Прокурор срывает печать - Эрл Стенли Гарднер

— Конечно, я иду ва-банк, Рекс, — сказал он, — но иду схорошими шансами на выигрыш.

Доктор Трумэн не стал терять времени. Он провел их покоридору к одноместной палате и открыл дверь. Сестра, стоящая рядом с кроватьюбольной, обернулась, ободряюще улыбнулась доктору и вышла из палаты.

Хэтти Ирвин, маленькая и хрупкая, лежала с закрытыми глазамина больничной койке. Безжизненное лицо, зачесанные назад волосы рассыпаны побелой подушке.

Доктор Трумэн приблизился к больной, провел ладонью по ееруке и профессионально взял пальцами тонкое сухое запястье, подсчитывая пульс.

— Как вы себя чувствуете? — спросил он. Темные, глубокопосаженные глаза Хэтти Ирвин медленно открылись.

— Лучше…

— Дела у вас идут отлично, — заверил ее доктор. — Здесьмистер Селби хочет задать вам один-два вопроса. Как только вы почувствуете, чтоустали, закройте глаза. Вы меня поняли?

— Поняла.

Селби выступил вперед.

— Миссис Ирвин, прошлой осенью в Олимпусе вы стали свидетельницейавтомобильной аварии, не так ли?

В ее взгляде появилось изумление, и она ответила:

— Не самой аварии. Я оказалась там уже после нее и виделатолько, как несли тела.

— Двух женщин? — спросил Селби.

— Да.

— Вы видели их достаточно ясно?

— Да. Их положили на тротуар.

— Одна из них была мертва?

— Да, блондинка.

— А другая?

— Мне не хочется вспоминать об этом. Она кричала. Потомкрики перешли в хрип. Немного погодя их перенесли в аптеку.

Селби замолчал, увидев, как затрепетали полуприкрытые векимиссис Ирвин.

— Все, — сказал доктор Трумэн тихо, — закончили.

— Да, этого вполне достаточно, доктор, — ответил Селби иободряюще погладил больную по плечу.

— Вы скоро поправитесь, — сказал он. — И не беспокойтесь опутешествии, которое вы выиграли в качестве первого приза. — Вы обязательнопоедете в Сакраменто повидать племянницу.

Кивнув Брэндону, Селби направился к выходу. Доктор Трумэн сизумленным выражением на лице шел следом.

— Я что-то не все понял, — сказал он.

— У Аниты Элдон лишь одна вещь не является искусственной.Она — натуральная блондинка.

— Какое это имеет отношение к делу? — спросил Брэндон. —Ведь в конце концов она… Ого! Вот идет Гиффорд.

Карл Гиффорд ворвался в больницу, как человек, точнознающий, чего он хочет, и уверенный в успехе своего предприятия.

— Хэлло, — бросил он всем присутствующим. — Насколько японял, еще один случай отравления, какая-то Хэтти М. Ирвин на этот раз?

— Точно так, — сказал Брэндон.

— Мне надо поговорить с ней, — объявил Гиффорд. — Этотслучай может иметь прямую связь с убийством, которое мы расследуем.

— Боюсь, вам не удастся с ней поговорить, — заметил докторТрумэн.

— Это почему же?

— Она настолько слаба, что не выдержит еще одного разговора.

— Еще одного?! — воскликнул Гиффорд.

— Рекс Брэндон и я только что задали ей пару вопросов, —пояснил Селби.

Лицо окружного прокурора потемнело.

— Итак, у нее были силы лишь для одного разговора, и онапотратила их, отвечая на вопросы майора Селби, который не имеет никакого официальногостатуса в этом графстве, который оставил пост прокурора и который не долженсовать свой нос…

Рекс Брэндон выступил вперед.

— Этот разговор вел я, мой мальчик, — заявил он обозленномуокружному прокурору, — я, шериф нашего графства. Есть возражения?

— Целая куча, — прошипел Гиффорд, выдвинув подбородок и сжавкулаки.

— В таком случае изложите их лучше мне, — сказал Селби.

Гиффорд уставился на бывшего прокурора, поймал его холодный,решительный взгляд и переменил свои намерения:

— Отлично, ребята, если вы хотите вести политические игры,валяйте. Мы тоже умеем играть и посмотрим, кто выиграет.

С этими словами он повернулся на каблуках и пошел прочь.