Чертовы котята - Леена Лехтолайнен

Пожалуй, нет. Серп месяца сверкал зеленым так, словно светился сквозь молодую траву.

— Ты уже передала пистолет?

— Завтра передам.

— Лайтио привет от ублюдка Паскевича. Так он меня обычно называет? Родителей, как ты знаешь, не выбирают, к тому же отец никогда не любил ни маму, ни меня.

— Да вряд ли Лайтио еще долго будет так тебя называть… К тому же если бы он не относился к тебе хорошо, то вряд ли стал бы защищать. И сейчас собирается освободить свою семью от мучительных переживаний, выпустив себе мозги. Разумеется, я не буду предупреждать их о его намерении.

Юрий обнял меня за плечи, я склонила голову. Звезды замерли на небе, светила полоса Млечного Пути. Дядя Яри много рассказывал мне о звездах, и каждое лето я с нетерпением ждала августа, чтобы начать рассматривать созвездия, сидя во дворе дома в Хевосенперсете. В городе я тосковала по звездному небу.

— Ты злишься на Лайтио?

— Нет, на саму смерть. Почему она всегда выбирает не тех людей?

Транков принялся что-то напевать. У него был мягкий приятный баритон. Я узнала «Богемскую рапсодию» группы «Квин».

— Знаешь, я постоянно слушал эту композицию после того случая с Рютконеном. Не мог слушать ничего другого. Иногда казалось, голова вот-вот расколется. Но ко всему можно привыкнуть, даже к тому, что ты теперь убийца. Я больше не просыпаюсь по шесть раз за ночь. Бывает, даже крепко сплю от заката до рассвета.

Наверное, мой отец так же привык жить с чувством вины. Или просто выстроил в своей голове другую реальность, где всем его поступкам находилось оправдание и виноват был кто угодно, но только не он сам. Я так и не смогла избавиться от чувства, что косвенно виновата в смерти Аниты Нуутинен. Если бы я не ушла от нее, отморозки Васильева не смогли бы так легко до нее добраться. А возможно, тогда я и сама погибла бы. И никогда бы не встретила ни Давида, ни Ваномо.

Из сауны вырвалась громкая музыка, рука Юрия соскользнула с моего плеча. Я вернулась в дом, надела наушники, послушала свою любимую группу. Затем включила Интернет и по онлайн-камере понаблюдала за жизнью рысей в дикой природе. Потом легла не раздеваясь и заснула.

А затем наступило воскресенье. Юлия просто горела желанием вырваться в Хельсинки, чтобы посетить недавно открывшуюся модную студию дизайна ногтей. К тому же она сообщила, что соскучилась по отцу и хотела бы пообщаться с ним по скайпу. Визит в студию ногтевого дизайна явно требовал моего участия. Послонявшись немного по дому, я отправилась собираться. Положила в сумку пистолет, и та мгновенно сделалась просто неподъемной.

Трамваи по воскресеньям не ходили, так что до бабушки Вуотилайнен пришлось добираться на автобусе. И ехал он, на мой взгляд, слишком быстро… Сугробы по обе стороны дороги потемнели и обмякли, в парках заливались черные дрозды. В знакомом подъезде пахло свежей выпечкой и ванилью, навстречу вышла соседка с нижнего этажа и приветливо улыбнулась, увидев меня:

— И меня Элли только что угостила пирожками. Теплые еще. Она сказала, что ждет тебя в гости.

Я мысленно чертыхнулась. Надеюсь, соседка не слишком внимательно следит за гостями дома и не заметит, что к бабушке Вуотилайнен зашла Хилья, а вышел совершенно незнакомый молодой человек.

Я пришла заранее, чтобы было время выпить чашечку кофе. Бабушка поинтересовалась, скоро ли я вернусь и не хочу ли потом выйти прогуляться.

— Погода на улице — просто сказка. Да и к тому же надо дать соседкам возможность почесать языки, когда они увидят меня под руку с красивым молодым мужчиной.

Я хмыкнула, согласилась и отправилась переодеваться. Перетянула грудь, напялила футболку с надписью «Born in Savo», надела клетчатую рубашку, засунула в штаны муляж, увеличила с помощью специального крема поры на носу, намазала гелем брови, приклеила усы.

Стоя перед зеркалом, посмотрела Хилье прямо в глаза, затем водрузила на нос темные очки, которые отлично вписывались в имидж, тем более что на улице ярко светило солнце. Натянула светлый парик. Хорошо, что Рейска не седеет, этим париком я планировала пользоваться еще долго. Я не стирала вещи Рейски после прошлого визита к Лайтио, и они еще пахли туалетной водой моего героя. На всякий случай я побрызгалась еще, а по пути на остановку выкурила сигарету, чтобы руки тоже пропитались мужским запахом.

Рейска повесил за спину небольшой рюкзак, где лежал завернутый в газету пистолет, а еще пачка сигар и банка пива — ведь никогда не знаешь, когда захочется пить. У Сюрьянена я захватила пару автомобильных и технических журналов, чтобы среди всего этого пистолет был незаметен.

Бабушка Вуотилайнен всплеснула руками, увидев выходящего из ванной комнаты Рейску.

— Ну просто театр на дому! — восхитилась она. — Помнится, вскоре после свадьбы мы смотрели «Трамвай желания» с Эллой Эронен[6]и Тауно Пало[7]в главных ролях. Я знала, что Эронен было уже не меньше пятидесяти, но грим и свет сделали чудо, и она казалась совсем девочкой. Вот и сейчас я в полной уверенности, что передо мной молодой мужчина.

— Я пошел. А потом пойдем прогуляться. Скоро вернусь, — произнесла я на диалекте Саво.

Улица Урхейлукату находилась недалеко, и Рейске пришлось сделать только одну пересадку с автобуса на трамвай. Всю дорогу он просидел молча, заткнув уши плеером, в котором звучала музыка в стиле фолк-метал. Сидящий рядом алкаш пару раз пытался завязать разговор, но Рейска не захотел общаться. Сейчас особенно не стоило привлекать к себе лишнего внимания.

Пришлось два раза позвонить в домофон, прежде чем открыли.

— Ну наконец-то! Давай проходи в кабинет, — послышался голос Лайтио.

Рейска шагнул в окутанную клубами сигарного дыма комнату. Хозяин сидел за столом, перед ним стояла бутылка виски «Талискер» и два стакана, один из которых был налит до половины. В трезвых глазах — тоска, во рту — дымящаяся сигара.

— Привет. — Лайтио протянул руку, Рейска со странным чувством ее пожал. — Закрой дверь, а то соседи возмущаются, что пахнет дымом. Будешь виски и сигару?

— Буду. Полный не наливай.

Лайтио сделал пару глотков, затем придвинул к себе оба стакана и налил поровну на два пальца в каждый. Затем придвинул Рейске сигарный ящик, зажигалку и нож. Он был одет в синюю домашнюю куртку, похоже купленную недавно, так как она хорошо сидела на сильно похудевшем теле. Рейска зажег сигару, затянулся пару раз и взял стакан.

— Давай за… — начал было Лайтио и замолчал, не закончив фразы.

Мужчины чокнулись. Затем Лайтио перешел к делу:

— Ты принес то, о чем я тебя просил?