Часовой механизм любви - Алла Полянская

– Понятно. – Егор отлично усвоил слова Штирлица о том, что запоминается последняя фраза. – Так ты разбей долг и составь график, и пусть Шатохина им позвонит, попытка – не пытка, чем черт не шутит.

– Хорошо.

Федор вышел, а Егор углубился в бумаги. Работа отвлекала его от мыслей о Питере. Он бродил по улицам, поднимался на мост, позолоченный купол Исаакия блестел на фоне сероватого мартовского неба, и не было ему покоя, потому что прошлое никак не хотело его отпустить, или он не хотел отпустить прошлое. Люди есть люди, и простым нажатием некоей секретной кнопки душа не отключается.

Егор вошел в Интернет и набрал знакомый адрес – открылось окно форума, он ввел свой ник и пароль и вошел. Народ увлеченно обсуждал какой-то фильм, который Егор не смотрел, в другой теме степенно ругались два непримиримых антагониста, Лунатик и Питер, еще в одной теме Пастор Шлаг развивал теорию о Нибиру и рептилоидах, и Егор улыбнулся – на форуме ничего не меняется. Здесь с одинаковой горячностью обсуждают политику и преимущества той или иной машины, поливая друг друга ругательствами при случае, здесь свои группировки, симпатии и антипатии, но все честно и открыто, а главное – все как бы не всерьез. И это именно как бы, он знал многих из этих людей, и они стали ему дороги. И сейчас их безбашенный флуд удерживал его в реальности.

Егор отодвинулся от стола и посмотрел в окно. Он до сих пор не мог поверить, что будет жить теперь здесь, вряд ли вернется назад, в Питер, и эта мысль наполняла его тоской. Словно похоронили его заживо, и уже сорок дней как помянули. Хотя в этом есть одно неоспоримое преимущество – его жизнь стала принадлежать ему самому. И, несмотря на то что это может оказаться иллюзией, Егор был настроен сделать все, чтобы никогда больше не чувствовать себя тряпичной куклой в чужих руках. Потому что это странно и неправильно – в тридцать семь лет не иметь собственной жизни и собственных решений.

Зазвонил телефон. Это был единственный старый номер, который Егор не поменял.

– Привет, Купер.

Только один человек знал этот номер.

– Привет, Лунатик.

– Я смотрю, ты онлайн – но молчишь. И не было тебя долго, Стая волнуется. Купер, ты ок?

– Не совсем. – Егор вздохнул. – Но я пока не могу об этом.

– Если что-то нужно, ты просто позвони.

– Я знаю. Спасибо. Стае привет. Когда смогу, появлюсь.

Они называли свое сообщество Стаей – познакомившись на городском форуме и поняв свою общность, они поддерживали друг друга, как умели, взрослые, не слишком счастливые, внутренне очень одинокие люди, которые никак не вписывались в социум, отторгая его правила – кто-то явно, кто-то тайно, из-под маски, надетой когда-то. И они так и остались бы одинокими, если бы не форум, который столкнул их, и вдруг оказалось, что в мире есть те, кто видит точно такое же небо. А видеть одно и то же небо – это важно.

Егор через приемную вышел в коридор. Если пройти мимо всех кабинетов, где сидят сотрудники, будет выход на лестницу, которая ведет на крышу, где оборудована смотровая площадка и установлены скамейки. Егору вдруг нестерпимо захотелось выйти на воздух и посмотреть на небо. То же самое небо, которое сейчас видит Стая в далеком Питере. Они соберутся на выходные на старом месте, будут пить кофе и болтать, и он может приехать, тут час езды – но он не может. Не потому, что придется объяснять. Нет, никто не станет лезть в душу, расспрашивая и сочувствуя. Но он сам ощущает, как сломалось в нем нечто важное, что делало его тем, кем он был. А Купер остался прежним, но Купер живет на форуме.

