Черным по белому - Марина Серова

Совершенно ничего не понимая, я торопливо собрала подол своего платья и кинулась к толпе, надеясь отыскать в ней единственного человека, которого знала, а именно Александра Хопинова — того, кто меня сюда пригласил. На мое счастье, Саша попался мне на глаза почти сразу: он стоял, прислонившись к одной из по-свадебному украшенных машин, и нервно кусал нижнюю губу. Эта привычка была у него с детства, и отделаться от нее он так и не сумел, несмотря на то, что она очень сильно мешала ему по жизни, так как из-за нее скрыть свою нервозность от посторонних глаз ему никогда не удавалось.

— Саша, что тут произошло? Почему здесь милиция, «Скорая»? Где молодые? — налетела я на своего одноклассника.

— Молодые… — как в бреду, повторил Александр и, чтобы скрыть слезы, торопливо отвернулся от меня.

— Да что тут происходит? — стараясь сдерживать себя и не закричать слишком громко, раздраженно повторила я и дернула Хопинова за рукав. — Ты можешь мне нормально объяснить? Что тут случилось?

— Погибли молодые, — не поворачиваясь, ответил мне Александр. — Взорвались, выходя из здания загса.

— Как взорвались? Как погибли? — не могла поверить в услышанное я, но все же кинула взгляд в сторону дверей загса и только сейчас заметила, что вся поверхность крыльца забрызгана ярко-алыми пятнами крови. — О господи! — невольно вырвалось у меня, и я торопливо отвернулась, не в силах видеть это зрелище. Такого поворота событий даже я себе представить не могла.

Хопинов же как в бреду добавил:

— Старики говорят, этого стоило ожидать, ведь свадьба устроена в мае. А май, значит, «маяться». Вот они и… отмаялись.

Чтобы прийти в себя после увиденного и отогнать прочь мысли о том, что все это могло случиться прямо у меня на глазах, если бы я прибыла вовремя, а не с опозданием на полчаса, мне потребовалось несколько минут. Только после этого я смогла задать новый вопрос, обращаясь опять же к своему бывшему однокласснику:

— Но как… как такое могло произойти? Откуда на крыльце загса могла взяться бомба?

— Не на крыльце, она была в телефоне, — все тем же убитым голосом объяснил мне Александр, а потом предложил: — Давай отойдем куда-нибудь подальше, я больше не могу на все это смотреть.

Я согласилась, и мы медленно побрели к парку. Там сели на первую попавшуюся деревянную лавочку, я достала из сумочки пачку с сигаретами и предложила закурить Хопинову. Александр не стал отказываться, трясущимися руками взял сигарету и прикурил от своей зажигалки. Несколько глубоких затяжек вернули его к жизни и дали возможность хоть немного прийти в себя. Хотя я подозревала, что жуткая картина происшествия еще долго будет стоять перед глазами парня.

Выждав несколько минут, я теплила надежду, что Александр сам предпримет попытку мне рассказать, и поняв, что этого не случится, я осторожно попросила:

— Саш, расскажи, что и как произошло? Понимаю, сейчас тебе очень тяжело, но…

— Ты возьмешься за расследование этого дела? — непонятно почему вдруг спросил Александр, не дослушав меня.

— Я еще ничего такого не думала, — честно призналась я и внимательно посмотрела на старого знакомого. — А почему ты спрашиваешь?

— Просто я тут подумал, что ты могла бы помочь обеим семьям найти виновного. Ты же частный детектив, причем хороший, — объяснил причину своего предложения Хопинов. — Не верится мне, что милиция сумеет разобраться с этим делом. Я хорошо знал жениха… он был моим другом… я просто не могу допустить, чтобы преступление осталось нераскрытым. Слушай, разве тебе не жалко молодые загубленные жизни? Впрочем, тебя не было в тот момент, когда все случилось… Нужно было видеть, как тела молодых… — Александр тяжело сглотнул, — как их разбросало в стороны, как кровь брызнула… как забились в истерике родители, а некоторые гости попадали в обморок…

Александр всхлипнул и утер рукой снова выступившие на глазах слезы, которых на сей раз он уже не скрывал. А потом он добавил:

— Я думал, умру, когда все это увидел. У меня до сих пор все внутри сотрясается, а что уж говорить о женщинах. Половину из них на «Скорой» отвезли в ближайшую больницу, другие глотают успокоительное в своих машинах. Такой ужас!

— Да, очень страшно, — согласилась я, понимая, что Александр прав и что мне стоило бы предложить свою помощь самой, несмотря на то, что я опоздала.

Я, конечно, человек совершенно посторонний, никого из присутствующих не знаю, кроме жениха, с которым пару дней назад меня познакомил Хопинов. Тогда-то я и была приглашена на свадьбу. На милицию и в самом деле в подобных случаях слишком уж большой надежды нет, а обратиться к частному детективу родственники не скоро соберутся. А когда надумают, большая часть следов будет стерта и уже сложно будет разобраться совсем. Я же волею судьбы оказалась на месте происшествия и могла попытаться помочь. Не из-за денег, в которых последнее время у меня острого недостатка не было, а из солидарности и уважения к памяти двух невинных молодых людей.

— Знаешь, наверное, ты прав, — немного подумав, произнесла я. — Работы у меня сейчас срочной нет, так что я могла бы попробовать…

— Ты чудо, Танечка, — не дослушав, крепко обнял меня Хопинов. — Я знал, что ты не эгоистка и сможешь понять чужое горе. Что касается денег, я сам тебе могу немного дать, ту часть, что планировал подарить сегодня молодым. Ну и еще немного подкину, а если понадобится больше, обращусь к родственникам. Думаю, они поймут и…

— Насчет денег не переживай, — решительно перебила я парня. — Я не всегда работаю только ради них, хотя и не считаю, что предложенное будет лишним. В данной же ситуации я просто не могу их у тебя принять, это было бы не слишком красиво, согласись?

— В общем, да, — натянуто улыбнулся Александр. Потом еще раз обнял и по-дружески чмокнул меня в лоб, сказав при этом: — Я рад, что ты не изменилась и все такая же отзывчивая, как и раньше.

Мы с Александром с пару минут помолчали, думая каждый о своем, а затем я принялась расспрашивать его.

— Расскажи по порядку, как все случилось? — в первую очередь попросила я. — Сам понимаешь, теперь для меня это очень важно. Других гостей беспокоить я пока не могу, да и вряд ли они способны трезво мыслить в данной ситуации.

Александр кивнул и начал пересказывать события прошедшего часа. Я внимательно слушала, едва сдерживаясь, чтобы не прослезиться.

— Когда мы приехали в загс, ничего подозрительного никто не заметил. Бракосочетание прошло по первому классу, все было так, как и положено: музыка, слова поздравлений, клятва верности, обмен кольцами. Одним словом — все, как и обычно, — пояснил Хопинов и, глубоко вздохнув, приготовился переходить к описанию самых страшных событий.

Рассказ давался ему нелегко, и я это чувствовала, но Александр все же держался и старался не пропускать наиболее важных деталей, понимая, что они могут быть очень нужны.

— Затем, — продолжил Хопинов, — после торжественной части все гости вышли на улицу и стали рассаживаться по машинам, а жених с невестой… — При воспоминании о них Александр мгновенно погрустнел больше прежнего, но сумел собраться и продолжить: — Они решили сфотографироваться на крыльце загса и остались на нем вдвоем, третьим был фотограф. Я в тот момент как раз открыл дверцу машины и посмотрел на пару, искренне радуясь за них. И тут вдруг прогремел взрыв и… В общем, ты сама понимаешь.