Один раз в миллениум - Чингиз Абдуллаев

— В нашей практике бывает всякое, — заметил АрсенийНиколаевич. — Сейчас нам важно объединить усилия и вычислить убийцу.

Она молчала.

— Уголовное дело по факту убийства секретарши должна вестинаша прокуратура, а домработницы — ваша. Плюс пропажа девочки. Нужно решить, ккакому из дел ее отнести — к вашему или к моему. Или мы объединим все эти тридела.

— Нужно объединить, — согласилась Линовицкая, словноочнувшись. Она взглянула на сидевших перед ней женщин. — Мне нужно будет васдопросить и составить протокол. Думаю, вы понимаете, что вам нельзя уезжать изМосквы без нашего разрешения.

— Я предупреждала, — напомнила Оксана, — теперь нам придетсязадержаться в Москве. Для меня-то это не проблема, я живу у сестры. А вотпроживание остальных будет некоторой проблемой для Эдуарда Леонидовича. Емупридется платить за них.

— Спасибо, — вдруг вмешалась Элга, — но это не нужно. Необязательно. Я могу сама заплатить за свой отель.

— И я могу, — вставила Фариза.

— Разве дело в оплате? — горько воскликнул Халупович. — Да ябы все свое состояние отдал, чтобы воскресить Оленьку и Елизавету Матвеевну!

— Увы, — взглянул на него Бозин, — это уже невозможно.Давайте сделаем по-другому. Составим список людей, которые знали, что у васесть квартира на Тверской, и были здесь, в здании, в момент убийства. Таксказать, очертим круг подозреваемых.

— Верно, — подал голос Дронго, — нужно определить, с кем мыдолжны работать.

Линовицкая, обернувшись, внимательно посмотрела на него.Что-то в ее глазах заставляло Дронго напрячься. Это было не просто любопытство.Это было другое чувство. Больше интереса, чем он мог ожидать.

— Первый номер — это вы, Халупович, — сказал Бозин,аккуратно написав фамилию хозяина кабинета и поставив перед ней цифру один. —Следом идут ваши дамы. — Он записал их данные — Элга Руммо, Фариза Мамаджановаи Оксана… — Простите, ваша фамилия Филиппенко, как указано в удостоверении?

Оксана Григорьевна согласно кивнула.

— Значит, еще трое, — отметил Бозин. — А ваш помощник исекретарша знали о вашей квартире?

Халупович бросил взгляд на Дронго. Отрицать это было быглупо.

— Знали, — сознался он, — но они там никогда не бывали.

— Они могли там быть, — резонно возразил Бозин и добавил ещедве фамилии. Затем, подумав, спросил: — А Шальнев? Он ведь, кажется, отвечает увас за безопасность. И к тому же является вашим заместителем.

— Он никогда не бывал у меня дома, — ответил Халупович, — вовсяком случае, на этой квартире.

— И, тем не менее, мы его поставим следующим. Семь человек,— сказал Бозин, — не густо, но и не мало. Кто еще? Кто мог знать об убийстве ипобывать в вашей квартире?

— Никто. Я не посвящаю посторонних в свои личные дела, —нервно заметил Халупович.

— Значит, больше никого? — настаивал Бозин.

— А водители? — вдруг напомнила Элга. — Они нас отвозили ипривозили.

— Да, — кивнул Эдуард Леонидович, — они тоже знали, где находитсямоя квартира, и были знакомы с Олей.

— Как их фамилии?

— Михаил Жислин и Егор Скрёбов.

— Итого девять человек, — подвел итог Бозин. — Мне кажется,что убийцу нужно искать среди них.

— А если это кто-то посторонний? — предположила Элга. — Вы недумаете, что кто-то мог появиться в доме нашего друга, а потом прийти сюда иубить несчастную девушку?

Дронго заметил, что при этих словах вздрогнула Фариза. Но онне стал вмешиваться в разговор.

— Возможно, что так и было, — согласился Бозин, — но ведьэтот посторонний должен был сначала незаметно проникнуть в квартиру, а потомтак же незаметно появиться здесь, украсть девочку, а потом убить Ольгу.

— Правильно, — неожиданно поддержала его Оксана Григорьевна,— не нужно считать, что преступления совершаются при помощи нечистых сил иликакими-то особыми людьми. Обычно это делают нормальные люди, которые живутсреди нас. Вернее, не совсем нормальные. Они нормальны лишь внешне, и их трудноотличить от действительно нормальных людей.

— Получается, что одна из нас — убийца? — вмешалась Элга.

Когда она волновалась, акцент проявлялся сильнее. ОксанаГригорьевна недовольно заметила в ответ:

— Я не сказала, что убийца сидит за этим столом. Я лишьсказала, что убийца не обязательно должен обладать какими-то сверхъестественнымиспособностями. Это может быть человек, похожий на нас.

— Девять человек, — подвела итог затянувшемуся споруЛиновицкая. Она повернулась к Дронго: — Вы ничего не хотите сказать?

— Хочу, — поднялся со своего места Дронго. — Мне кажется,что вы несколько увлеклись в своих рассуждениях. А я видел погибшую и могусказать, что удар, нанесенный ей, был очень сильный. Тяжелым предметом ейпроломили череп с первого удара, и к тому же она упала с некоторой высоты.Женщина не способна нанести такой удар. Думаю, что убийца — мужчина. Но, сдругой стороны, зачем ему рисковать, проникнув в квартиру, и пытаться отравитьводу? Если бы он хотел убить либо Эдуарда Леонидовича, либо его домработницу,то мог бы спокойно дождаться жертву на лестничной клетке и нанести удар. Здесьчто-то не состыковывается.

— Есть еще одна версия, — вмешалась Оксана Григорьевна. — Аесли Ольгу убила сбежавшая девочка?

— Судя по рассказам, это рахитичный ребенок, хрупкоготелосложения, — заметил Дронго. — Она постоянно недоедала, была замкнута,сторонилась людей. Вряд ли у нее нашлись бы силы для смертельного удара. Ипотом — куда она делась? Поверить в то, что ребенок прячется весь день, а потомпоявляется, чтобы убить молодую женщину и снова спрятаться… Для этого нужнообладать бурной фантазией. Но самое важное — девочка не могла нанести удартакой силы и уже тем более не могла ударить сверху вниз, а именно таким и былудар.

— А если она стояла выше на лестнице? — не успокаиваласьОксана Григорьевна.

— Нет. Погибшая стояла рядом с убийцей на лестничнойплощадке. Там обнаружены капли крови.

— Вы можете разбить любую версию, — недовольно заметилаОксана Григорьевна.

— Вы не сказали, кого вы подозреваете, — напомнила Линовицкая.

— Я не строю подобных умозаключений, основываясь лишь напредположениях, — ответил Дронго. — Мне нужны конкретные данные.

— И что же вам нужно? — поинтересовалась Линовицкая.

— Для начала поговорить с соседкой Халуповича, живущейэтажом ниже.