Дневник летучей мыши - Наталья Александрова

— Код два нуля.

— Что еще за два нуля? — недовольно проворчалУхо. — Туалет, что ли?

— Да нет, операция начинается! Помнишь свою роль?

— А как же! Я тебя когда-нибудь подводил?

— Не было такого. Теперь самое главное — коробка откилограммового торта «Невские просторы». Задача ясна?

— Спрашиваешь!

Леня убрал телефон, а Ухо срочно переоблачился в формусотрудника дорожно-патрульной службы.

Хозяин зоомагазина «Кот в сапогах» Лаврентий Ильич Бабочкинсел за руль своей зеленой «хонды», бережно поставил рядом коробку из-под торта,опасливо покосился на нее и тронулся с места.

Несмотря на позднее время, машин на улицах было довольномного, и он поехал по набережной, где движение было потише.

Однако не успел он проехать и половины дороги, как впередипоявилась унылая фигура постового, который делал ему знак остановиться.

Лаврентий Ильич послушно затормозил, опустил стекло.

— Сержант Ухорылов! — представился милиционер,приложив руку к козырьку. — Попрошу документики!

— А что я нарушил, сержант? — заволновалсяЛаврентий Ильич. — Я не превышал скорость и все правила соблюдал!

— А это мы сейчас выясним, Лаврентий Ильич! — отозвалсямилиционер, внимательно перелистывая его документы. — Аптечка у васимеется?

— А как же! Вот она! И аспирин в ней свежий…

— Свежий, это хорошо… А где у вас огнетушитель?

— Есть, есть огнетушитель… — Бабочкин нырнул подсиденье, повозился там и наконец вылез. — Вот он… Сержант, может, можнопобыстрее? Я очень тороплюсь! — И Бабочкин протянул постовому сложеннуювдвое купюру.

— Что это?! — Тот уставился на деньги, как будтовидел их впервые в жизни.

— Это де… деньги… — испуганно проблеял ЛаврентийИльич, чувствуя, что неприятности его только начинаются.

— Деньги? — недоверчиво переспросилсержант. — Правда, деньги…

Он спрятал купюру в карман и обошел машину сзади.

— А это что такое?! — проговорил он оттуда такимтоном, как будто обнаружил как минимум атомную бомбу.

Испуганный Бабочкин выскочил из салона как ошпаренный ибросился к постовому.

При этом он был так взволнован, что не заметил, как изприпаркованной поблизости машины выскользнул молодой парень, согнувшись,подобрался к его «хонде», схватил с переднего сиденья коробку из-под торта, ана ее место поставил другую, точно такую же.

— В чем дело, сержант? — спросил запыхавшийсяЛаврентий, обежав свою машину.

— Нехорошо, Лаврентий Ильич! — Сержант разглядывалномера машины и укоризненно качал головой. — Номера забрызганы, читаютсяплохо! Мыть надо машину!

— Да я ее недавно мыл, — заныл Лаврентий. —Грязно же в городе… не успеешь помыть, как снова запачкается…

— Значит, чаще мыть надо! — припечатал сержант.

— Да я как раз собирался на мойку заехать…

— Ладно, поезжайте! — Милиционер снова поднес рукук козырьку и неспешно удалился прочь.

Лаврентий Ильич облегченно вздохнул и взглянул на часы.

Он еще успевал к назначенному времени.

— Что-то сегодня народу совсем нет… — вздохнулКостик, выглядывая на дорогу.

Действительно, автомойка на Поклонной горе сегодняпустовала.

— Какого ты народу хочешь? — вздохнул Петрович,пожилой дядька, которого держали на работе по двум причинам — потому, что онбыл родственником хозяина, и еще потому, что разбирался в машинах и мог сделатьсвоими руками несложный ремонт.

Они с Костиком дежурили на пару, скучая в маленькойзастекленной будке, откуда хорошо просматривались все подъезды к мойке.

— Какого народу, когда уже первый час? Кто же по ночаммашины моет?

— А тогда чего мы здесь по ночам торчим? — Костикпотянулся и взглянул на часы.

— Потому что мойка круглосуточная, — солидноразъяснил Петрович, — а раз круглосуточная — значит, должна работать!

— Вот ты и работай, если тебе по ночам делатьнечего! — огрызнулся Костик. — А меня отпустил бы…

— Деньги за ночную работу получаешь? — поучалПетрович. — Получаешь! А коли получаешь, изволь работать!

Вдруг на столике зазвонил телефон.

— Алло! Автомойка! — проговорил Петрович, поднесятрубку к уху, и вдруг лицо его переменилось. — Как? Рожает? Ох ты Господи!Еще же не срок ей!

Он шлепнул трубку на аппарат и повернул к напарнику бледноеот волнения лицо: — Подежурь один, Костик! Все одно никого нет! Алиска рожает,мне непременно ехать надо!

— Алиска? — переспросил Костик. — Дочка, чтоли?

Петрович, который уже несся сломя голову прочь, обернулся ибросил через плечо:

— Какая дочка? Собака моя, колли!

Костик хотел что-то возмущенно возразить, но Петровича уже ислед простыл.

— Вот так всегда, — пробормотал парень, потянувшиськ плейеру, — за всех приходится отдуваться…

Но послушать музыку ему не удалось: к мойке подрулиланарядная бирюзовая машина. Из нее вышла симпатичная молодая женщина в короткомнорковом полушубке цвета топленого молока и направилась прямиком к будке. Следомза бирюзовой машиной к мойке подъехала еще одна, менее приметная.

— Вот так всегда, — проговорил Костик,поднимаясь, — то никого не было, а стоило Петровичу слинять, как клиенткосяком пошел…

— Молодой человек, — проговорила девушка в норке,заглянув к нему в будку, — вы мне не поможете? У меня, кажется, проблема страмблером… или с инжектором… я их вообще-то не различаю…

— Посмотрим… — вздохнул Костик, снова пожалев, чтоПетрович не вовремя покинул рабочее место.

Он прошел с девушкой к ее машине, поднял капот и заглянулвнутрь.

— Да вроде тут все в порядке… — проговорил черезминуту и хотел распрямиться, но коварная женщина внезапно поднесла к его лицуплаток, пахнущий чем-то остро и неприятно.

Костик закашлялся, хотел крикнуть… но обмяк и упал лицомвниз на мотор бирюзовой машины.

К девушке тут же подбежал водитель второй машины — мужчиналет сорока с приятной, но неприметной внешностью.

— Ленечка, с ним ничего не случится? — озабоченнопроговорила Лола, помогая напарнику тащить безвольное тело к конторе.

— Совершенно ничего, — отозвался Леня,пыхтя. — Два часа здорового полноценного сна. Даже головной боли не будет.Свежая разработка одной швейцарской фирмы. Качество гарантировано!