Голубое утро - Наталия Мстительная

Женщины разом замолчали, раскрыв рты.

— Судя по всему, это её жених, — добавила экономка смущённо.

— Вот это да! — произнесла, наконец, супруга шерифа. — Кто же он?

— Граф… — гордо сообщила госпожа Нейроу. — Граф Орлофф.

— О-о! — только и смогла простонать госпожа Кранс, которая в отличие от своих собеседниц имела родословную, хоть и не графскую. — Он из русских? Это очень известный дворянский род. Как он выглядит, этот граф?

— Очень похож на Генриха Коненса. Такой же высокий, широкоплечий, тёмноволосый. Только в отличие от кареглазых Коненсов Владимир светлоглазый.

— Понятно, он ведь русский, — заключила госпожа Кранс.

— Хорошо, что нашего Генриха не будет сегодня на вечере, он не терпит конкуренции, — порадовалась супруга шерифа.

Глаза госпожи Нейроу вспыхнули, но женщина сдержалась и промолчала. От острого глаза Родригес не ускользнуло это движение.

— Вы что-то хотели добавить, госпожа Нейроу, — дружески проворковала жена шерифа, мгновенно забыв, что стоявшая перед ней женщина — экономка, a не гостья на этом вечере.

Уж кто-кто, a госпожа Родригес умела выпытывать из людей самые сокровенные тайны. Недаром, что жена полицейского! Нейроу и самой не терпелось сообщить подробности.

— Я c первого взгляда поняла, что Синди очень понравился этот загадочный граф. Она даже не захотела поселить их в одной спальне, хотя подруга ей недвусмысленно намекнула, но хозяйка распорядилась дать им разные комнаты, сказав, что места хватит всем.

— Да что вы говорите! — удивилась госпожа Родригес. — Как интересно!

— По-моему, ничего особенного, — упрямо заявила госпожа Кранс. — Естественно, что они поселились в разных комнатах, они же не муж и жена.

— Это для вас естественно, — не сдержалась супруга шерифа. — Поверьте моему опыту, здесь явно что-то затевается!

— Мне тоже это показалось странным, поскольку Синди выделила им спальни в разных концах дома. Они, конечно, не муж и жена, но, по-моему, они помолвлены. Она так нежно прижималась к нему.

Экономка скромно потупилась, как будто сообщила интимную тайну.

— Что?!! Она даже не поселила их рядом? — уточнила госпожа Родригес.

— Нет, — подтвердила госпожа Нейроу. — Сильве отвели угловую комнату c видом на горы, a граф расположился в спальне рядом c лестницей.

— А что остальные спальни действительно заняты? — поинтересовалась супруга шерифа. — Сколько их вообще в этом доме?

— Пять, — сообщила экономка деловым тоном и пояснила. — Спальня хозяйки самая большая и светлая, угловая и выходит на море. У Сильвы тоже угловая, только в другом конце коридора. Между ними ещё три спальни и лестница. Среднюю из них отвели графу. Та комната, что оказалась между спальнями графа и Сильвы, пока пустует, но Синди распорядилась приготовить её. Видимо, она кому-то понадобится. A в спальне, ближайшей к хозяйской, остановился мужчина, который приехал вместе c Сильной и графом.

— C ними приехал ещё и мужчина? — заинтересовалась госпожа Кранс.

— Да, мужчина. На вид лет пятьдесят пять. Уж во всяком случае, не больше шестидесяти. Представительный такой: невысокий, седовласый, правда с небольшими залысинами… Представился как господин Трампс, композитор.

— Композитор… — мечтательно повторила госпожа Кранс, поправляя причёску. — Как это замечательно!

Но любопытство подруги удовлетворено не было. Она ждала подробностей. Oб этом говорили её глаза, поза, поворот головы.

— По-моему, он ещё и дирижер, — добавила экономка, но уже неуверенно. — Дверь его комнаты была приоткрыта, и, проходя мимо, я заметила, как он доставал из своей дорожной сумки что-то длинное и тонкое, очень похожее на дирижерскую палочку. Трампс взмахнул ей, и она блеснула y него в руках, как будто он в опере. A потом он убрал её снова в бархатный мешочек.

Госпожа Кранс крякнула от возмущения. Ей захотелось сказать своей подруге: «И это все ты видела, проходя мимо его комнаты? Разумеется, дорогуша, ты подсматривала в замочную скважину, совсем, как настоящая прислуга! Быстро же ты скатилась…»

— C композитором всё понятно. A что за женщину я видела в холле? Она только приехала, и y неё совсем не было c собой вещей. Но в тоже время могу поклясться, что она — не местная! Я никогда не встречала её в нашем городе.

— Это госпожа Вермюлер, известная писательница детективов. Она из Бельгии.

— Да уж… — только и сказала госпожа Родригес. Ей явно хотелось добавить, что она o такой и не слышала, но женщина поосторожничала. Вдруг это действительно известная писательница, и её знают все?

— Вероятно, она и займет свободную спальню? — предположила экономка.

— И что она совсем-совсем без вещей? — не поверила госпожа Кранс. — Бельгия же далеко отсюда.

— Нет у неё ничего. Даже без дамской сумочки!

— Её кто-то привез сюда? — спросила супруга шерифа.

— Доктор Зиммельман. Ужасно забавная женщина: невообразимая прическа на голове, даже не знаю c чем сравнить. Может, c раковиной улитки или c гигантским коконом бабочки. И такой рассеянный взгляд, как будто она вспоминала, куда приехала.

— Удивительно, что заставило Синди пригласить её? — высказалась госпожа Кранс.

— Но она c ней незнакома! Их только что представили друг другу, y меня на глазах. Похоже, она чья-то хорошая знакомая, только я ещё не разобралась чья.

— Но хоть кто-нибудь её знает? — холодно спросила госпожа Родригес.

— Да, конечно, — закивала головой экономка. — Её знает доктор Зиммельман да и мэр c ней тоже знаком.

— Что? Господин Пьеро уже здесь?!! — воскликнула супруга шерифа, вскочив c кресла. — Что же вы молчали, милочка. Пришел мэр города, a я тут сижу…