Солнце в крови - Евгения Михайлова

Анну Сергееву взяли в красивом старинном городе Суздале. Она там позировала на природе, давала интервью, посещала детские учреждения. Во время одной съемки на фоне храма корреспондент вдруг сказал:

– Пожалуйста, улыбайтесь, Анна, кивайте мне, как будто соглашаетесь. Мы пройдем вдоль этого сквера к машине. Это задержание. Отдел по расследованию убийств. Никакой огласки, все с организаторами решено: вам срочно поменяли маршрут в связи с новой заявкой. Такая информация пройдет в СМИ.

Аня взглянула почти спокойно, потом, не поворачивая головы, посмотрела направо, налево. Побег, конечно, исключен. Разве что устроить им всем такое шоу, чтоб облезли… Но нельзя. Бабушка будет переживать.

– Пошли, – презрительно кивнула она липовому корреспонденту.

Они прошли к машине, которая притаилась в укромном месте. Там сидело несколько человек – группа по задержанию. Перед тем, как в нее сесть, Аня повернулась к сопровождающему:

– Наручники будете надевать?

– Пока нет, – ответил он. – Надеемся на понимание.

– Я б, конечно, вас поняла, – оскалила Аня острые зубки, совсем как кошка, готовая испугать самого страшного зверя. – Только не буду. Есть причина. Надеюсь на ваше понимание.

Но пока она садилась в машину, в голове промелькнул сценарий: выхватить пистолет из кобуры у этого крайнего, взять чью-то голову на мушку, заставить ехать… Куда – это она не решила. Да и не важно. Пусть бы ее где-нибудь пристрелили незаметно, все лучше, чем сообщать бабушке, что она в тюрьме по обвинению в убийстве. Она села и начала думать: надо заставить их разрешить ей сделать звонок. Надо, чтобы «ба» срочно легла на операцию. А дальше видно будет.

По дороге в Москву Аня даже поспала, положив голову на плечо засланного казачка, как назвала она про себя «корреспондента». График последних недель у нее был просто ужас. Да еще приходилось отбиваться от притязаний абсолютно всех представителей принимающих «администраций». Аня всем смотрела проникновенно в глаза и тихонько говорила, что она бы – не против, но ОН не поймет. «Вы, конечно, в курсе…» После этого были в курсе и те, кто не в курсе. На размере призов это сказывалось положительно. Они с группой захвата заехали в ее гостиницу, и Аня с «корреспондентом» взяла из номера деньги и чеки. Это тоже как-то нужно передать «ба». В кабинет Земцова Аня вошла отдохнувшей, с порога посмотрела на него остро. Главный следак по ее делу. Тут легенда насчет НЕГО не прокатит, но у нее есть деньги. Не говоря о том, что она объявлена «самой завидной невестой» месяца. Пусть даже не совсем невестой, но этому типу такое счастье не снилось ни в каком качестве.

– Здравствуйте, Анна Сергеева, – вежливо сказал Слава. – Садитесь. Поздравляю вас с победой на конкурсе красоты. Извините, что мы были вынуждены прервать ваше турне.

– Додумались! Делать нечего. – Аня села перед ним на стул, закинув ногу за ногу. – Я как раз вела переговоры по поводу работы телеведущей в Монако.

– Вы не поверите, но мы именно поэтому и поторопились. Ловить вас в Монако было бы сложнее.

– Это и ежу понятно, – хмыкнула Аня. – Я так и знала, что вы больше ни на что не способны. Мы с Игорем уехали, потом кто-то грохнул Кондрашова, мы видели по телику новости… Кого ж еще искать, да?

– Действительно, кого? Как вы думаете?

– Того, кто грохнул его после того, как мы уехали.

– Согласно экспертизе, «после того» не получается по времени. Его убили, когда вы находились в поместье. А обнаружили, когда вы уехали.

– Это все, что у вас есть?

– Нет, не все. У нас есть Игорь Васильев, ваш спутник. Он был ранен в кемпинге после того, как вы его там бросили, сейчас он в клинике под нашим присмотром.

– Игорь??? Это вы ранили Игоря?

– Да нет. Его серьезно поранила местная шпана, просто мы к этому времени вас уже искали. При нем найден нож из кухни Демидовых. Он вытащил его для самообороны, поэтому в него и стреляли.

– И что с ним?

– Прострелены горло, грудь. Поправляется…

– Да я сама ему этот нож дала. Достала его со стойки на кухне.

– Зачем?

– Мы катались автостопом. Всегда есть придурки. Вот, нашлись же, когда он один остался.

– Не получается, Сергеева. Ваших отпечатков пальцев на ноже нет. Только его. Пока мы не можем утверждать, что убийство совершено этим ножом, поскольку он, возможно, был тщательно вымыт после преступления.

– Или резали не этим ножом, так?

– Какая у вас быстрая реакция! Конечно, существует такое «или». Просто Васильев наконец заговорил. Он признался в убийстве Кондрашова. Пока отрицает ваше соучастие. Но в вашем ноутбуке обнаружен список тех, кому вы хотели отомстить… Кондрашов там значится.

Аня с трудом перевела дыхание. Она не была готова к такому повороту.

– Вы были у «ба»? Вы все ей рассказали?

– У Елены Васильевны Пановой был мой помощник. Он ее поставил в известность, конечно, но очень деликатно. Она ему понравилась. Мы знаем, что вы ее спасли, знаем, зачем вам понадобился приз. Помощник проследил, чтобы эти деньги были отправлены на ее счет.

– Она их получила? Ну, хоть на этом спасибо. У меня было опасение, что Марго их заныкает. А насчет Игоря… – Аня почти естественно рассмеялась. – Он не мог! Это я его подбила на этот прикол с типа папашей. Он просто со мной поехал. Он до меня ничего знать не знал про Кондрашова. Вы его заставили признаться! Что вы с ним делали? Я все знаю про вас. Про бутылки из-под шампанского. Думаете, я не найду на вас управу?

– Если вы обвиняете меня и моих сотрудников в пытках, то мы готовы допустить любую проверку. Тем более Игорь в клинике. Анна, Васильев долго не шел на полноценный контакт, но вчера он сделал признание добровольно. В присутствии врачей. Вы тоже у нас, есть возможность очной ставки, вы сами сможете в этом убедиться.

– Ох, дурачок! Я все поняла! Вы ему сказали, что меня ловите. Это он меня защищает. Он влюбился, понимаете? Он точно ни при чем.

– Насколько точно вы можете это утверждать?

– Точнее не бывает, – устало сказала Аня. – Я прирезала этого борова. Вы ж сами видели, он у меня в списке. Потом нож Игорь помыл в ближайшей кафешке, могу сказать где, выбрасывать не захотел. Оставил… для самообороны.