Железная леди - Кэрол Нелсон Дуглас

Битва при Майванде. 27 июля 1880 года

Жаркая дымка и пыль исполняют вдали танец крутящихся дервишей. А на расстоянии в нескольких тысячах ярдов[8]клубится невидимая масса движущихся людей и лошадей: силы Аюб-хана выдвигаются на позиции.

Сейчас рано, всего девять пятнадцать утра. Между двумя армиями лежит плоская, беспощадная афганская равнина, которая уже дрожит от жара как из доменной печи, будто отражение в изогнутом зеркале. Впереди возвышаются горбатые руины пары деревень. Единственное другое укрытие на безжалостной пустоши – ущелье, обследованное ранее: пятнадцать на двадцать пять футов[9]в глубину и пятьдесят на сто футов в ширину, как рана на поверхности земли, тянущаяся в сторону северо-востока.

Бригадный генерал Барроуз выезжает вперед вместе с генералом от кавалерии Наттоллом.

– Блэквуд! – отдает он приказ. – Выведи части Фаувелла и Маклейна вперед через ущелье в сопровождении взвода Третьей легкой кавалерии. – Он наблюдает, как войска со скрежетом движутся вперед по пыльной ничейной земле между позициями британцев возле расщелины и пока невидимыми, но ожидаемыми афганскими ордами, которые выстроены в дугу в форме ятагана в двадцати пяти ярдах от них.

Так что для британцев сражение начинается с запоздалых решений. В десять тридцать утра два орудия Фаувелла открывают огонь с позиции в пятистах ярдах к северо-западу от расщелины. Пока два генерала наблюдают с некоторым удовлетворением, что, как и ожидалось, их приказы выполняются, передовую линию Аюба прорывает неожиданная вспышка, взбивающая внезапный гейзер пыли.

– Что?.. – начинает Барроуз, уверенный в том, что афганская артиллерия еще не доставлена на позицию.

– Должно быть… Маклейн! – Наттолл приподнимается в стременах. – Проклятый дурак, он скачет со своими орудиями прямо на позиции афганцев, как в открытые ворота. Что за черт?..

– Он ослушался приказа, – рычит Барроуз. – Вот что.

Оба генерала неожиданно замолкают, каждый подсчитывает преимущества и недостатки того, что артиллерийская часть находится на милю впереди регулярных войск. Вскоре на позиции уже скачет в пыли конный посыльный с приказом для Маклейна отвезти орудия назад. Блэквуд также посылает сообщения, в которых говорится, что артиллерийская часть Фаувелла должна быть выдвинута вперед, где у них есть возможность поразить вражеские позиции.

Через некоторое время в результате перестановок подразделение Маклейна сдвинуто назад, а Фаувелла – вперед на две тысячи ярдов за ущельем. Они образуют единую линию при поддержке саперно-минерной полуроты и пехоты, с Шестьдесят шестым Беркширским на крайне левом фланге.

В течение получаса только британская артиллерия бьет по опаленной афганской земле. Затем начинают стрелять орудия Аюба, забрасывая линию англичан тяжелыми снарядами из пушек с казенной загрузкой.

– У Аюба больше орудий, чем у боевого корабля! – кричит Наттолл среди пыльного грохота, видя, как наносятся многочисленные удары по артиллерийским частям и его кавалерии.

– Об этом говорилось в донесении Кобры, – ворчит бригадный генерал. – Почему Шестьдесят шестой Беркширский так плохо держит строй?

В этот момент разведчик объясняет причины:

– Перпендикулярно к этому ущелью примыкает другое, сэр, помельче! По нему вооруженные афганцы быстро обходят наши тыловые части и обозы. Люди и лошади разбегаются в панике, а Шестьдесят шестому приходится изогнуть линию, чтобы защищаться.

– Другое ущелье? Никто из разведчиков не докладывал об этом! Значит, нам грозит окружение, а у Аюба от десяти до пятнадцати тысяч человек против наших тысячи девятисот солдат! – Бригадный генерал неожиданно замолкает. Только теперь до него доходит, что, возможно, лучи солнца не осветят победу Британии.

– Пушки! – орет другой офицер, подъезжая к ним. – Во втором ущелье. Два артиллерийских орудия бьют по Шестьдесят шестому.

После этого бригадного генерала Барроуза поражает страшная новость: левый фланг, состоящий из потрепанного Шестьдесят шестого полка, несет катастрофические потери; батарее Е бригады Б Королевской конной артиллерии приказывают дать еще по одному залпу, но, находясь впереди пехоты, она уже почти окружена. Маклейну в авангарде не удается отвести свои орудия, они достаются врагу, а он отступает под залпами, которые бьют с расстояния всего в пятнадцать – двадцать ярдов.

– Нужно вернуть эти пушки! – рявкает бригадный генерал Барроуз.

– Позвольте дать приказ Наттоллу провести кавалерийскую атаку на захваченные орудия, – предлагает Лич.

Через несколько мгновений генерал наблюдает, как кавалеристы пробиваются сквозь завесу пыли в сторону окруженных афганцами орудий, но скоро атака захлебывается, и они отступают.

Подъезжает Наттолл; его лицо сплошь в песке.

– Атакуйте снова, – приказывает ему генерал.

– Невозможно, сэр, – отвечает Наттолл.