Танец со смертью - Марина Серова

Однако, войдя в небольшую гостиную, Кирьянов остановился, а потом быстро пересек комнату. Мы поспешили за ним. Посередине гостиной на каком-то старом и, кажется, продавленном кресле сидела худенькая девушка. Ее руки и ноги были связаны, а в рот была засунута тряпка сомнительной чистоты, да еще и приклеенная скотчем, очевидно, для крепости. Кроме связанных рук и ног, как оказалось, девушка была еще и обвязана вокруг талии веревкой. Конец веревки несколько раз обвивал кресло. Да, закрепили ее капитально.

Глава девятая

Владимир и стажеры кинулись освобождать Екатерину. На первый взгляд никаких повреждений на ней не было. Естественно, Екатерина находилась в жутком стрессе. Это было видно по выражению ее лица, по которому, не переставая, текли слезы.

Я подошла к Екатерине.

– Екатерина, вы меня слышите? – спросила я.

Девушка кивнула.

– Вы сейчас можете говорить? – задала я следующий вопрос.

– Могу, – с усилием разжав губы, тихо проговорила Екатерина.

– Скажите, где Клементина? – спросила я. – Вы ее называете Маргаритой?

– Она ушла, – со всхлипом произнесла Екатерина.

– Куда она ушла? – спросила я.

– Н-не знаю, она ничего не сказала. Просто… связала меня, а сама ушла.

Глаза девушки снова наполнились слезами.

– Ну-ну, успокойтесь, пожалуйста. Все страшное уже позади. Она больше не причинит вам никакого вреда, – успокаивала я девушку.

Екатерина кивнула.

– Она ничего вам не сделала? С вами все в порядке? – продолжала я спрашивать девушку.

– Да, в порядке. Она ничего не сделала, только сильно ругалась, – ответила Екатерина.

По лицу девушки текли слезы, и она пыталась вытереть их ладонями. Я достала из сумки бумажные салфетки и протянула их Екатерине.

– Спасибо, – кивнула девушка.

– Валентин, спускайся во двор и следи, – отдал приказ Владимир.

– А ты, – обратился Кирьянов к Вячеславу, – останешься здесь.

– Екатерина, пойдемте со мной, – сказала я и помогла девушке встать.

В скудно обставленной гостиной стоял потертый диван. Но все-таки это было лучше, чем продавленное кресло. Мы с Владимиром усадили Екатерину на диван, а сами сели рядом.

– Екатерина, расскажите, как развивались события после того, как вы позвонили своей бывшей воспитательнице, со всеми подробностями, – попросил Владимир.

– Она… Клементина то есть, увидела, как я взяла ее телефон, – начала рассказывать Екатерина.

– Постойте, вы в курсе, что это ваша, можно сказать, сводная сестра? – уточнила я. Все-таки Катя знала Клементину под именем Маргариты.

– Да… да, она сказала. Она даже называла меня сестричкой, – сказала девушка.

– Подожди, так, значит, звонок Веронике Георгиевне ты сделала с телефона Клементины? – спросила я, не заметив, как перешла на «ты».

– Да, – кивнула девушка. – Потому что она отобрала мой телефон еще там, когда мы находились в коттедже. И когда она убила… маму Кристину, она взяла мой телефон и выбросила все «симки». Я хотела незаметно от нее взять телефон мамы, но Клементина это заметила и тоже отобрала.

– Но ты все-таки сумела написать Веронике Георгиевне, так? – сказала я.

– Да. Мне просто повезло, что я успела отправить ей эсэмэску. Но на этом – все…

Екатерина замолчала, но мы с Владимиром и не торопили девушку, хотя дорога была каждая минута. Ведь неизвестно, куда ушла Клементина, сколько она собирается пробыть вне этой квартиры и когда вернется за Екатериной. И ушла ли она насовсем, связав девушку? В конце концов, может еще разок поменять имя, сменить адрес, перекрасить волосы – и жить дальше. Зачем ей девчонка? А может и вернуться. Зря, что ли, она ее так надежно связала?

Екатерина все-таки смогла собраться и продолжала отвечать на вопросы.

– В общем, Клементина планировала снова вернуться в Тюмень. И меня туда увезти. Она сказала, что там она купила квартиру, – сказала Екатерина.

– Вот как? А зачем она приехала в Тарасов, убила свою мать и увезла тебя? – спросила я.

– Клементина мне вообще ничего не рассказывала о том, что собирается делать дальше, и уж тем более о том, что она сделала. Да если честно, после убийства я вообще старалась с ней разговаривать как можно меньше. Только по необходимости. Мне по-настоящему было страшно находиться рядом с ней. Да и не сказала бы она мне ничего конкретного, это я уже потом поняла. А сначала она просто молчала в ответ на мои вопросы, что будет дальше. Только вот по поводу Тюмени и сказала. А потом, когда она увидела, что я позвонила по телефону, то просто взбесилась. Такой злой я ее никогда не видела. Она сказала, что я все испортила, что спутала все ее планы. А потом связала меня и оставила вот здесь. Но проговорилась, что еще вернется, – сказала Екатерина.

– Вернется для того, чтобы, как она и планировала, увезти тебя в Тюмень? – уточнила я.

– Думаю, что да, для этого, – кивнула девушка.

– Вы приехали в эту квартиру на машине? – спросил Владимир.

– Да. Но потом Клементина избавилась от своего темно-зеленого «фольксвагена», – сказала Екатерина.

Мы с Владимиром переглянулись. Значит, они действительно передвигались на «фольксвагене».

– А куда она дела машину? – задала вопрос теперь уже я.

– Кажется, кому-то продала, сказала, что машина уже больше не понадобится, – ответила Екатерина.

– А телефон? – спросила я. – Ну, тот, с которого тебе удалось сделать звонок Веронике Георгиевне и сообщить адрес этой квартиры. С телефоном Клементина что сделала? Взяла его с собой, когда связала тебя и ушла отсюда?

– Она вынула из него «симку» и швырнула его в стенку, и он разбился. Я же говорю, что она была просто в бешенстве. Я подумала, что она и меня бросит куда-нибудь. Это просто чудо, что мне удалось позвонить Веронике Георгиевне. Потому что обычно Клементина все время держит телефон при себе, ни на минуту нигде не оставляет. Когда идет в душ, то телефон тоже с ней. А в этот раз она, наверное, просто отвлеклась и оставила его на тумбочке. Это было так неожиданно. Она первая пошла в душ, а я еще лежала. Нет, я не спала, я просто делала вид, что сплю. Лежала не шевелясь, размеренно дышала, в общем, притворялась спящей. И наверное, у меня это получилось, потому что ведь поначалу Клементина ничего не заподозрила. И когда она закрыла за собой дверь в ванную, то я сразу же взяла его. Я на память помню телефон Вероники Георгиевны, вот я и набрала его. Но она почему-то не сразу ответила на мой звонок. Я рассчитывала, что положу телефон на место еще