Ангелы полуночи - Норма Бейшир

Коллин медленно скользил по волнам полудремы, то проваливаясь в небытие, то выныривая из него и лишь частично отдавая себе отчет в том, что происходит вокруг. Он больше не лежал на песке. Не было ни жары, ни палящего солнца, ни ослепительно яркого света – лишь успокаивающая полутьма. И смутное ощущение, будто он плывет на облаке из мягкого, освежающе-прохладного шелка. Время от времени чувствовалось прикосновение к лицу чего-то холодного и влажного, но понять, что это было, не удавалось. Разум бездействовал, тело онемело. Никакого представления о том, где он и как давно сюда попал.

«Может, я умер?» – С этой внезапно вспыхнувшей мыслью тьма вновь затопила сознание.

Потом туман в голове рассеялся. Коллин пришел в себя и понял, что находится в совершенно незнакомом месте. Лежит на постели в небольшой, почти пустой, плохо освещенной комнате, где, кроме него, никого не было. Молодой человек попытался сесть – и тут же ощутил, что не может пошевелиться. Правая рука была в гипсе, но боли Коллин не чувствовал. В голове – тяжесть. Он с трудом приподнял левую руку, осторожно дотронулся до виска и нащупал повязку на голове.

«Как я тут очутился? Кто принес меня сюда? Кто перевязал раны и позаботился о сломанной руке? Почему я не умер там, в пустыне?»

На последний вопрос ответ был прост: исключительно благодаря своей воле к жизни. Он не мог умереть и не умрет, пока не выполнит задуманное. Есть кое-какие незаконченные дела, которые нельзя оставлять на произвол судьбы. И прежде всего – отомстить человеку, сначала обокравшему, а потом пытавшемуся убить его.

Дверь открылась, вошел высокий, смуглый мужчина лет под шестьдесят, с резкими, энергичными чертами лица. Скорее всего не марокканец, хотя определенно арабского происхождения. На голове – тюрбан, из-под которого выглядывали темные, мелко вьющиеся волосы, лишь слегка обрызганные сединой. Незнакомец был одет в традиционный свободный хлопчатобумажный халат, в руках держал серебряный таз с водой. Он поставил таз на маленький столик рядом с постелью.

Коллин попытался заговорить, но ни губы, ни язык не повиновались ему. Мужчина поднес к его губам стакан с водой. Коллин медленно сделал глоток и на этот раз сумел произнести по-арабски несколько слов благодарности.

В темных глазах незнакомца вспыхнуло удивление.

– Я говорю по-английски, – произнес он с заметным акцентом.

Коллин некоторое время пристально разглядывал его.

– Как… как я тут очутился? – спросил он в конце концов.

– Я принес вас сюда. – Человек намочил в тазу кусок ткани, выжал его и протер лицо Коллина.

– Давно?

– Почти две недели назад. Вы долго спали. Теперь, наверное, хотите есть?

Коллин кивнул, внезапно осознав, что и в самом деле голоден.

– Сейчас принесу. – Мужчина начал приподниматься с кресла, но Коллин удержал его, схватив за руку.

– Подождите! Сначала объясните мне…

Человек улыбнулся.

– Вы не в том состоянии, чтобы вести беседы. Попозже, когда окрепнете, я отвечу на все ваши вопросы. А сейчас отдыхайте и думайте только о своем выздоровлении. У нас впереди долгий путь, друг мой. И очень опасный. Понадобятся все силы и мужество, чтобы одолеть его. – Незнакомец встал и направился к двери. – Я скоро вернусь. Не пытайтесь вставать с постели, вам это пока не по силам.

Он вышел, прикрыв за собой дверь.

Коллин в задумчивости смотрел ему вслед. «У нас впереди долгий путь» – так прозвучали эти слова. У нас. Вот что сказал человек, который спас ему жизнь, а теперь выхаживал его.

«Почему? – недоумевал Коллин. – Чего он хочет от меня?»

– У вас хороший аппетит, – одобрительно произнес незнакомец, наблюдая за тем, как Коллин ест. С тех пор как молодой человек пришел в сознание, слабость заметно уменьшилась, и с каждым днем силы возвращались к нему. – Это добрый знак.

– В каком смысле – добрый знак? – Коллин решил, что пора наконец все выяснить. – За последнюю неделю вы не раз упоминали о трудной задаче, которая ждет нас впереди и которую мы непременно должны выполнить. А я ведь не знаю даже, кто вы и почему спасли меня!

– Вы слишком нетерпеливы, – заметил незнакомец. – В ближайшие недели вам придется научиться обуздывать себя. Что касается вашего вопроса, мое имя значения не имеет. Можете называть меня Блэкджек. Теперь относительно того, почему я принес вас сюда из пустыни. Считайте, что просто выполнил свой человеческий долг, совершил акт гуманизма.

– Но, похоже, вами двигало что-то еще, не так ли? – заметил Коллин.