взобраться на кровать.

– Сядь! – сказал я таким суровым голосом, что Нина не посмела ослушаться, села ровно и замерла, будто каменное изваяние, олицетворяющее покорность. Здорово я ее к порядку приучил. – Я очень хочу найти убийцу Юры, но также желаю отыскать драгоценности, о пропаже которых я обещал Быстровой не сообщать в полицию, потому что к этим бриллиантам имеют отношение очень влиятельные люди, – заявил я и обвел подружек строгим взглядом. – И если дело о сокровищах всплывет, поверьте, нам всем не поздоровится.

Насчет того, что нам всем не поздоровится, я, конечно, приврал, но надо же было хоть как-то оправдать свое стремление попасть в подпольное казино.

– Поэтому сегодня, девочки, – продолжил я, – мы ни о чем в полицию сообщать не будем. Вы дадите мне шанс сегодняшним вечером добраться до убийцы Юры и узнать, где бриллианты, а завтра делайте все, что хотите.

– Но ведь тогда дело о похищенной шкатулке так и так всплывет! – с нотками недоумения проговорила Оля. – Ведь нельзя же, давая наводку на убийц Юры, умолчать о мотиве преступления.

Я пожал плечами:

– Мое дело вернуть шкатулку, а что с нею дальше произойдет и кто о ней узнает, это уже не мои проблемы.

Нина, сидевшая как каменное изваяние, вдруг пришла в движение, будто кто-то, как в детской игре в «замри-отомри», подал ей команду, разрешающую двигаться.

– Послушай, – тихо проговорила она и подняла на меня печальный взгляд. – В том, что ты так упорно хочешь найти эту шкатулку, не кроется ли материальный интерес?

– Не без этого, – вынужден был признать я. – Хотя он играет и не главную роль в моем желании докопаться до истины.

Конечно, я отчасти лукавил, но не мог же я сказать правду, что это я ударил Олю по голове и теперь откровенно побаивался того, что могу стать подозреваемым номер один в убийстве Юры.

– Ты хоть понимаешь, что с тобой будет, если в казино раскроется, кто ты такой и для чего туда пришел? – траурным тоном спросила Оля.

– Конечно, понимаю, – ответил я, стараясь говорить беспечно, хотя на душе скребли кошки – разумеется, я боялся лезть в дела воротил подпольного бизнеса, но не показывать же перед дамами свою трусость. – Но поверьте, я человек везучий и со мной ничего не случится, – сообщил я и, чтобы вселить в женщин уверенность во мне, широко и беззаботно улыбнулся и подмигнул им. – Более того, я же не собираюсь говорить в казино, кто я такой и для чего пожаловал туда. Я только проникну в это игорное заведение, посмотрю там, что к чему, разведаю обстановку и смотаюсь.

– И все? – удивленно спросила Оля, очевидно, решившая, что глупо лезть к черту в логово лишь затем, чтобы посмотреть, как он там поживает.

– Кто знает! – покривил я губы в усмешке. – Может быть, по результатам моих наблюдений в казино многое откроется, и тогда можно будет натравить на игорное заведение больших людей, чью шкатулку украли. В общем, там будет видно.