Приманка для компьютерной мыши - Наталья Александрова

Еще двое мужчин сидели в другом конце зала. Они тоже были в пиджаках и сидели прямо, как манекены, не разговаривая друг с другом и демонстративно не глядя по сторонам. Особенно в ту сторону, где сидели Вероника с заказчиком.

– За это мне и платят, – ответила наконец Вероника. – За то, что я работаю быстро. Быстро и аккуратно.

– Надеюсь, вы не привели за собой «хвоста», – произнес заказчик.

Капля пота сбежала по его щеке и скрылась за воротником рубашки. Столбик пепла упал на стол, но он этого даже не заметил.

– Я – нет, – ответила Вероника с нажимом.

– Давайте, – проговорил заказчик напряженным, механическим голосом.

Вероника поняла, что в нем особенно ее насторожило, даже больше, чем испарина на лбу или мелкая дрожь пальцев.

Его спина была напряжена, как будто прямо в нее был нацелен ствол винтовки или револьвера, и он об этом отлично знал.

Вероника открыла сумочку, достала оттуда пудреницу, посмотрела в зеркальце и, подправляя макияж, снова взглянула на человека возле входа в кафе. Теперь он внимательно следил за ней, как кошка следит за легкомысленной мышью.

Девушка неторопливо убрала пудреницу и тут же незаметно вынула из сумочки флешку. Не ту, на которую записала коды доступа взломанного сайта, а другую, где были новые игры для брата и фотографии, которые она сделала в отпуске.

Вероника взяла со стола салфетку, сложила ее вчетверо, засунула внутрь флешку и протянула салфетку собеседнику:

– У вас помада на щеке! С кем это вы целовались?

Он взглянул на нее удивленно, затем краешек губ чуть дрогнул, мужчина понял ее игру, взял у нее салфетку, вытер щеку (на которой, разумеется, не было никакой помады) и спрятал салфетку вместе с флешкой в карман пиджака.

– Остальные деньги поступят на ваш счет в обычном порядке, – проговорил он тем же деревянным голосом. – Хотите кофе или еще чего-нибудь?

– Спасибо, только сначала я припудрю носик! – Вероника поднялась из-за стола и грациозной походкой направилась в сторону туалета. По пути, проходя мимо столика, за которым двое рослых парней кавказского вида что-то обсуждали на незнакомом языке, Вероника споткнулась, прикоснулась к плечу одного из кавказцев и быстрым, почти незаметным движением сунула в нагрудный карман его пиджака сложенную в несколько раз салфетку.

– Извините! – проговорила она с виноватой улыбкой.

– Ничего, сэстра! – великодушно ответил кавказец и оглядел ее с явным мужским интересом.

Вероника бросила быстрый взгляд на человека у входа и на тех двоих, что молча и напряженно сидели за дальним столом. Она убедилась, что все они заметили ее маневр, и только тогда двинулась дальше.

Войдя в туалет, она достала из сумочки пилочку для ногтей, затем приставила к стене мусорное ведро, легко вскочила на него, дотянулась до вентиляционной решетки и в два счета вывинтила державшие ее винты. Осторожно сняв решетку, она ухватилась за края вентиляционного отверстия, подтянулась и влезла в шахту вентиляции, точнее, в горизонтальный ход, опоясывавший внутри стены все здание.

При этом она порадовалась тому, что регулярно посещает спортзал и поддерживает себя в отличной форме.

Вентиляционный ход был узкий и грязный, и очень скоро она собрала на свою одежду всю пыль, накопившуюся здесь с открытия торгового центра. Хорошо хоть, подумала Вероника, что это совсем новое здание и здесь нет слежавшейся пыли прошлых столетий.

Вероника проползла по коробу, как ей показалось, метров двадцать, и увидела перед собой свет. Это была следующая решетка, через которую она увидела кухню японского ресторана. На кухне старший менеджер распекал поваров:

– Вы что – разорить меня хотите? Меньше порции делайте, меньше! Люди к нам не обжираться приходят, они приходят стильно посидеть, провести время! И кладите в блюда больше специй! Они вызывают жажду, и клиенты будут заказывать вино! И главное – следите за чистотой! На прошлой неделе в салате нашего постоянного, очень уважаемого клиента оказался шуруп! Если такое повторится, я найду виновного и немедленно уволю!

Вероника ударила локтем по решетке. Решетка вылетела и плюхнулась в кастрюлю с супом мисо.

– Опять? – воскликнул менеджер, уставясь на решетку. – Кто это устроил?

– Я, – ответила Вероника, спрыгнув на разделочный стол, а с него – на пол. – Только не торопись меня увольнять, я хочу у вас немножко поработать!

Менеджер и повара застыли, разинув рты от изумления, а Вероника сдернула с вешалки белый поварской халат, напялила его, прикрыла волосы крахмальной шапочкой, схватила поднос с суши и запеченной форелью и вышла в зал.

Грациозно проследовав через зал, она поставила поднос на ближайший к выходу столик. За этим столом сидела худая сутулая дама лет шестидесяти, с собранными в жидкий пучок черными волосами.

– Что вы мне принесли? – проговорила дама, увидев поднос. – Я этого не заказывала!

– Комплимент от шеф-повара! – ответила Вероника.

– Какой еще комплимент? Я же не ем рыбу! Я сижу на строгой вегетарианской диете!

– Ничем не могу помочь – у нас сегодня рыбный день!

– Безобразие! – воскликнула дама. – Я сообщу об этом вашему менеджеру! Я добьюсь, чтобы вас уволили!

– Я и сама давно хочу уволиться! – ответила Вероника и с милой улыбкой вышла из ресторана.

В холле она огляделась.

Отсюда было хорошо видно кафе, из которого она только что ушла. Там разыгрывалась сцена, напоминающая американский боевик.

Двое мужчин в темных пиджаках (те, что во время ее встречи с заказчиком сидели прямые и неподвижные, как манекены) внезапно обрели подвижность. Теперь они стояли, мрачно набычившись, напротив двоих кавказцев и вели с теми негромкий разговор, за каким обычно следует потасовка, а то и перестрелка. Третий мужчина в пиджаке – тот, что сидел возле двери – пересел за столик заказчика и очень выразительно держал руку в кармане пиджака, где сквозь темную ткань отчетливо просматривался пистолет.

Сам заказчик обреченно смотрел перед собой с таким видом, как будто точно знал, что жить ему осталось совсем немного.

Вероника отвернулась и, никем не замеченная, проскользнула мимо кафе к лифту. В это время двери кабины уже начали закрываться, и она едва успела протиснуться внутрь. Кабина поплыла вниз. Вероника перевела дух и огляделась. Кроме нее, здесь были две симпатичные девушки, семейная пара средних лет – жена с выражением озабоченности на лице, муж – с выражением смирения и безысходности, а также моложавая бабушка с шестилетним внуком – одна из тех, с пирожными.

Эта самая бабушка, бросив на Веронику косой неодобрительный взгляд, вполголоса проговорила своему внуку:

– Теперь ты видишь, Ванечка, что бывает с теми, кто не умывается по утрам?

Вероника вспомнила, что собрала на себя всю пыль из вентиляционной шахты, и погрустнела.