Бегемот и муза - Наталья Александрова

На месте все соответствовало Юрочкиному рассказу.

Выпотрошенный чемодан Борис на всякий случай подобрал. Чемодан действительно был не тот: оставшееся в нем женское барахло было такого размера и качества, что покойная танцовщица скорее повесилась бы, чем купила себе что-то подобное.

Самой Ксении, конечно, не было. Бандиты наверняка уже выбросили ее труп в какой-нибудь залитый водой карьер или заброшенный строительный котлован.

Ситуация складывалась препоганая.

Ксюша погибла. Фотографии пропали вместе с чемоданом. Вдобавок ко всему ростовские рыщут по городу в поисках этого чемодана.

Один плюс: Ксюша не успела выдать Бориса.

Следы пропавшего чемодана следовало искать в аэропорту.

Борис начал с багажной службы терминала «Пулково-2», потом попытался что-нибудь разведать в отделе претензий аэропорта и, наконец, решил наведаться в офис «Люфтганзы».

Ночью он собирался залезть в помещение немецкой авиакомпании, но, на свою удачу, увидел двоих мужчин, которые приехали в аэропорт явно с той же целью.

Борис не стал рисковать: он предоставил ростовским возможность самостоятельно проникнуть в охраняемый офис, а сам подождал их на заднем сиденье машины.

Все случилось именно так, как он задумал. Сигнализация в офисе наверняка сработала, ростовские выбежали из здания и сели в машину, не заметив незваного пассажира. Борис застрелил плешивого здоровяка, который явно был более опасен, а черноволосого пижона заставил ехать в ту самую деревеньку, где окончилась короткая Ксюшина жизнь.

Там он допросил его по всем правилам криминальной науки и узнал от брюнета, раскисшего, как мороженое на солнцепеке, всю историю. О перепутанном чемодане – раз. О трех подругах, которые этот чемодан вернули «Люфтганзе», – два. О том, что этот чемодан брюнет с напарником тоже тщательно обыскали и не нашли в нем ни пленки, ни фотографий, – три.

По всему выходило, что фотографии остались у одной из трех женщин. У какой именно – еще предстояло выяснить.

Борис выжал из брюнета всю информацию до капли – все, что тот успел узнать, плюс адреса, телефоны, привычки и пристрастия. Потом он связал его, заклеил рот пластырем и оставил в подвале деревенского дома, отложив на какое-то время окончательное решение судьбы брюнета.

На следующий день под видом сотрудника «Люфтганзы» Борис явился к Катерине Дроновой, вернул ей сильно попорченный синий чемодан, заплатил компенсацию и назначил свидание на этот же вечер. Дольше откладывать решение своей судьбы он не мог.

В ресторане Катерина удивительно быстро опьянела, но не рассказала Борису ровным счетом ничего важного – скорее всего, просто ничего не знала о злополучных фотографиях.

Он отвез ее домой и без всяких проблем сделал слепки с ключей.

Ему пришел в голову необычный план.

Часто имея дело с женщинами, он понимал, что если хочешь от женщины чего-то добиться, нужно воздействовать не на ее разум, а на эмоции. Катерина в этом смысле была особенно характерна. Борис представил, что эта толстая сентиментальная дуреха испытает, найдя у себя в шкафу труп, и начал действовать.

На следующий день он приехал в деревню, где в подвале лежал связанный брюнет, изнывающий от голода и жажды.

При виде своего тюремщика брюнет застонал, а Борис заботливо склонился над ним.

– Для тебя, дорогой, проблемы закончились, – улыбнулся он и поступил с пленником так, как обычно поступают с отработанным материалом.

Труп Борис уложил в огромную картонную коробку от холодильника.

Его план был наглым до безумия, но обычно самые безумные планы удаются.

Никто не остановил его машину ни на шоссе, ни в городе.

Борис подъехал к Катиному дому в три часа, когда сама Катерина уже ждала его перед входом в художественный салон «Зефир». У ближайшего магазина он нашел двух хануриков, которые за тысячу рублей охотно согласились помочь занести в квартиру холодильник.

Алкаши занесли коробку в Катину квартиру и радостно отправились пропивать гонорар.

Пристроив труп в стенном шкафу, Борис поспешил на выставку, где его нетерпеливо дожидалась влюбленная Катя.

Однако дальше события стали развиваться не по его сценарию.

Обнаружив в стенном шкафу труп, три подруги не пришли в отчаяние и не впали в ступор, а на его звонок с требованием немедленно вернуть фотографии ответили довольно жестко.

Борис собирался следить за домом Катерины все время, но он все же был живой человек: нужно было поесть, отдохнуть хоть немного…

После звонка в квартиру Кати и неудачного разговора с Ириной Борис решил не спускать глаз с двух оставшихся дам.

Казалось бы, его упорство принесло плоды: он выследил их, когда Жанна и Ирина на машине случайного частника поехали за город в сторону Петергофа. И вот, когда он уже окончательно уверился, что они приведут его к чему-то важному, эти хитрые бабы сумели оторваться от него на железнодорожном переезде.

Борис еще раз вполголоса выругался, включил передачу и помчался обратно в город.

Пусть они перехитрили его здесь и он понятия не имеет, что они делали на Петергофском шоссе, но должны же они когда-нибудь вернуться?

Послушавшись своего внутреннего голоса, который почти никогда его не подводил, Борис поехал к дому Ирины Снегиревой.

Жанна шагнула навстречу старшему лейтенанту. Лицо ее озарилось неземной радостью.

– Слава богу! – воскликнула она таким голосом, каким умирающий в пустыне от жажды восклицает: «Вода!» – Слава богу, вы приехали! Я уже думала, что нам придется торчать здесь до утра!

– А что случилось-то? – настороженно поинтересовался старший лейтенант.

– Да заглохла эта проклятая консервная банка, – Жанна пнула ногой несчастную «девятку», – заглохла, и ни с места! Но теперь появились вы, и я больше не волнуюсь. Вы нас спасете! Вы просто не представляете, как я вам рада! Я просто готова вас расцеловать! – И Жанна сделала вид, что собирается немедленно осуществить свое намерение.

Старший лейтенант невольно попятился перед таким неожиданным напором и неуверенно спросил:

– Может, фильтр засорился? Или свечи засалились?

– Дорогой мой! – патетически воскликнула Жанна. – Я же всего лишь женщина, для меня ваши слова – китайская грамота. Может быть, вы сами посмотрите, что здесь случилось?

Старший лейтенант тяжело вздохнул, недовольно поморщился и полез под капот.

– Учись, Катька, – прошептала Ирина, с уважением глядя на Жанну, – как профессионально она запрягла мужика. Уж на что Жанночка у нас девушка самостоятельная, а и то смирила гордыню, потому что понимает: сила женщины в ее слабости и ничто не действует на мужчин так безотказно, как женская беспомощность.