Искусство перевоплощения - Марина Серова

Я с тоской посмотрела на мой стакан.

В голове у меня уже немного зашумело. Надо думать, от непривычки к спиртному — в институте и в «Сигме» об алкоголе даже подумать было смешно. Здесь, на гражданке, так сказать, приучилась уже курить. А вот выпивать… Не успела еще привыкнуть — алкоголь мешает сосредоточиваться, легко потерять контроль, что в моей работе телохранителя совершенно недопустимо. А после работы — повода нет, отдыхать я привыкла по-другому — видео там посмотреть, в парке утречком пробежаться…

Ну, иногда, конечно, выпивала шампанского там или вина легкого, но водку…

— Нет, Василий, спасибо, я больше не хочу, — произнесла я, не отводя взгляда от своего стакана с водкой, — мне тебя охранять, а я уже немного того…

— Никаких «нет»! — зарумянившийся Вася закричал так, что бармен, дремавший за стойкой, поднял голову. — Твоя работа отныне будет заключаться только в употреблении спиртных напитков. — Он схватил стакан и сунул его мне в руку, расплескав водку по столу.

Так, может быть, уже начать Василия «охранять»? В смысле — урезонивать?

Вася одной рукой удерживал стакан у меня в кулаке, а другой отсалютовал мне своим стаканом. Залпом проглотил его содержимое и запил пивом. Вопросительно посмотрел на меня.

Ну, ладно, последний стакан.

— Хар-рашо! — проследив, как я выпила, Василий поставил опустевшую бутылку из-под водки под стол и откинулся в кресле, скрестив руки за головой. — Вот этого момента я ждал пять лет.

«Как, однако, мало надо человеку для счастья», — подумала я, вяло пережевывая салатик.

Салатик, однако, явно просился обратно — сработала привычка, приобретенная мной за многие годы тренировок — всякая ненужная и вредная организму субстанция автоматически отторгалась. Не про салатик, конечно, говорится — про водку; салатик в этом баре был очень даже ничего.

Да, помнится, когда я служила в отряде «Сигма», я могла пить всяческий стрихнин буквально стаканами — яд сразу же выходил наружу — таков специфический приобретенный рвотный рефлекс. Да и сейчас, наверное, могу так. Ну если не стаканами, так… меньшими дозами.

Я глотнула немного пива, чтобы хоть немного успокоить желудок более или менее нейтральной жидкостью. Ничего не помогает — салатик упрямо вздымался вверх по пищеводу.

Черт возьми, все-таки, наверное, нужно сходить того… Избавиться от лишнего.

Я поднялась:

— Василий, я быстро — на минутку только — ты смотри…

Вася понимающе кивнул и с улыбкой развел руками — мол, какие проблемы?..

Да, действительно, какие могут быть проблемы: в баре-то никого нет.

— Ты чего будешь пить-то? — спросил Василий, когда я уже направилась в сторону туалета. — Я же вижу — водка не идет у тебя…

В этот момент — не успел Вася договорить — дверь бара с грохотом распахнулась и в помещение ввалилась развеселая компания: четверо крупногабаритных коротко стриженных молодых людей в черных кожаных куртках. Впрочем, молодыми были только трое из них — четвертому — здоровому мужику — лет, наверное, было под сорок.

Вероятно — главный. Пахан, так сказать. Словно отличительный знак, на указательном пальце правой руки у него переливался всеми цветами радуги массивный золотой перстень с бриллиантом.

— Хозяин! — с порога закричал «пахан». — Хо… хозяин! Водки давай!! Шампанского! Шампанского давай! — Он властно подбоченился. Покачнулся.

Н-да, а вся компания-то, несмотря на довольно раннее время, была безобразно пьяна.

Василий смотрел на них с завистью и нескрываемым восхищением.

Бармен, покоренный сверканием чудо-перстня, тут же бросился выполнять приказание «пахана» — притаранил за их столик три бутылки водки и пару шампанского.

— Так ты что будешь пить-то? — повторил свой вопрос Вася, оторвав наконец взор от нетрезвых пришельцев.

— Шампанское, — сказала я первое, что пришло мне в голову, — шампанского я выпью.

Пока Василий заказывал шампанское и еще бутылку водки, я немного задержалась в зале — проконтролировать поведение вошедшей компании. А то, кто их знает, войдут еще, так сказать, в конфронтацию с моим клиентом в то время, когда я буду в туалете.

Да вроде нет, ничего. Несмотря на то что они были сильно подшофе, молодые люди вели себя довольно прилично — пожалуй, только слишком громко разговаривали. А «пахан», так тот вообще никакого участия в разговоре не принимал. Он снял с пальца свой выдающийся перстень и принялся сосредоточенно катать его по столу. Парни затянули какую-то песню.

Ну, ничего, как говорится, чем бы детишки ни тешились, лишь бы Ваську мово не трогали.

Я спустилась в туалет.