Он пожалел, что не надел пальто, привлекать внимания не хотелось. На крыше его сразу взял в оборот холодный ветер, но это все равно лучше, чем его кабинет, заставленный вазонами с цветами. Он прислонился к бетонной стене небольшой надстройки, которая служила для вывода вентиляции, и закрыл глаза. Здесь он может быть самим собой – только он и небо. Одно на всех.

– И что ты предлагаешь?

Егор вздрогнул, поняв, что с другой стороны надстройки кто-то есть. Мысленно чертыхнувшись, он совсем уж было собрался вернуться обратно в офис, но следующая фраза остановила его.

– Завтра корпоратив, он тоже там будет – тебе и карты в руки. Одинокий мужик, подружки, похоже, нет. Подпои его, пригласи танцевать, ну что, я должна тебя учить охмурять мужика?

– Он замороженный какой-то…

– Он нужен тебе или нет? – Голос зазвенел раздражением. – Возраст самый подходящий, говорят, детей у него нет, а квартира есть, зарабатывает хорошо.

– Соня, ну ты как себе это представляешь… Завтра наши курицы устроят перед ним такой парад планет, что…

– Большинство участниц парада замужем. Ираиду отбрасываем из-за возраста, Шатохина вообще не по этим делам – сто пудов припрется в обычной одежде и даже губы не накрасит, и кто остается? У Надьки ноги кривые, Ирка без сисек совершенно, и зубы как у лошади, Лариска пить не умеет, я ее напою сразу, и она уйдет в астрал, Зинка – в принципе не вариант, с ее репутацией. Ну, и кто остается?

– Ну, не знаю… Идем обратно, скоро хватятся нас.

– Не хватятся. Ираида в банк уехала, Рубахина ревизию по складу принимает, Шаповалова еще не приехала, где-то на переговорах. А твой в кабинете с Федькой заперся. Я этот наш гадюшник ненавижу, знаешь? Каждый норовит тебя подставить, каждый старается сделать гадость…

– Да ладно, прямо каждый. Сонь, ну что ты… везде так.

– Машка, что ты городишь! Не везде. Я уже полгода другое место себе ищу. Правда, пока не попадалось ничего хорошего, но…

У одной из говоривших зазвонил сотовый, и Егор поежился – уйти сейчас невозможно, его услышат, а холод не на шутку принялся за него.

– Идем, Наталья говорит, Шаповалова вернулась. Эта тварь может кучу неприятностей доставить, ты же знаешь.

Егор едва успел скользнуть за угол, как каблуки простучали мимо него – он только успел увидеть две фигуры, высокую и низенькую, одетые в сероватые шубки.

«А твой в кабинете с Федькой заперся». Егор вдруг понял, что это его они собирались завоевывать, его обсуждали, и уже для одной из сотрудниц он «твой». Наверное, это должно было ему польстить, но не польстило. Усталость навалилась на него, он подошел к краю крыши. Внизу видна улица, большая стоянка, а дальше – серый город, ощетинившийся антеннами. И ничего больше. Если взять и просто шагнуть с крыши вниз, это, возможно, будет самым лучшим решением.

Егор вдохнул холодный воздух и пошел к двери. Слишком большой соблазн. Слишком близко решение. Нет, не сейчас. Эту дверь всегда можно открыть, она-то никуда не денется, уж точно.

Коридор окутал его теплом и запахами. Всегда вот так с холода становятся заметны все запахи, витающие в помещении. Потом они словно исчезают, но целую минуту можно различать запах работающего принтера, смеси духов, освежителя воздуха и пыли.

Егор вернулся в кабинет и снова принялся за бумаги. Ему нравилось исправлять ошибки и создавать четкую систему, которая работала слаженно и эффективно, если люди понимали свою ответственность. А он делал все, чтобы люди это понимали. Изучив деятельность фирмы, он в первую же неделю своего пребывания на должности уволил нескольких сотрудников, чье отношение к работе его не устраивало. Егор всегда считал, что нужно оптимизировать процесс, иначе не стоит и огород городить.