Топтала - Андрей Бадин

— Спасибо, Коля, — Сергей крепко пожал ему руку.

Мисяев включил мотор и поехал по берегу пруда. Краснов сел в машину и направился в другую сторону.

Алексей и Михаил приехали в главный офис Германа Фрейна, находящийся в его «Экслимбанке». Оставили машину на стоянке перед огромным двадцатиэтажным зданием из голубого стекла и бетона и пошли к раздвижным дверям. Войдя в просторный мраморный холл, осмотрелись. К ним подошел высокий мужчина в темном пиджаке, темном галстуке и черных туфлях.

— Здравствуйте, вы из уголовного розыска? — спросил он.

— Да, — ответил Алексей. — Майор Фомин и капитан Нечаев. — Они предъявили удостоверения.

— Я Сергей Александрович Копысов, вице-президент компании Германа Фрейна. Вы звонили мне и договаривались о встрече. — Он достал удостоверение и показал муровцам: — Пройдемте в кабинет.

Они направились к турникету, и охрана их беспрепятственно пропустила. Алексей и Михаил заметили, что лица у дюжих парней были скорбные, а к рукавам фирменных голубых рубашек с погонами были прикреплены черные повязки. Заметив их взгляды, Копысов пояснил:

— Германа все любили, он пользовался непререкаемым авторитетом и уважением. Его смерть — потеря для всех сотрудников компании.

Еще муровцы отметили, что везде царит идеальная чистота, убранство банка поражает строгим стилем и изысканным вкусом. О дороговизне здания и интерьера они даже не задумывались.

Сыщики вошли в лифт и увидели свои лица в большом зеркале, встроенном в стену. Копысов нажал кнопку, лифт плавно и быстро домчал их на двадцатый этаж, в пентхауз, где располагался кабинет Германа Фрейна.

Через просторный светлый холл они направились к дверям, зашли в огромный кабинет и сели в предложенные им кресла у небольшого журнального столика.

— Это кабинет Германа, — сообщил Копысов. — Вон в том кресле за тем столом он работал. — Он указал на большой офисный стол в центре кабинета и кожаное кресло по соседству.

Сам кабинет и его убранство были похожи на сотни таких же кабинетов: интерьер, кресла, стулья у стола, компьютер, оргтехника. Словом, ничего лишнего.

— Герман любил простоту, чтобы было удобно работать, — пояснил Копысов.

Оперативники обратили внимание на картины на стенах, на вазы в углах кабинета, на большое количество статуэток в шкафу напротив окна.

— Шеф любил живопись, мини-скульптуру. Он патронировал Художественную академию, спонсировал конкурсы художников и собирался даже открыть свою галерею.

— Это все хорошо, но перейдем к делу, — начал Фомин.

Копысов внимательно взглянул на него.

— Вы были посвящены во все дела компании Германа Фрейна?

— Конечно, ведь я являюсь ее вице-президентом.

— Как правильно, то есть юридически, называется ваша компания?

— Холдинг «Герман Фрейн компани». Она зарегистрирована в Гибралтаре и имеет дочерние компании по всему миру. Виды деятельности самые разные, от добычи нефти, газа, алмазов и других полезных ископаемых до аукционной деятельности и торговли недвижимостью. У нас даже есть свое телевидение. Мы владеем акциями многих российских каналов.

— Какую часть управления капиталом в компании имеете вы?

— Контрольный пакет акций как холдинга, так и всех дочерних компаний у Германа, но у меня тоже есть значительная часть. Вторая после него. Я имею право голоса наравне с ним.

— Скажите, если бы у Германа и его компании возникли проблемы, вы бы об этом знали?

— Какие проблемы? — удивился Копысов.

— Например, конфликт с конкурентами.

— Я понял ваш вопрос, — кивнул он. — У нас постоянные конфликты с конкурентами, и все об этом знают. Мир бизнеса жесток и коварен, идет постоянная война за рынки сбыта, за новые технологии, за информацию, за покупателя продукции. Это в порядке вещей, но никогда еще никто не решился физически ликвидировать главу фирмы. Это не приведет к победе над конкурентом, а только усугубит положение. В самом рассвете дикого капитализма крупнейшие предприниматели России собрались на совещание, на сходку, если хотите, и решили никогда и ни при каких обстоятельствах не опускаться до убийства. Действовать только юридическими методами, по букве закона. Своего закона.

— Но происходят же взрывы и расстрелы и заказные убийства?

— Это у мафиозных воротил, мелких и средних предпринимателей. Олигархи нашего уровня до этого не опустятся. У нас все под контролем и методы воздействия на конкурентов иные. Если кто-то вдруг закажет кого-то, это сразу станет известно тому, кого заказали, и тогда не уцелеет и заказчик. Так все перестреляются, никого не останется. Зная закон бумеранга, все действуют в рамках договора.

— Каковы ваши версии убийства Германа?

— Не могу себе представить, но точно знаю, что не профессиональная. Никто из конкурентов, а тем более из соратников, его не заказывал. Я сразу бы узнал. У нас ведь действует мощная служба безопасности, есть агентурная сеть, связи в правоохранительных органах, ФСБ, разведке. Мы контролируем наш бизнес по всему миру. Едва только кто-то из конкурентов принял бы подобное решение, это сразу стало бы известно Герману и мне.

— А мафиозные структуры?

— У них кишка тонка тягаться с организацией вроде нашей. И они это понимают. Мы раздавим кого угодно, но не себе подобных. В самом начале, когда фирма только организовалась, поползновения с их стороны были, но теми или иными способами мы избавились от домогательств и опеки и авторитетов, и воров в законе, и прочей шушеры.

— Значит, вы считаете, что…

— Я уверен, дело в другом.

— В чем?

— Не знаю. Может, в семейных отношениях, — Копысов сухо кашлянул.

— На что вы намекаете?

— У шефа в последнее время разладились отношения с женой. Мы с Герой были близки, и не только по работе. Он делился со мной самым сокровенным, как и я с ним. Начинали вместе. Все тяготы и трудности вместе пережили. Сами понимаете, в вице-президенты со стороны не попадают.

— А у вас с Германом конфликты когда-нибудь были?

— Вы думаете, что я мог его заказать? — Копысов усмехнулся. — Во-первых, ради чего? Ради власти? Так она у меня и так есть, как и деньги. А конфликтов у нас никогда не было, ведь у нас с ним разные профессиональные задачи. Мы удачно дополняем друг друга, а не конкурируем. Без меня он так высоко не поднялся бы, как и я без него. Мы оба это всегда понимали.

— Поясните. — Алексей и Михаил переглянулись.

— Герман гениальный стратег, а я гениальный организатор, директор, если хотите. Он придумывает, рождает идею, конструирует, а я ее осуществляю. Мобилизую людей на выполнение поставленной им задачи. Он творец, а я исполнитель его воли. У Германа никогда не получилось бы организовать разведку нефти в Сибири, а я это освоил за пару лет. А у меня не родилась бы идея организовать эту разведку именно в том районе, где он сказал, и таким способом. И многое другое. — Копысов замолчал и уставился на муровцев.