Анжелика против террора - Владимир Гурвич

Сев в машину, она тут же стала ему звонить.

– Очень важное дело, нужно срочно встретиться.

– У вас что ни дело, то очень важное, – недовольно пробурчал он. – А если у меня тоже важное дело и я занят. Хорошо, через час.

Все мною недовольны, и Мамонтов и Поль, грустно думала Анжелика, направляясь к месту встречи. Наверное, я действительно наделала глупостей. А другие люди теперь вынуждены их расхлебывать. Не надо было мне все-таки соглашаться на предложение Локтионова, для такой работы требуется гораздо более искушенный человек, чем я. Но с другой стороны теперь поздно об это сожалеть, она уже по голову ушла в эти дела. И никто, кроме нее, не способен их завершить.

Анжелика с первых секунд увидела, что Поль не в духе. Он сел в машину и едва заметно кивнул головой.

– Мы с вами в последнее время встречаемся чересчур часто, это недопустимо, неужели вас об этом не инструктировали, – стал отчитывать он ее. – Если за нами следят, то такая периодичность не может не вызвать у них подозрения.

– Что же делать? – растерянно спросила Анжелика.

– Есть только один способ, который может рассеять подозрения.

– И какой же?

– Стать любовниками. Любовники по своему статусу могут встречаться часто. Это не вызывает подозрения.

Анжелика не без труда подавила желание дать пощечину сидящему рядом мужчине.

– Поздравляю, вы изобрели новый способ нахождения любовницы, это настоящее ноу-хау.

Поль взглянул на нее.

– Каждый пользуется тем способом, который у него есть, – спокойно произнес он.

– Да вы циник.

– А хоть бы и так. Когда вы окажетесь во французской тюрьме, вы поймете, что мое предложение было далеко не самым худшим из тех, что вы получали в своей жизни.

– Давайте поговорим все же о деле.

– А мы и говорим о нем. Или вы это еще не поняли. Главное не опоздать с пониманием.

– Хорошо, даю слово, что подумаю над вашим предложением. А сейчас позвольте перейти к другой теме. Хасан и все, кто ему подчинялся, исчезли.

– Как это исчезли?

Анжелика рассказала о вчерашних событиях.

– Черт! – воскликнул Поль. – Ну, вы и натворили дел. Где теперь искать этих арабов? Вы самая настоящая авантюристка. Смесь Мате Хари с леди Гамильтон.

– А у вас нет желания выбирать хотя бы некоторые выражения. Я же не даю вам оценок, не говорю же, что вы смесь Казановы и Рихарда Зорге.

Поль вдруг рассмеялся.

– Кажется, мы обменялись острыми уколами. Однако ситуация очень тревожная. Где искать вашего протеже?

– Потому и обратилась к вам, что не знаю. Вы же профессионал, а я всего лишь любитель. – Анжелика решила, что немного лести в такой сложной ситуации не повредит.

– Хорошо, что вы это, наконец, стали понимать, – проворчал, но уже не так зло Поль. – Есть одна маленькая зацепочка. Мы обнаружили, что один из этих парней имеет любовницу, француженку. Остается надеется, что зов плоти, как у истинного южанина, у него окажется сильней чувства предосторожности. Но сколько пройдет времени, пока ему станет совсем невтерпеж.

– Но ведь другого выхода нет?

– Нет. Но с каждым часом риск возрастает.

– А если все же обратиться к французам.

– Мы получили указание, пока этого не делать. Сейчас между нашими странами отношения похолодали, могу сообщить конфедициальную информацию, намечался визит в Париж нашего президента. Так вот он перенесен на поздний срок. Позиции обеих государств по событиям на Ближнем Востоке сильно расходятся. Такая складывается ситуация.

– Очень жаль. Пока руководители ссорятся, может случиться все, что угодно.

– Может, – спокойно подтвердил Поль. – Но не в наших силах это изменить.

– У меня еще к вам одна просьба. Можете ли вы узнать, как смотрит Москва на то, если девушка и ее жених на некоторое время укроются в нашей стране?

– Хорошо, я сделаю запрос. А сейчас мне пора. Если будут новости, непременно сообщу.

Теперь можно поговорит и с Мамонтовым. Анжелика испытывала некоторое облегчение оттого, что освободилась от присутствия Поля. Она ничуть не сомневалась, что он вполне серьезно предлагал себя в любовники. Но она вовсе не намерена ложиться с ним в постель для того, чтобы их отношения выглядели более естественными для местных спецслужб. Слишком большая честь для них.

Она позвонила с Мамонтовым и сказала, что может с ним встретиться. По его голосу ей не удалось понять, какие чувства он при этом испытывал.

Для встречи они выбрали уже знакомый им китайский ресторан. И хотя его кухня нравилась Анжелике, но сегодня у нее не было аппетита.

– Неужели вы, в самом деле, не имеете понятия, где могут находиться ваши сотрудники? – набросилась она на Мамонтова.

– Я же вам сказал, нет.

– А вам не кажется, что Хасан весьма подозрительный человек. И вы уверенны, что он занимался только работой в вашем фонде, а не еще чем-нибудь?

Мамонтов молчал.

– Я не следил за ним, поэтому ничего не могу сказать об этом. И если он даже еще чем-то занимался помимо работы в фонде, какое, собственно, мне до этого дела.

– А если что-то случится? Вы же знаете, неделя не происходит без террористических актов. А я разговаривала с ним и поняла, что он настроен весьма экстремистки. На мой взгляд, это опасный тип. Могу я у вас спросить, как вы с ним познакомились? Почему-то до сих пор вы избегали говорить на эту тему.

– Но что это меняет?

– Многое. Чем больше мы будем о нем знать, тем ближе сумеем подойти к разгадке, чем он на самом деле занимается.

– Ну, хорошо, я расскажу. Когда я приехал в Париж, то у меня было довольно много денег. Но не настолько много, чтобы затевать серьезное дело. Мне было очень плохо, я не знал, чем заняться. И чтобы спастись от тяжелой депрессии, мне нужно найти достойное занятие. А без капитала это невозможно. И я решил его заработать в максимально короткие сроки. И стал активно играть на бирже. Но неудачно. И очень скоро у меня остались лишь крохи оттого, что я вывез. И вот тогда и появился Хасан.

– А до этого вы с ним не были знакомы?

– Разумеется, нет. Он и предложил мне создать этот фонд. Когда я спросил, на какие средства, он сказал, что деньги дает одна благотворительная арабская организация. А им от меня нужно только мое имя. Как никак я человек достаточно известный. Мне в тот момент нужно было погасить ряд срочных платежей, а денег не хватало. Он обещал дать мне взаймы. В общем, скрипя сердцем, я согласился.

– А как они вышли на вас?

– Точно не знаю, я так думаю, они подбирали кандидатуру. Наверное, им требовался человек вроде меня, известный, но испытывающий затруднения. А вы всерьез полагаете, что фонд – это была лишь крыша для совсем других дел?