Криминал под софитами - Марина Серова

– Так, значит, я не забыла запереть свою машину! – вскричала Светлана. – Это вы, сволочи, вскрыли ее! А я никак не могла понять…

– Дама какое-то время побыла у него, – не обращая внимания на крики Спиридоновой, продолжал Леонид, – потом вышла. Роман позвонил еще одному из нашей группы и велел ему ехать за ней. Потом дождался, пока этот мужик выйдет из дома, поручил его еще двоим. Пока они обыскивали его в…

– В лесополосе, – продолжила я, – далековато вы все же завезли товарища.

– Не на глазах же у всех его шмонать, – возразил Леонид. – Так вот, Роман в это время залез в его квартиру и проверил ее.

– Вы в таких подробностях все рассказываете, как будто сами присутствовали в доме на улице Пехотинцев, – удивилась я.

– Мы поддерживали постоянную мобильную связь, – объяснил Леонид.

– Послушайте, – не выдержала я, – но вы же не могли не понимать, что если Светлана Евгеньевна отдала мужчине такого рода информацию, то он не мог ее вот так запросто взять и оставить в квартире.

– Конечно, это было понятно, – ответил Леонид, – но квартиру я приказал Роману обыскать больше для соблюдения формальностей. Ничего из вещей он даже в руки не брал и вообще сосредоточился только на дисках и флешках. Роман довольно быстро ушел оттуда, чтобы не привлекать ничьего внимания. А потом, – Леонид махнул рукой, – все вообще вышло из-под контроля! Мой человек поехал за этой женщиной, она привезла его на Немировича-Данченко, а там уже полиции было полным-полно, а сам Касаткин оказался мертв. Но мы здесь ни при чем, это не наших рук дело! – горячо воскликнул он.

– Я знаю, – спокойно сказала я. – Продолжайте.

– Когда Чернышев узнал о смерти своего бывшего партнера, он словно с ума сошел. Он решил, что раз Касаткина уже нет в живых, то компромат, как ему и обещал дружок бывший, пойдет в ход. Он нас всех на уши поставил. И мы, вместо того чтобы все хорошенько продумать, стали метаться. Потому и ошибок наделали. Когда похищали любовницу Касаткина, обнаружили себя, потом – и того хуже: попались на квартире у Размашенцевой.

– А как вы узнали о Размашенцевой? – спросила я.

– Когда мы привезли сюда женщину Касаткина, та о ней и рассказала. Мы еще и к ее мужу, и к брату на квартиры наведались, все искали носитель. Но они даже и не поняли, что в их квартирах были посторонние. Тут-то уж мы сработали идеально. А ее – он снова кивнул в сторону Спиридоновой – никто даже и пальцем не тронул, клянусь!

– Что же, – сказала я. – Будем надеяться, что на суде вам зачтется чистосердечное признание. А сейчас, Леонид, мы со Светланой Евгеньевной вас покинем. Не беспокойтесь, я о вас не забуду. Вот только доставлю госпожу Спиридонову домой и сообщу о вашем местонахождении куда следует, а там уже как карты лягут.

На другой день я дала Белодворчикову прослушать запись разговора с Леонидом, и телеведущий окончательно убедился в том, что да, он действительно оказался жертвой непредвиденной ситуации. Что же, в жизни всякое бывает. Во всяком случае, Светлану Спиридонову я нашла и освободила, за что и получила очень приличный гонорар от ее мужа и брата, как мне и было обещано. А флешку с компроматом на Чернышева я решила отдать Светлане. В конце концов, она принадлежала ее покойному любовнику. Поэтому ее дело решать, как поступить дальше. Мне, во всяком случае, с этой информацией делать нечего. У меня есть дела поважнее и поинтереснее. Сначала несколько дней я буду отдыхать, поглощая кулинарные изыски тетушки Милы, которые она уже начала производить на радостях от того, что я завершила свою работу. А потом поеду отдыхать. Куда? Там видно будет.