Мечты серой мыши - Анна Михалева

— Премного благодарен за совет, — Николай Павлович с теплотой ответил на рукопожатие.

Я даже порадовалась за них. Не зря говорят: Рим — город мира.

Мы поднялись на второй этаж и распрощались у лестницы.

Илья повернул ключ в двери нашего номера, прислушался. В другом конце коридора глухо хлопнуло. Дальше произошло невероятное. Мой искатель приключений присел, прижал палец к губам, пресекая мои попытки задать вопрос, взял меня за руку и тихо заскользил обратно к лестнице. В холле он обменялся кивком с портье, и тот кинул ему ключи.

— Что все это значит? — я все-таки разомкнула уста, оказавшись на улице.

— Тсс! Потом.

Он поволок меня за угол, там открыл желтую смешную малолитражку, запихнул меня внутрь, запрыгнул сам, завел мотор. Машина быстро поехала прочь от гостиницы.

— Опять сюрпризы?! — выдохнула я, оглядываясь на стремительно растворяющееся в огнях улицы маленькое здание нашего отеля.

— Не хочу рисковать, — Илья одной рукой держал руль, другой обнял меня. Благо пространство было настолько небольшим, что мы сидели локоть к локтю.

— Позволь узнать, куда мы едем?

— Секрет.

— Но зачем?

— Секрет.

— Весьма проясняет ситуацию.

— Тебе понравится.

— Сильно в этом сомневаюсь.

— Не хочу спать под одной крышей с твоим сыщиком.

— Что?! — я задохнулась.

— С сыщиком, говорю, не хочу кров делить, — Илья поморщился.

— Почему ты решил…

— Ты его глаза видела? У него же глаза человека, который ищет. И докапывается до всего.

— Фу… — честно признаюсь, сердце мое шмякнулось на диафрагму.

На мгновение мне показалось, что Илья догадался об истинной профессии Свиридова. Нет, слава небесам, только показалось! Он ему по-прежнему не нравился, только и всего.

— Но почему мы сбежали?

— Не хочу последовать за твоим приятелем Боккаччо.

— Но ты оставил Николая Павловича в гостинице одного. А вдруг его придушат?

— На кой черт он им сдался! — он мельком глянул на меня. — Послушай, ты не хочешь замечать очевидного. Он оставил тебя в ресторане, когда убили Кокселя, он ведет секретные переговоры из туалета на итальянском языке. А ты слышала, как он произносит слово «тефтели»?

— Ну?

— Помнишь, он рассказывал, что в самолете им подали на обед тефтели?

— Илья! — я постаралась, чтобы голос мой звучал строго. — Что ты придираешься к человеку?

— Амалия, он ударяет на первый слог.

— И что с того?

— Но это правильное произношение!

— Ты сошел с ума, — я глубоко вздохнула, чтобы успокоиться. — Твое место рядом с Наполеоном в шестой палате.

— Как хочешь, — он пожал плечами. — Но мне он не нравится.

— И поэтому мы будем колесить по Риму до самого утра?

— Еще чего! Мы уже приехали, — он припарковал малолитражку у ярких дверей помпезного здания.

— Если не ошибаюсь, внизу… — я вылезла на улицу и огляделась.

— Да, внизу площадь Испании, — Илья разом повеселел, — а это отель «Eden».

— Ты спятил? Тут же останавливаются только шейхи и знаменитости! — я, как и полагалось, округлила глаза до размера блюдец. Воистину, эксцентричности моему дружку было не занимать. Да и щедрости тоже. Пятьсот евро за ночь! И это не самый шикарный номер.

— Слушай, если тебя это смущает, я предварительно выяснил: нет ни одного шейха. Честное слово. А Том Круз живет в другом крыле, — он обнял меня, повел к дверям, по пути небрежно кинул ключи от малолитражки парню в униформе.

Тот скосил глаза на убогую козявку, но остался абсолютно спокоен. Высший класс!

А вот уснуть я так и не смогла. Сначала мучилась нарастающим беспокойством. Наконец под утро мне стало по-настоящему страшно. Я прижалась к Илье, как ребенок в грозу. Он понимающе обнял меня и погладил по голове.

— Как думаешь, что там?

— Думаю, что вопреки заверениям твоей мамы, отец вряд ли подсунул тебе свинью, — его голос звучал успокаивающе.

— Но за нами уже охотятся. Может быть, там что-то опасное.

— Не для тебя. Тебя же никто не пытался убить. Скорее наоборот. Тебя оберегают, не подпускают к тебе кого попало.

— Тебя же подпустили…

Он легонько щелкнул меня по носу:

— Во-первых, я не кто попало, а уважаемый гражданин, владелец почти двух заводов, а во-вторых, я ведь тоже их к себе не подпускаю. Даже представить страшно, что бы было, если бы я сидел и ждал, пока они ко мне приблизятся. А так я всегда на шаг впереди.

— Интересно, почему они не хотят, чтобы со мной кто-то был? Особенно кто-то мужского пола?

— Ну, может быть, просто совпадение. А может быть, в сейфе хранится секрет особого любовного зелья, о котором мужикам знать не положено. Помнишь, как в рекламе, «Секрет» — это только для женщин. Хотя… ты этим секретом и без них овладела, — и его рука скользнула… впрочем, это уже слишком личное.

* * *

Адвокатская контора с тривиальным названием «Луиджи & Сыновья» находилась вовсе не на Via Palestro. Хитроумный Илья сочинил адрес для Свиридова, к которому, как мне начало казаться, питал какие-то садистские чувства. Почему ему так не хотелось, чтобы Николай Павлович отправился с нами к адвокатам, я понять не могла. Впрочем, я решила, что раз уж следователь позволил себя провести с ночевкой, то пусть сам теперь и выкручивается. Ему надо быть рядом со мной, вот пускай землю носом и роет. Какой же он сыскарь в конце концов, попался на удочку рядового искателя приключений. Ну… пусть не рядового, но ведь все равно дилетанта.

Офис наших адвокатов находился в уютном особнячке на небольшой улочке на другой стороне Тибра, ближе к Ватикану. Мы вошли в приемную ровно в девять утра. Оказывается, нас ждали. Мой компаньон развел руками: ну, конечно, как я не догадалась. Он позвонил и договорился о встрече.

Молодой человек, судя по всему, секретарь, провел нас в кабинет, обставленный, как, наверное, и положено в конторах такого типа, дорогой мебелью с высокими спинками и большими столешницами из настоящего дерева. До сей поры я никогда не посещала адвокатские конторы, но я смотрела сериал «Адвокат Нокс» — там все так и было.

— Синьорина Амалия Кузякина? — коверкая мое имя и еще больше фамилию, ко мне шагнул довольно приличный итальянец с респектабельными залысинами, удлиняющими его лоб до затылка. На нем был дорогой костюм, на запястье сверкнул золотой браслет часов. Видимо, его бизнес процветал.

— Синьор Луиджи? — попыталась догадаться я.