Тем тяжелее будет падение - Михаил Март

Получилась накладка. Дальше погоня, резня, но главный с документами ушел и передал их заказчику. Губернатор рвет на себе последние волосенки и желает вернуть документы. Четверо великовозрастных дебилов вынуждены уничтожить свидетелей резни. Слишком сильно напачкали. Им осталось убрать последнего свидетеля – твоего сына, который видел всех четверых, но пока их поиски зашли в тупик.

– И не только их, Эммануил Антоныч. Я сегодня встречался со следователем. Толковая женщина. Мой сын в руках некой Анны, подруги моей жены, с которой они познакомились в зоне. Что из себя представляет Анна – тайна за семью печатями. Две недели назад бежала из зоны. Из трех лет год отсидела и в бега? Очень странно. Она и сын в розыске, но на них уже дважды покушались. Причем люди, похоже, из вашего ведомства. Бывшие, конечно. Возможно, их наняли эти четверо, вряд ли они способны сами кого-то разыскать.

– Ты, Ваня, сказал «покушались». Тут есть одна важная деталь. Сын губернатора нанимать киллеров не станет. Он автоматически становится мишенью для шантажа. И чем больше людей в курсе событий, тем хуже для него. Я говорю о посредниках. Не уверен в правильности твоих выводов.

– Тогда кому мог понадобиться мой сын?

– Ты должен сам это узнать. Давай только не торопиться и делать все по порядку. Я считаю, что тебе надо сблизиться с губернатором, его сыном и друзьями сына, войти в доверие и оказаться в тылу врага. Вот тогда у тебя будут по-настоящему развязаны руки. Иначе к ним не подобраться. Есть другой способ. Взорвать их всех к чертовой матери. Но он же тебя не устроит. Я не прав?

– Первый вариант предпочтительнее, но задачка выглядит как шпионская сказка про Штирлица.

– Я имею привычку думать, прежде чем говорить.

Ушаков понял, что нарушил субординацию, а с такими людьми надо уметь держать дистанцию.

– Извините, Эммануил Антоныч. Я долго врубаюсь.

– Сейчас врубишься. Я хочу тебе помочь, рискуя репутацией своего бюро. Но ты сделал для меня куда больше, чем генерал Попов, приходивший ко мне на поклон. Когда-то я стоял перед ним по струнке, но, видно, времена меняются. К тому же речь идет не о людях, а о зверье, сделавшем тебя вдовцом. У меня кровь закипает в жилах, как я подумаю о них! Впрочем, оставим эмоции. Твоя задача вскрыть сложный сейф в строго охраняемом месте, достать документы губернатора и вернуть их ему. Вот что сделает тебя лучшим другом семьи.

– Исполнителей такого рода пускают в расход, как киллеров, сделавших свое черное дело.

– Не тот случай. Я дам тебе удостоверение своего бюро с новым именем. Заказ на сейф принимаю я. В моем агентстве работают десять человек из особого подразделения ФСБ. Одиночек можно уничтожать безнаказанно, но с моей организацией никто связываться не станет. Даже губернатор. Он захочет с нами дружить, быть спонсором и защитником. Теперь он понял, что, не имея силовых структур под боком, жить трудно. Чисто русский подход, пока гром не грянет, мужик не перекрестится. А его здорово жареный петух клюнул. Убедил?

– Я и раньше никогда с вами не спорил.

– И на том спасибо. Берись за дело. Специалистов такого класса, как ты, – единицы.

– Мне понадобится напарник и человек пять охраны, но для начала мне нужны схемы помещений, коммуникаций, сигнализации, система сейфа, расстановка постов и прочие мелочи.

– Будут. Генерал нашел сообщника на той стороне. Половина охранников тебя не заметит.

– Вопросов нет. Я согласен. Соберите все материалы, вплоть до распорядка дня в доме. Как только все это попадет ко мне в руки, я начну подготовку. Пять дней, не меньше, вместе с изучением местности и опробованием системы. Очевидно, у меня возникнут вопросы и на них придется ответить тем, кто знает всю систему.

– Хорошо. Я учту. Какой затребовать гонорар?

– Меня деньги не интересуют.

– Я понимаю, но будет очень смешно, если я скажу, что мы работаем бесплатно.

– Для начала надо видеть всю картину, тогда и о цене говорить. Но подумайте сами: в этом сейфе помимо документов лежат деньги. Сколько? Прикиньте. Сто тысяч или десять миллионов?

– Думаю, намного больше, но деньги брать не рекомендуется.

– Хозяин сейфа к ментам не пойдет. Он задействует силы согласно убыткам. А это охота. Риск слишком велик, и если меньше ста тысяч долларов, то и разговаривать не о чем.

– Дорого ты стоишь.

– Моей семье цены нет. Детей и жен про запас не держу, и никакие деньги мне их не вернут.

– Через два-три дня все материалы будут для тебя готовы.

– Хорошо, а я поищу себе напарника.

Искать его особо не пришлось, другое дело – получить согласие. И в общем-то, Ушаков кандидату на эту роль не очень доверял, даже испытывал некоторое отвращение. В назначенное время Ушаков приехал в развлекательное заведение Бори-Трапезника. Он вошел в знакомый просторный кабинет и увидел приветливое лицо стареющего вора в законе.

– Что надумал, Ваня? Капралов появится здесь с минуты на минуту. Парень чувствует перед тобой вину, а это важно. Ведь он сам сюда пришел. Сорвав куш, он мог свалить с концами, но не сделал этого.

– Вот только из-за этого я с ним и встречусь. Мы поговорим при тебе, Боря.

Скрывать мне нечего, и я хочу, чтобы ты выслушал мою идею. Плохих советов ты мне не давал.

– Я ценю хороших людей, зачем же им плохо делать! Говорите, а потом я выскажу свое мнение. Со стороны всегда виднее.

* * *

Родион Капралов не заставил себя ждать, явился вовремя. Трапезник, как боксерский арбитр, представил соперников друг другу и скромно сел в отдалении.

– Я виноват перед тобой, Иван, – начал Родион без всяких вступлений. – Судьба не пощадила твою семью из-за моей глупости. Оправдываться не хочу, потому что оправданий мне нет. Я знаю убийц. От их рук погибли двое моих корешей и тот, кто принимал заказ. Теперь за мной ведут охоту и те и другие. Но мне плевать. Я уже ничего и никого не боюсь. В моей башке сидит только одна мысль, как отплатить подонкам за смерть близких нам людей. Если ты желаешь того же, предлагаю объединить усилия. Готов принять твои условия.

– Мысль такая есть. А для начала ответь мне на несколько вопросов. Четверо преследователей видели тебя в лицо?

– Нет. Когда они вошли в офис, я ослепил их фонарем. Во время погони нас разделяло не менее ста метров, исключая некоторые отрезки, но на улице было слишком темно. Кроме моей спины, они ничего видеть не могли.

– Кто заказчик?

– Марина Грановская. Я имел дело с ее адвокатом. Она знает меня как облупленного. За мной охотится вся ее служба безопасности, правда, не очень усердно. Очевидно, у них есть объекты более важные. Но моя персона занесена в черные списки.

– В сигнализациях разбираешься?

– Это мой конек – электрика, сигнализации, планы и схемы.