Один против всех - Евгений Сухов

— Нет, я обещал.

Славик неопределенно пожал плечами, дескать, я предупредил.

— Может, на всякий случай взять еще кого-нибудь? Мало ли?

Стась неожиданно потерял терпение:

— Ты мне скажи, я еду в кабак на разбор или чтобы отдохнуть с женщиной?

Слава невольно улыбнулся.

— Хорошо, но на всякий случай я переговорю с долгопрудненскими, чтобы осложнений никаких не вышло, мало ли…

Стась перешагнул порог ресторана. Молодежь, сидевшая у самой сцены, лениво и без должного пиетета смерила его взглядами, признавая в нем командированного, который решил оттянуться с молодой дамой по полной программе после утомительного хождения по разным чиновничьим кабинетам.

Мало битые, неискушенные, не сомневающиеся по наивности в собственном бессмертии, глуповатые и дерзкие, они верили, что окружающий мир существует исключительно для них, и даже не подозревали о том, что они — живой щит для тех, кто в действительности является хозяином жизни.

Один из пацанов, нагловатый хмырь с кривой улыбкой, бесстыдно осмотрел Ольгу с ног до головы; взирал так, будто она уже была его вещью, словно был уверен в том, что в следующую минуту, ухватив ее за тонкое запястье, уведет в одну из пустующих комнат.

Подобные посещения всегда связаны с дополнительным напряжением, к ним тоже нужно быть подготовленным. Незаметно для окружающих Стась притронулся к карману брюк — миниатюрный «вальтер», свободно умещавшийся в ладони, придал ему должную уверенность.

Упругая дама с формами тяжелоатлета проводила его к свободному столику у самой стены. При ходьбе ее тело так аппетитно дрожало, что женщина больше напоминала отменный студень.

— Отдыхайте, — улыбнулась она безукоризненными жемчужными зубами и словно бы невзначай коснулась ладонью руки Стася.

По телу электрическим разрядом пробежало нешуточное возбуждение. Не без интереса он всмотрелся в красивое, слегка располневшее лицо дамы. Именно такие женщины в далекой Византии, будучи жрицами, давали первые уроки любви юношам; их дружбой гордились военачальники, а поэты посвящали им стихи.

Наверняка, если бы он остался с ней наедине, даже несмотря на свой не самый молодой возраст, женщина сумела бы показать такой изыск, какой не встретишь в новомодных салонах.

— Я тебя ревную, — Ольга накрыла ладонями руку Стася. — Она на тебя так посмотрела… как волчица. Мне показалось, она хочет тебя проглотить.

— Не получится, — улыбнулся Стась, — от меня у нее будет несварение желудка.

Лощеный официант с одного взгляда определил возможности клиента и сладкоголосо поинтересовался:

— Что желаете?

Куликов оторвался от меню и посмотрел на Ольгу.

— Ты что предпочитаешь, дорогая?

Ольга смущенно улыбнулась:

— Я полностью полагаюсь на твой вкус, милый.

— Тогда начнем с мяса… А впрочем, знаешь что… — Стась неожиданно захлопнул меню. — Давай на свое усмотрение, — продолжил он, глядя на официанта. — Но только самое лучшее.

Тот что-то черкнул в своем блокноте.

— Все понял…

— Я так рада, мы с тобой впервые в таком ресторане. Это для меня настоящий праздник, — призналась Ольга.

— Я тоже счастлив, — улыбнулся Стась, приобняв слегка Ольгу за плечи.

Лицо девушки неожиданно скривилось, как бы от ужаса, и она прошептала сдавленным голосом:

— Господи…

— Что с тобой? — беспокойно поинтересовался Куликов, оглядывая столики.

В зале царили непринужденность и веселье: мужчины подливали дамам в бокалы вина и что-то шептали им, наверняка очень рискованное. Непристойности способны заводить женщин не только в постели, но даже за ресторанным столиком. Если это не так, тогда откуда в их глазах такой сумасшедший блеск?

Но Ольга смотрела на пышногрудую молодую брюнетку, уверенно направлявшуюся к выходу. В ней не было ничего такого, что могло бы вызвать ужас. Наоборот, она была на редкость сексапильной и прекрасно знала, что мужчины выворачивают шеи, чтобы посмотреть на ее круглую попку, обтянутую черной лайкрой.

Как бы нечаянно она заметила сидящую Ольгу и с тихим ликованием, картинно всплеснув руками, повернула к их столику.

— Боже мой, Оленька, какая встреча, — радовалась пышногрудая, — дай я тебя поцелую. Где же ты так долго пропадала? Мы все по тебе скучали, я и девочки. Хоть наведывалась бы иногда.

Ольга натянуто улыбалась, подставляя для поцелуя раскрасневшуюся щеку.

— Понимаешь, меня здесь не было… просто я уезжала к матери. Долгое время я была у нее.

— Ты бы хоть познакомила меня со своим кавалером, — сказала женщина, — все-таки мы с тобой давние подруги, и меня очень интересует, чем ты живешь.

В меру короткое черное, сильно обтягивающее платье делало ее необыкновенно привлекательной. Вероятно, она потеряла бы много, если бы предстала в наряде Евы. Сейчас за черной переливающейся материей пряталась тайна, которую хотелось раскрыть. Подруга стояла около столика, слегка наклонившись, и Стась невольно заглянул в вырез тугого платья. То, что он там разглядел, всерьез заставляло задуматься о том, что женщина послана на землю дьяволом, дабы вводить в искушение. На левой груди он увидел аккуратненькую черную родинку, и она подействовала на него неожиданным образом — Стась едва удержался от того, чтобы погладить ее.

— Это мой… старинный приятель… Его зовут Стась.

— Очень приятно, — произнесла девушка, протягивая руку, — а меня зовут Зоя.

Секунды две Стась колебался, что же делать с узкой ладошкой, а потом бережно пожал.

— А можно, я с вами пока посижу? — Зоя капризно надула губы. — Представляете, я договорилась встретиться со своим другом, а он почему-то не пришел. Мне бы уйти отсюда, но я так редко выбираюсь в рестораны, вот и решила остаться.

— Правильное решение, — согласился Стась, — присаживайтесь, — гостеприимным жестом указал он на свободный стул.

Зоя поспешнее, чем следовало бы, села, вызвав у Куликова едва заметную улыбку.

— Ой, если бы ты знала, Оленька, как я по тебе соскучилась, — источала дружелюбие Зоя, — мы с девочками тебя часто вспоминали. Все думали, где ты, чем занимаешься. И надо же, ты здесь. Я им обязательно о тебе расскажу.

— Уж непременно расскажи, — учтивая улыбка Ольги переродилась в едкую гримасу, — сделай такую милость.

Стась посмотрел на каждую из девушек, после чего недовольно протянул:

— Что-то я ничего не понимаю. У меня такое впечатление, будто вы гораздо больше, чем… обыкновенные подруги.

— Ты совершенно прав, Стась, — теперь лицо Ольги вновь сияло обычной благожелательностью, — у нас с Зоей давние отношения. — И, едва сдерживая прорывавшееся бешенство, она потянула Зою за рукав и жестко произнесла: — Пойдем-ка, подруженька, в сторонку, у меня к тебе есть небольшой разговор. Ты не возражаешь, Стась?