Пиковый интерес - Валентина Демьянова

В общем, я приняла приглашение и пообещала приехать так быстро, как только смогу. Положив трубку, я переоделась, потому что, то, что было на мне, измялось, вымокло, и вообще имело плачевный вид, и поехала к Маринке.

Не успела я позвонить в дверь, как она распахнулась и на пороге возникла улыбающаяся хозяйка.

― Молодец, что приехала! Заходи! ― радостно приветствовала она меня, потом, вдруг, обняла, расцеловала в обе щеки, чего между нами раньше никогда не водилось, схватила за руку и потащила в комнату.

Это был мой второй визит к Маринке. Первый раз мы здесь были с Машкой, заезжали за книгой, которая до зарезу нужна была дочери какой-то Машкиной знакомой. Тогда квартира поразила меня своей безликостью, она совершенно не подходила такой яркой женщине, как Маринка. В ней был сделан евроремонт, чувствовалось, что вложены значительные деньги, но она не несла отпечатка Маринкиной личности, в ней не было тех черточек и милых мелочей, которые делают квартиру жилищем. Она казалась временным пристанищем, в котором хозяйка бывает редко и не задерживается надолго. В этот мой визит в ней ничего не изменилось, она по-прежнему выглядела ухожено и безлико.

Мы уютно устроились в креслах возле низкого столика, на котором уже стояла бутылка коньяка и легкая закуска. Маринка плеснула напиток в пузатые бокалы и заботливо посоветовала:

― Выпей, сразу легче станет!

Подняла бокал перед собой и со смешком сказала:

― Выпьем за то, что бы у нас все было, а нам за это ничего не было! ― махом отправила коньяк в рот, взяла ломтик лимона и со смаком зажевала.

Мне пить совсем не хотелось, поэтому я лишь слегка пригубила бокал и отставила его в сторону. Маринка сочла все формальности выполненными и приступила к расспросам:

― Ну, рассказывай, что там с тобой приключилось? Какая беда?

― Все мои беды связаны с братом, ― вздохнула я. ― Ни одно, так другое!

Маринка понимающе кивнула.

― Похоже, она в курсе моих дел, ― промелькнуло у меня в голове. ― Скорей всего, Машка, болтушка несчастная, все растрепала. Хороший она человек, но язык за зубами держать не умеет, тут уж ничего не поделаешь. Ее чрезмерная страсть к общению приводит к тому, что на любой наводящий вопрос она выкладывает все, что знает. Ее прямо распирает от желания посплетничать. Только последний наивный дурак может доверить Машке свой секрет. К счастью, секретов ей никто не доверяет, но для обсуждения вполне хватает событий из обыденной жизни, как собственной, так и чужой.

― Ну, тогда ты знаешь, что он мот, лентяй и гуляка, ― сказала я.

Ответом мне был другой понимающий кивок.

― Так вот! Несколько недель назад к нему пришел один его знакомый и принялся уговаривать заняться торговлей компакт дисками. Олег сначала отказывался, но Калина, так зовут парня, не отставал, уговаривал, сулил золотые горы, и брат в конце концов сдался. А в результате, Олег не только не разжился деньгами, но и сам оказался должен большую сумму.

Маринка удивленно вздернула тонкие брови.

― Таких денег у Олега, конечно, не было и долг отдать он не смог. Тогда его для острастки хорошенько вздули и посоветовали продать мою квартиру. Олег был бы не против последовать этому совету и таким образом погасить долг, но тут я воспротивилась. Знаешь, я на многое для него согласна, но остаться без квартиры не могу.

― Да, все это печально, но, знаешь, долг ― это святое! Отдавать его придется и тут тебе никто не поможет, ― пожала плечами Маринка.

― Святое, если все честно! Они с Калиной компаньонами считались, но тот в делах не участвовал, появлялся на рынке по вечерам и забирал дневную выручку. Олегу говорил, что за товар расплачивается, а на деле деньги себе в карман клал. Товар был «левый», его конфисковали, а поставщики стали требовать или диски вернуть, или деньги за него. Вот тут-то и выяснилось, что напарник все это время обманывал брата. Только должником все равно Олег оказался, он товар брал, ему и расплачиваться. А что Калина мошенничал, так это оптовиков не колышет.

― Так вот! Я считаю, что ни о каком «святом» долге речи быть не может! Калина должен взятые деньги вернуть и долг погасить!

Маринка никак не отреагировала на мою раздраженную вспышку, спокойно потянулась за сигаретой и молча прикурила. Выдохнув красивое кольцо дыма, она равнодушно сказала:

― Ну, если дело обстоит так, пускай твой брат сам и разбирается! Ты-то чего нервничаешь?

― Олег понял, что положение у него аховое, испугался и сбежал.

Тут я немного запнулась, в мои планы не входило посвящать Маринку в ту часть истории, которая касалась бабкиного дневника.

― Короче, Олега они найти не могут и теперь переключились на нас с дедом. Два раза приходили ко мне, но на счастье, у меня в это время сидели друзья, и им пришлось уйти ни с чем. Потом бесследно исчезла Галина, подружка Олега и мы не знаем, что с ней. Ее сестру, Людмилу, нашли в Галкиной квартире мертвой. Потом напали на моего деда и сейчас он в больнице...

Я глубоко вздохнула, стараясь справится с нахлынувшим волнением.

― Неприятная история... ― сказала Маринка. ― Ты можешь доказать, что Калина его обманывал?

― Нет, конечно! Да и кому я буду доказывать?

― Я попытаюсь тебе помочь... Учти, я ничего не обещаю! Но если то, что ты рассказала, правда, тебя оставят в покое!

― Как ты это сделаешь?

― Ну, есть люди, которые могут заняться этими ребятами. Только ведь такие дела денег стоят!

― А много? ― опасливо поинтересовалась я.

― Я точно не знаю... Тысяч на пять долларов потянет! ― небрежно повела Маринка изящным плечиком.

― Как много! ― ахнула я. ― У меня таких денег нет!

― Да, ладно, не расстраивайся! Я договорюсь, чтоб с тебя взяли по минимуму, ― снисходительно засмеялась Маринка.

Я ошарашенно кивнула. Честно говоря, никак не ожидала такого поворота событий, но Маринкино предложение выглядело очень соблазнительно, появлялась возможность одним махом покончить со всеми неприятностями. Я представила, как спокойно станет, когда эти подонки исчезнут из моей жизни и мне это очень понравилось.

Маринка не мешала мне думать, молча сидела напротив и меланхолично пускала изо рта красивые кольца дыма. Что касается меня, то, я беспокойно ерзала в кресле, курила одну сигарету за другой и пыталась понять, как же поступить.

Чем дольше я размышляла, тем больше мне нравилось ее предложение. Вспомнилась гибель Людмилы, покалеченный дед на больничной койке, разгромленная квартира, и все это укрепило меня в мысли согласиться.