Тени в масках - Лина Баркли

Его сердце бешено заколотилось. Он снова посмотрел на нее и едва не закричал от радости.

— Успокойся. Все нормально.

Нэнси улыбнулась.

— А ты назвал меня по имени.

Машина, преследовавшая их, была намного мощнее его старенького джипа. Сэм хотел было еще прибавить скорость, но во время пурги опасность и так была слишком велика. Ему приходилось смотреть на дорогу, в зеркало заднего вида, чтобы следить за погоней и… за Нэнси. Нэнси, которая вернулась.

— Тебе нравится? — Он молился всем святым, чтобы его предположение, такое невероятное, просто сумасшедшее, стало явью.

Нэнси снова улыбнулась.

Господи, как не хватало ему этой улыбки — живой, отчаянно смелой и сексуальной. Удалось!

— Давай я буду звать тебя так, — предложил он. — Джеки Хардгрейв очень уж длинное имя, оно мне не по вкусу. Я буду звать тебя Нэнси.

Нэнси… Она вернулась! Прежняя Нэнси, которую он знал, теперь снова с ним. Ему захотелось остановиться и броситься к ней. Но в данных обстоятельствах об этом не могло быть и речи.

Машина догоняла их. Черный лимузин. Такой ждал доктора Митчелла у дома Айрин Нельсон.

— Слушай, — она взглянула назад и перевела взгляд на него, — я чего-то не понимаю. Точно все в порядке?

— Разумеется. Ты что забыла?

Автомобиль, преследовавший их, не отставал.

— Я лишь помню, что ты пошел в душ и…

Сердце едва не выпрыгнуло у него из груди.

— Мы куда-то собрались?

— Ну разумеется! К Синди! Она пригласила в гости Вилму и ее несносного мужа. Ты весь день только об этом и говоришь.

Боже. Боже! Она думает, что на дворе двадцать пятое февраля. Она не помнит, что с тех пор прошел почти год.

Тогда, в прошлом году, двадцать пятого февраля они действительно собирались пойти к Синди в гости. Сэм отправился в душ, а когда вышел, Нэнси исчезла, прихватив с собой деньги и папки с делами из его кабинета.

— Ага.

Пока «мерседесу» не удавалось обойти их спереди: они мчались по дороге с двусторонним движением. Но сейчас, после развилки, пойдет многополосное одностороннее движение, и тогда пиши пропало!

— Ты была в душе со мной, вымыла голову и пошла высушить волосы, — проговорил он, не отрывая взгляда от дороги. — И тут зазвонил телефон.

Как он раньше не сообразил! Они ее и увели!

— Кстати, — добавил он как ни в чем не бывало, — кто звонил?

Нэнси нахмурилась.

— Странно. Забыла.

Впереди показалась развилка. Сэм потянулся к бардачку и вытащил пистолет.

— Слушай, теперь мне точно страшно, — сказала она, закусив губу. — Донован, за нами погоня? Это те люди, которые хотят меня убить?

— Может, и они, крошка. Пригнись. Спрячься под сиденьем и лежи тихо! Договорились?

Он снова, возможно в последний раз, взглянул на нее. Ирония судьбы! Она только что вернулась, и через несколько минут он снова ее потеряет.

Нет, не бывать этому! Так просто они их не возьмут!

Сэм опустил стекло и, краем глаза следя за дорогой, высунул голову. Черный автомобиль с тонированными стеклами как пуля пронесся рядом. Сэм положил палец на спусковой крючок и приготовился выстрелить.

— Я не сдамся без боя, — проговорил он сквозь зубы. — Я всех вас перестреляю, сволочи! — И тут он вдруг понял: это не машина доктора Митчелла. У того тоже был «мерседес», но стекла не были затемнены.

Какое-то мгновение их машины шли бок о бок, будто водитель желал получше рассмотреть Сэма, но уже через секунду «мерседес» рванулся вперед и исчез в облаке снега.

Сэм проводил его взглядом. Он затормозил и только сейчас осознал, что весь дрожит.

Преследователи уехали. Они решили, что добились своего: Нэнси снова потеряла память, а Сэм им не страшен.

Почему? У него на них ничего нет! Таблетки? Но Айрин рассмеется ему в лицо и скажет, что впервые их видит. Анализы крови? Но из них следует, что Нэнси, возможно, родила мертвого ребенка. Сама Нэнси? Женщина с неустойчивой психикой, которая ничего не помнит?

У него не было никаких доказательств, и они это знали. Не знали они лишь одного: что Нэнси вернулась к нему.

— Нэнси!

Она высунула голову из-под сиденья. Сэм остановился на обочине, выключил фары и повернулся к ней. Она смотрела на него нежно и выжидательно…

Он выскочил из машины, распахнул заднюю дверцу, и она бросилась в его объятия. Они были вместе, они прижимались друг к другу, забыв обо всем, будто жить им осталось считанные часы.

Судя по тому, как развивались события, так оно и было.

— Перестань, Донован, как будто ты меня сто лет не видел! — Нэнси рассмеялась и шутя оттолкнула его. Она хотела видеть его глаза.

Они так и стояли обнявшись, не обращая внимания ни на что вокруг: ни на проезжавшие машины, ни на порывы ветра, ни на снег, запорошивший их с ног до головы.

— Так оно и есть, — произнес он, проведя пальцем по ее губам. — Боже, как мне тебя не хватало!

— Донован! — Она снова рассмеялась. Вдруг на ее лице появилось сосредоточенное выражение. — Хочешь сказать?..

Сэм кивнул.

— Ты не все знаешь.

— Что ты имеешь в виду? Плохие новости, да? — Нэнси приготовилась к худшему. — Я что-то натворила?

— Нам нельзя здесь оставаться. Идем в машину.

Он распахнул дверцу и забрался на переднее сиденье. Она обошла машину и села рядом.

— Донован, ради Бога скажи, в чем дело?

— Узнаешь. Расскажу по дороге. — Он повернул ключ зажигания.

Снежные хлопья кружились вокруг, застилая ветровое стекло, оседая на машинах, фонарных столбах, ветвях деревьев. А Нэнси слушала невероятную историю.

Казалось это невозможно! Все, что он ей рассказывал, представлялось дурной шуткой. Не могла она ограбить его, вынести те папки и просто так бросить! Он говорит, что с тех пор прошел почти год. Но и этому она не в силах поверить!

Но, когда они проехали по разукрашенным улочкам Винтиджа, когда в окнах она увидела зажженные рождественские елки и украшения, она начала понимать, что Сэм говорит правду. Да и как могла она в нем сомневаться? Ведь ему она доверила все, что у нее было: свою жизнь, свою любовь.

— У нас родился ребенок? — Голос Нэнси задрожал. — Девочка?

Он вдруг остановился, словно забыл дорогу.

— К Синди возвращаться нельзя. Ехать ко мне — тоже. Они, скорее всего, поджидают нас там. Едем в аэропорт. Может, успеем на какой-нибудь рейс.

Она дотронулась до его плеча. Неужели он поверил, что она способна сбежать с ним, бросив ребенка на произвол судьбы?