Дорога к дому - Сандра Браун

– Его задача – следить, чтобы я пострадала как можно меньше?

– Отчасти. Еще я думаю, что благодаря своим навыкам сыщика он может помочь Скаю в расследовании.

– Если только тот согласится принять его помощь…

Кэролайн угрюмо кивнула.

– Мужчины любят охранять свою территорию. Но Скай кажется мне достаточно умным для того, чтобы не отказываться от помощи, когда он в ней нуждается.

Берри достала из-под затылка одну руку и закрыла ладонью глаза. Полежав так несколько секунд, она произнесла:

– Мой роман с Беном…

– Ты – взрослая женщина, Берри. И давно уже не обязана отчитываться передо мной о своих отношениях с мужчинами.

– Да? – Берри приподняла ладонь и взглянула на Кэролайн. – А разве это не ты все время тонко намекаешь мне, что хотела бы обзавестись внуками, прежде чем станешь слишком старой и больной, чтобы играть с ними?

Кэролайн улыбнулась.

– Я по-прежнему хочу внуков. Но, – с нажимом добавила она, – я также понимаю, как для тебя важна твоя карьера, поскольку моя была для меня в свое время не менее важна. Пытаться строить карьеру и растить ребенка одновременно не очень-то просто.

– Я вовсе не отказалась от идеи завести мужа и детей, мама, – сказала Берри. – Я слышу стук своих биологических часов всякий раз, когда вижу женщину своего возраста с одним-двумя малышами рядом с восхищенно улыбающимся мужем. Мне бы тоже этого хотелось. Но, честное слово, Бен Лофланд не был одним из возможных партнеров на всю жизнь. Мы провели вместе несколько ничего не значащих ночей. И наш короткий роман явно не тянет на дело федерального масштаба, которое пытается раздуть из него помощник Найланд.

– Вовсе он не пытается раздуть дело федерального масштаба.

– Он близок к этому.

– Но должна быть причина его зацикленности на этом.

– Он же назвал тебе эту причину. Мотивы Орена.

Кэролайн посмотрела на дочь всепонимающим взглядом, который так хорошо удается всем матерям.

– Что? – спросила Берри.

– Ничего. Не обращай внимания…

– Что? – уже требовательнее воскликнула девушка.

Кэролайн покачала головой.

– Мне пришла вдруг в голову дикая мысль. Возможно, абсолютно безосновательная. Извини, что перебила тебя. Что ты там говорила?

Прекрасно понимая, что ее мать чего-то недоговаривает, слегка надувшаяся Берри попыталась вспомнить, на чем остановилась.

– Я не собираюсь носить власяницу кающейся грешницы из-за тех нескольких ночей.

– Никто не придал бы такого значения этому твоему роману, если бы ты рассказала о нем сразу, – заметила Кэролайн.

– Согласна, – признала ее правоту Берри. – Надо было выложить все начистоту.

– Почему же ты этого не сделала?

– Из-за Аманды. Я не знала, рассказывал ли ей Бен о нас всю правду, но мне казалось, что вряд ли. И мне не хотелось обрушивать на нее сведения о нашей прошлой связи в то время, когда бедняжке приходится волноваться из-за ранения мужа, операции и всего остального. Я боялась, что, рассказав о нас с Беном Скаю, открою ящик с червями, которые тут же расползутся. Я хранила молчание, щадя чувства Аманды и желая избавить Бена от размолвок с женой, которую он любит и которой восхищается. И вот благие намерения обернулись против меня.

– Отныне я советую тебе ничего не скрывать от Ская, – тихо посоветовала Кэролайн.

Берри опустила руку и посмотрела матери прямо в глаза.

– Ты думаешь, мне следует рассказать ему, например, о своем позавчерашнем телефонном звонке Орену?

Кэролайн была в шоке от услышанного.

– Телефонном звонке?!

– Я звонила Орену в четверг днем. Мы проговорили несколько минут.

– Не понимаю. Ты же приехала сюда, чтобы убежать от него. Так зачем тебе понадобилось ему звонить?

– Чтобы извиниться.

– О, господи, за что же?

Берри передвинулась к другому краю кровати и спустила ноги на пол. Подойдя к окну, она стала смотреть на озеро, хотя в стекле было видно сейчас только ее собственное отражение.

– Чтобы объяснить тебе это, надо рассказать о том, что было раньше. Ты помнишь?.. Ну конечно, ты помнишь. День моего большого взрыва.

Кэролайн ничего не сказала. Берри повернулась и посмотрела на мать. Та сидела, смущенно разглядывая свои руки.

– Ты была расстроена, Берри, – наконец сказала она. – И тебе было из-за чего расстроиться. Ты не имела в виду то, что сказала тогда.

– Не оправдывай меня за то, чего нельзя простить, мама. В тот момент я имела в виду именно то, что сказала.

В тот день один из коллег Берри получил благодарность от менеджера по работе с клиентами. И тот же менеджер раскритиковал работу Берри и отверг все ее предложения по исправлению ситуации.

Усталая и сердитая, Берри нашла свою мать в агентстве недвижимости и полчаса изливала на нее свое раздражение. Она говорила о том, сколь несправедливой была критика, и о том, какой серой и неинтересной была на самом деле кампания, которую похвалили.

– Это говорит только об одном: у менеджера совершенно нет вкуса! – в гневе вещала она. – А мне пришлось отвечать перед ним. Мое положение в компании зависит от мнения этого идиота!

Кэролайн пыталась успокоить дочь, но Берри не желала понимать ее замечаний. Она проигнорировала слова матери о том, что ей надо двигаться дальше и не позволить этой незначительной неприятности стать большим препятствием на пути к ее дальнейшему развитию.

– Ты работаешь усерднее, чем любой, кого я знаю, – говорила Кэролайн. – Ты – самый преданный делу работник этой компании. И ты талантлива. Рано или поздно нужные люди заметят это, и твоя работа и твое терпение будут вознаграждены.

Но мягкие увещевания матери только распалили Берри еще больше. Она ведь приехала за сочувствием, а вместо него ей выдали набор банальностей.

– О, чтобы добиться профессионального успеха, лучше пропустить все эти реверансы и сделать то, что сделала ты. Я тоже могла бы выйти замуж за босса.

Произнося эти слова, Берри отлично знала, что несправедлива к матери. Кэролайн много лет добросовестно работала до позднего вечера, в праздники и в выходные. И ее успех был заслуженным, основанным на интуиции и усердной работе, а вовсе не на браке по расчету.

Берри также знала, как больно ранят Кэролайн ее слова, и пожалела о них тут же, едва они сорвались с языка. Но она и не подумала извиниться. Вместо этого Берри вылетела из комнаты, оставив Кэролайн самостоятельно оправляться от неожиданных и несправедливых нападок, источником которых стали не только гнев и разочарование, которые владели сегодня Берри. Этой репликой Берри выдала тщательно скрываемое негодование по поводу достижений своей матери.