Тайна Шерлока Холмса - Джерард Келли

— Может, ему каким-то образом удаётся делать это дистанционно? — выдвинул я версию.

— Уверен, что вы правы, Уотсон, — кивнул Холмс. — Я пришёл к аналогичному выводу. Но вот вопрос: как именно ему удаётся это делать? Ни на одном из пепелищ не нашли никаких следов часовых механизмов.

— Пожалуй, вам стоит поговорить с вашим братом Майкрофтом. Вдруг ему удастся пролить свет на эту тайну. У него тоже очень острый ум.

Холмс резко выпрямился и воззрился на меня.

— Уотсон, — объявил он, — вы — моё вдохновение! Уже не первый раз благодаря своей интуитивной прозорливости вы подсказываете мне, где искать ключ к разгадке. — Холмс принялся ходить по комнате, бормоча под нос: — Ну конечно же, погода тёплая, даже жаркая… Люди держат окна и двери нараспашку… Бьюсь об заклад, что окно на втором этаже в «Ручках белошвейки» тоже было открыто.

— Скорее всего так оно и было, Холмс, — согласился я. — От этого пламя горело ещё ярче. Нет ничего хуже, чем при пожаре устроить сквозняк и обеспечить кислороду доступ к огню.

— Всё это так, Уотсон, — кивнул мой друг, — но я думал немного не об этом. Какая последние два дня у нас погода?

— Тёплая, сухая, солнечная. Лёгкая дымка. А что?

— Правильно. Если вы сверитесь с газетами, то обнаружите, что именно такая погода стояла в дни пожаров. А в другие дни, когда поджигатель залегал на дно, было как раз пасмурно. — Холмс быстрым шагом подошёл к карте и снова глянул на неё. — Сходится! — воскликнул он. — Уотсон, я болван и тупица. Как же я раньше не догадался?! Вы молодец, спасибо большое за подсказку. Что ж, теперь у нас есть версия.

— Я же всего-навсего посоветовал обратиться за помощью к Майкрофту, — озадаченно напомнил я.

— Не совсем, старина. Вы сказали, что, возможно, ему удастся пролить свет на нашу тайну. Ключевое слово «свет»! — Поманив меня к карте, сыщик ткнул в неё пальцем: — Смотрите сюда. Первый пожар вспыхнул на Бишоп-Бридж-стрит. Следующий — на Лондон-стрит, третий — на Хэрроу-роуд, а самый последний — на Прейд-стрит. Все эти пожары начались в самое светлое время суток, вскоре после полудня, и все они словно кольцом окружают Паддингтонский вокзал.

Я сокрушённо покачал головой:

— Простите, Холмс, но я не понимаю, к чему вы клоните.

Холмс лишь улыбнулся моей недогадливости:

— Если бы мне захотелось что-нибудь поджечь с безопасного расстояния в солнечный день, я бы вполне обошёлся большим увеличительным стеклом, фокусирующим солнечные лучи.

— Вот это да, Холмс! Думаю, вы правы!

— Сфокусированный луч не так эффективен, если он проходит через оконное стекло, поэтому преступник выбирал открытые окна и двери.

— Ясно как день, — кивнул я. — Но где он при этом находился сам?

— Разве это непонятно? На крыше Паддингтонского вокзала. Именно поэтому на вокзале пока не было пожаров. По этой же причине никто никогда не видел поджигателя. Ну, а раз злоумышленник любит увеличительные стёкла и линзы, — немного подумав, добавил Холмс, — остаётся предположить, что он наблюдает за пожаром через подзорную трубу.

— Браво, Холмс, вы снова оказались на высоте! — восхищённо признал я. — Всё сходится. Только что нам теперь делать?

— Устроим нашему поджигателю засаду. Каков метеопрогноз на завтра?

— Ясная сухая погода, — прочитал я, взяв в руки газету, — температура двадцать два — двадцать шесть градусов тепла.

Холмс подошёл к окну, внимательно изучил небо и сказал:

— Пока моя версия умозрительная, и у меня нет ни малейших доказательств моей правоты. В связи с этим я считаю, что пока не нужно зря беспокоить инспектора Лестрейда. Засаду сможем организовать и мы с вами.

— Жду не дождусь, — улыбнулся я в предвкушении.

Холмс глянул на часы:

— Предлагаю с утра первым делом нанести визит начальнику вокзала. Даже если злоумышленник решит воспользоваться завтрашней погодой, которая, судя по всему, и вправду обещает быть ясной, он вряд ли появится раньше полудня.

Тем вечером почтальон доставил Холмсу телеграмму.

Мой друг прочитал её и, покачав головой, отложил в сторону.

— Ну и ну, — недовольно буркнул он. — Кто бы мог подумать? Взгляните, Уотсон.

Телеграмма гласила следующее:

Уважаемый мистер Холмс,

Дело закрыто. В ходе подробного допроса Дэмьен Эпплгейт во всём сознался.

Спасибо за помощь.

С уважением, Лестрейд

— Отличные новости! — воскликнул я, но, подняв взгляд на Холмса, обнаружил, что сыщик уже надел шляпу и тянется за тростью. — А куда вы собрались?

— Мне бы хотелось лично побеседовать с Дэмьеном Эпплгейтом. Вы со мной, старина?

— Конечно, — я схватил шляпу и кинулся вслед за Холмсом.

Когда мы уже подъезжали к Скотленд-Ярду, Холмс предупредил:

— Уотсон, мне хотелось бы попросить вас пока не упоминать о моей версии с увеличительными стёклами.

— Конечно, — с готовностью согласился я.

В кабинете у Лестрейда Холмс первым делом спросил:

— Скажите, инспектор, Эпплгейт объяснил, каким образом он устраивал пожары?

— Пока нет, но я как раз собирался ещё раз его допросить. Не желаете ли составить мне компанию, джентльмены?

Вскоре напротив нас уже сидел поджигатель. Им оказался худенький, напоминающий хорька коротышка с тонкими сальными волосами. Вдобавок ко всему преступник косил на левый глаз. Эпплгейт насторожённо на нас посмотрел и облизал губы.

— Вот мы и снова встретились, Дэмьен, — промолвил Холмс. — Что, опять взялся за старое?

— Вас, мистер Холмс не одурачишь! — Эпплгейт ухмыльнулся, продемонстрировав гнилые зубы. — Только я никого не хотел убивать. Честно, не хотел.

— Как ты устраивал пожары, Дэмьен? — спросил Холмс.

Эпплгейт хитро посмотрел на нас:

— Если я скажу, мне скидочка выйдет?

— Перебьёшься, крысеныш, — рявкнул Лестрейд. — В огне погибли люди, и тебя вздёрнут за убийство. Я лично за этим прослежу.

— Инспектору вряд ли под силу тебе помочь, — доверительно сообщил Холмс, — а вот я смогу. Я, например, позабочусь о том, чтобы твоей сожительнице и детям помогли деньгами. Им-то от тебя толку никакого, верно?

Эпплгейт с минуту смотрел на Холмса изучающим взглядом и наконец произнёс:

— Вы ведь джентльмен, так? Значит, должны держать слово. Правильно я мыслю?

— Правильно, — кивнул Холмс.

— Тогда ладно, скажу. Я отказался от часовых механизмов — они оставляют следы. Я придумал новый способ, чтоб всё было чисто и гладко. Дайте спички, и я вам покажу.