Я хотел получить миллион - Джеймс Хедли Чейз

– Меня больше интересует тот здоровенный лоб, который отплыл с ней, – солгал я. – Он что, из команды?

– Вы о Джоне Джонсе? – Барни скривился. – Плохой негр, прирожденный картежник, всегда без денег. За копейку продал бы родную мать, если бы она у него была и если бы она кому-нибудь понадобилась. Он работает для Хэмэла уже два с половиной года. Хороший рулевой, но на этом все хорошее и кончается.

– И часто миссис Хэмэл пользуется яхтой?

– Раза три-четыре в неделю. Нужно чем-то заниматься. Я слышал, что она очень одинока.

– Ну а сам Хэмэл? Что он за человек?

Барни к этому времени уничтожил свое пиво, и тут же как из-под земли появился Сэм с очередной банкой.

– Богатый сноб, как и все остальные владельцы яхт. Он здесь редко появляется.

Я решил, что узнал достаточно от Барни: дальнейшие вопросы могли только разжечь его подозрительность, поэтому я отодвинул стул, готовясь встать.

– А Джонс из местных? – спросил я, вставая.

– Конечно. Он живет недалеко от пирса. А что он опять натворил? У него уже были неприятности с полицией. Его подозревали в связях с контрабандистами, но доказать это не удалось.

– Когда должна вернуться яхта? – проигнорировал я его вопрос.

– В шесть. У них на носу бьют склянки. По ним можно проверять время.

– Пока, Эл.

Я рассчитался с Сэмом и вышел на солнцепек. До прихода яхты оставалось целых четыре часа, и я вернулся в офис.

– Полковник занят? – спросил я, заглянув к Гленде.

– Войди, он освободится минут через десять.

Парнэлл просматривал пухлое досье, когда я вошел.

– Возникли проблемы, сэр, – сказал я и поведал ему о том, как Нэнси отправилась путешествовать на яхте. – Исчезает возможность следовать за ней. Она будет где-то мотаться часа четыре. За это время можно сделать все что угодно. Рулевым на яхте негр, очень нуждающийся в деньгах, но я решил посоветоваться с вами, прежде чем им заняться. Возможно, он наплетет мне за кучу денег множество небылиц, а сам расскажет Нэнси о моих расспросах.

– Оставь его в покое, – сказал Парнэлл. – У нас есть инструкция: она не должна догадываться, что за ней следят. В следующий раз, когда она отчалит на яхте, следуй за ней на вертолете. Это, конечно, немалый расход, но Хэмэл все оплатит.

Я сказал, что так и сделаю, и вернулся к себе. Чика не было на месте. Я позвонил в агентство обслуживания на такси-вертолетах и договорился с Ником Харди, моим хорошим приятелем, о прогулке на одной из его машин. Он сказал, что нет никаких проблем и для меня всегда найдется один вертолет, если я, конечно, смогу предупредить его заранее.

Времени у меня в запасе было еще много, и я позвонил Берте. Мы встречались с ней уже около шести месяцев. Ей нравились мои деньги, а мне ее тело. Ничего серьезного между нами не было, ни малейшего намека на возможность брака. Это вполне устраивало нас обоих. Она работала в доме моды и снимала небольшую квартирку с видом на море.

Мне ответили по телефону, что Берта занята с клиентом, и я попросил не отрывать ее от дела, пообещал позвонить позже. Затем я вышел из офиса, купил сигареты «Ньюсуик» и поехал к причалу. Я припарковался к такому месту, откуда хорошо должна была быть видна яхта Хэмэла, и приготовился ждать. Когда стрелки моих часов показали 18.00, я увидел, как к причалу подходит яхта. Джон Джонс ловко пришвартовался, и Нэнси, спустившись по ступенькам, сошла на набережную. Сложив руки рупором, она крикнула:

– Завтра в то же время, Джон!

Махнув ему на прощание рукой, она поспешила к своей автомашине. Когда ее «феррари» тронулся с места, я нажал на стартер и двинулся за ней.

Гленда сообщила мне, что Хэмэл живет на Парадиз-Ларго, где жили только богачи. Эта улица находилась на обводном канале и соединяла два шоссе. Проезд, ведущий к Парадиз-Ларго, охранялся службой безопасности и, кроме того, был перегорожен специальным барьером с электронно-сигнальным контролем. Ни один человек, повторяю, ни один не мог проникнуть на Ларго, прежде чем не будет идентифицирована его личность и не будет выяснено дело, по которому он туда направляется. На ней размещалось около сорока великолепных особняков и вилл. Отгородившись от всего мира высокими заборами, они словно утопали в зелени дубовых и липовых рощ.

Я следовал за Нэнси до самого проезда на Ларго, а затем вынужден был развернуться и отправиться восвояси.

В офисе в нашей комнате я застал Чика, наливавшего себе скотч.

– Мне тоже, – сказал я.

– Возьми из своей бутылки. – Чик убрал свою бутылку в ящик письменного стола. – Как съездил?

– Рутина. – Я сел за свой стол. – Поиграла немного в теннис, закусила и отправилась кататься на яхте. Полковник сказал, чтобы завтра я следовал за ней на вертолете. Вот забава! Ну, а ты?

Чик надул губы:

– Я пришел к мысли, что никакого Валдо Кармайкла не существует. Во всяком случае, никто такого не знает.

Я поднял свою бутылку с виски на свет и обнаружил в ней самую малость жидкости, едва покрывавшей донышко. Остатки виски я слил в стакан, а пустую бутылку бросил в корзину для мусора.

– В отелях пытался что-нибудь узнать?

– Те, что побогаче, обшарил все. Те, что помельче и победнее, оставил на завтра. Говорил с Эрни и Уолли. Они такого не знают, но обещали поспрашивать.

Эрни и Уолли были журналистами и имели колонки в «Парадиз-Сити геральд». Если хоть кто-нибудь что-нибудь слышал о Кармайкле, они наверняка узнают.

– Палмэр, может быть, был прав. Письма мог написать какой-то псих, чтобы заварить всю эту кашу.

– Возможно. Я послал письма на экспертизу в лабораторию. Может, они что-нибудь прояснят.

Я пододвинул к себе телефон, набрал номер Ника Харди и на завтра заказал в полдень вертолет.

Было 18.45. Берта должна была уже быть дома. Набрав ее номер, я стал ждать. Когда она взяла трубку, я сказал:

– Хэлло, беби. Как насчет сосисок со мной в придачу?

– Это ты, Барт?

– Если не я, то кто-то в моем костюме.

– Ты же знаешь, что я не ем сосисок. Лучше пойдем в «Сигнал» – я голодна.

– В «Сигнал» не получится, дорогая. Я на мели. Обещаю, что в следующем месяце мы обязательно туда сходим.

– Займи у Чика, – настаивала Берта. – Я умираю от голода.

– Я уже у него просил, он отстегнул только пятьдесят долларов.

– Тогда пойдем в «Омар и краб». Там за полсотни можно хорошо поесть.

– Хорошо, выхожу, моя радость. По дороге подумаем. – Я повесил трубку.

– Значит, ты решил просадить мои деньги на эту вымогательницу? – разбушевался Чик. – Подавайте им «Сигнал», видите ли. А ты случаем не чокнутый? Ты давно проверялся у психиатра?