Убить сёгуна - Дэйл Фурутани

Неожиданно огромная тень заслонила солнце, и Мацуяма понял, что это лошадь перепрыгивает через камень. Самурай потерял из виду противника; только когда конь приземлился, он увидел результат. Голова человека, срубленная мечом всадника, летела в воздухе. Когда к камню приблизились другие воины, Кадзэ взглянул на первого из них и узнал в нем Хонду. Глаза даймё горели от возбуждения, его лицо помолодело.

Хонда развернул лошадь и подскакал к Кадзэ.

— Что здесь происходит? — крикнул он грозно.

— Перед тобой убийца господина Накамуры, — ответил Кадзэ, указывая на лежащего на земле Нийю, который начал приходить в чувство.

Хонда кинул взгляд на связанного и сказал:

— Чепуха! Это Нийя. Он служит господину Ёсиде. Я его хорошо знаю. Он не может быть наемным убийцей. — Даймё ткнул пальцем в Кадзэ: — Брось меч!

Мацуяма покачал головой:

— Сожалею, господин, но я не подчинюсь, пока не смогу убедить тебя в том, что перед тобой находится убийца.

Нийя, который окончательно пришел в себя, собрался с духом и промолвил:

— Вранье. Он сам убийца.

Хонда нахмурился.

— Брось меч! — прорычал он.

— Нет.

— Клянусь богами, ты сделаешь это, или я убью тебя!

— Ты поступишь неразумно.

Хонда поднял глаза и увидел Иэясу-сама, подъезжающего к месту происшествия.

— Я видел, как ты отрубил голову этому человеку, Хонда-сан. Воинские навыки остались при тебе. Только глупо воевать семерым против одного. Тем более это тот самый самурай, который победил на турнире Хидэёси.

Хонда вздрогнул и сказал:

— Я знал, что ты лжешь! Ты и есть наемный убийца!

Иэясу покачал головой:

— Посмотри внимательно, Хонда-сан. Есть ли у ронина патронташ? Ты видишь у него коробку с порохом? Он не экипирован как мушкетер. Его оружие — меч. Мне как-то не верится, что он может внезапно поменять свое оружие ради покушения на меня. А теперь взгляни на Нийю. Ронин снял со стражника пояс, чтобы связать его. А вот рядом лежит патронташ и коробка с порохом. Они были у него за поясом. Нийя отлично владеет мушкетом. Именно он покушался на мою жизнь.

После этих слов сёгуна Кадзэ вложил меч в ножны.

— Какая-то нелепица, — пробормотал Хонда.

— Однако это правда, — сказал Иэясу.

— Ты и твой хозяин — самые гнусные предатели, — обратился Хонда к Нийе. — Трудно вообразить себе худшее злодеяние, чем покушение на жизнь сёгуна.

Нийя молчал, его лицо превратилось в неподвижную маску.

— При всем уважении к тебе, Хонда-сан, полагаю, что ты ошибаешься, — заговорил Кадзэ.

— О чем ты говоришь? Ты ведь поймал его в момент покушения на жизнь Иэясу-сама!

— Мне кажется, он пытался убить тебя.

— Меня!.. — воскликнул даймё. — С чего вдруг пытаться убить меня?

— По той же причине, по которой он убил Накамуру-сан, — ответил Кадзэ.

— Смех, да и только! — воскликнул Хонда и посмотрел на Иэясу. — Этот человек, должно быть, сошел с ума.

Сёгун молчал и пристально смотрел на самурая.

Кадзэ показалось, что этот взгляд пронзает насквозь. Словно все его существо кто-то разделил на части, которые тщательно изучаются. Иэясу уже знает все, что за душой у Мацуямы. Способность правителя понимать людей и воздействовать на них была залогом его успеха.

— Я понимаю, о чем ты говоришь, — сказал Иэясу. — Но есть ли у тебя доказательства?

— Нийя — лучший стрелок во всей Японии. Я уходил от погони по крышам Эдо, и он стрелял в меня, продырявив рукав моего кимоно. Никто не мог сделать столь меткий выстрел. Он возглавлял команду стражников, преследовавших меня. Этот человек мог попасть во что угодно. Как только я пришел к мысли о том, что ты, Иэясу-сама, не был целью убийцы, то понял, что именно меткий стрелок, а не ружье, может вывести нас на преступника. На таком расстоянии любой человек мог бы не попасть в тебя и поразить Накамуру-сан по ошибке. А чрезвычайно меткий стрелок должен был быть уверен в том, что не попадет в сёгуна, а убьет Накамуру-сан, стоящего рядом. Этот человек — Нийя. Если позволишь, я проведу с ним опыт и докажу правдивость моего предположения.

— Опыт! Какой еще опыт? — недоуменно спросил Хонда. — Уж не намерен ли ты дать ему мушкет?

Кадзэ молчал, ожидая реакции Иэясу-сама.

После долгого молчания сёгун сказал:

— Действуй. Если окажется правдой, что они не покушались на мою жизнь, я буду более снисходителен к клану Ёсиды. В противном случае истреблю всех — мужчин, женщин и детей. Они все умрут.

Кадзэ взглянул на Нийю:

— Твой хозяин хотел подняться до небес, однако не преуспел. Вне зависимости от результата нашего опыта он отправится в великую пустоту вместе с тобой. Однако своим искусством ты можешь спасти других людей клана. Возможно, своих родственников. Тебе дается единственный шанс.

Нийя оставался невозмутимым. Кадзэ развязал ему руки. Затем поднял с земли сумку с пулями. Вынул одну и протянул ее Нийе. Тот принял пулю и коробку с порохом.

— Хорошо, — проговорил Кадзэ и отправился на поиски мушкета. Взглянув на него, он кивнул: разумеется, ружье вышло из мастерской Инатоми.

Передав мушкет Нийе, самурай спросил:

— У тебя есть кремень и огниво?

Тот кивнул.

Кадзэ отошел от Нийи на сто сорок шагов. Примерно с такого расстояния был произведен первый выстрел у стены замка. Тут он увидел дерево хурмы. Переспевшие плоды горели ярким оранжевым цветом. Он сорвал один из них и вернулся на место.

Иэясу, Хонда и остальные спешились, наблюдая за демонстрацией. Кадзэ видел, что старшина стражников уже поджег запал, потом насыпал на полку порох и вложил пулю.

— Думаю, Хонде-сан следует отойти подальше от Нийи — на тот случай, если тот решит не демонстрировать свое искусство, а выполнить долг перед господином Ёсидой до конца! — крикнул Кадзэ.

— Не смеши меня, — ответил Хонда. — Я останусь на месте.

— Иэясу-сама, прошу тебя, прикажи ему! — вновь закричал Кадзэ, видя, что даймё проявляет упрямство.

— Отойди в сторону, — велел сёгун. Он не повысил голоса, достаточно было командного тона, не терпящего возражений.

Хонда поклонился и стал сбоку от Нийи, который мог теперь выстрелить в него, лишь сделав полный поворот. Кадзэ положил хурму на ладонь, подняв ее на уровень головы. Нийя бросил взгляд на самурая, затем быстро поднял мушкет и тщательно прицелился. Теперь ствол ружья был направлен почти точно в голову ронину.

— У тебя есть единственная возможность показать свое искусство сёгуну! — крикнул ему Кадзэ. — Ты полон желания отомстить. И в то же время хочешь показать Иэясу-сама, какой ты меткий стрелок. А убив меня, ты убьешь всех членов твоего клана.