Смерть в стекле - Джесс Кидд

Диковинное зрелище, по-другому не скажешь.

Татуировки, что украшают его тело, – теперь Брайди ясно видит их – на самом деле подвижны. Ей сразу вспоминается мимоскоп месье Девиня ^[3]. Хитроумное устройство (чудо из чудес на Всемирной выставке), представлявшее собой две катушки, между которыми петляли картинки, освещаемые вспышками электрической искры. Брайди открыв рот смотрела, как статические изображения – животные, насекомые и механизмы – оживали, подпрыгивая, порхая, скользя и перемещаясь. Столь же завороженно сейчас она разглядывает мужчину. На его мускулистой руке плавно опускается чернильный якорь. На животе скалится череп с пустыми глазницами – ухмыляющееся memento mori. Русалка, сидя на плече с зеркалом в руке, расчесывает свои иссиня-черные волосы. Заметив, что за ней наблюдают, она испуганно вздрагивает и уплывает под мышку мужчины, ловко взмахнув хвостом. Слева на его груди витиеватое сердце то разрывается, то опять срастается – снова и снова.

Не человек, а настоящее цирковое представление.

– Ну что, насмотрелась?

– Сэр, простите, если я потревожила вас, – ответствует Брайди, краснея. – Я хотела позаимствовать щепотку табака. – Она показывает на свою пустую трубку.

Мужчина опускает кулаки.

– Господи помилуй, так это ты. Глазам своим не верю! – Его лицо озаряет радость. Он взмахивает цилиндром. – Дорогая, узнаешь меня?

Брайди смотрит на него.

– Нет, не узнаю.

– Так… – Он проводит ладонью по своим коротко остриженным волосам – они у него блестят, как черный бархат, и густые, словно кротовья шубка – и морщит свой широкий массивный лоб. – Вас зовут Бриджет.

– Меня зовут Брайди.

– Ну да, – кивает мужчина. – А ваше полное имя, будьте любезны?

– Миссис Брайди Дивайн, – помедлив, отвечает она.

– Ну конечно! – улыбается мужчина. – Разве женщина со столь божественными глазами может зваться как-то иначе? ^[4] – Помолчав, он уточняет: – Вероятно, Дивайн – фамилия вашего мужа, мэм?

– Покойного мужа, сэр, – поправляет его Брайди.

– Мои искренние соболезнования, миссис Дивайн, – кланяется мужчина.

– Прошу простить меня, сэр. – Брайди поворачивается, собираясь уйти.

– Бриджет, прошу вас, не уходите. Мы могли бы вместе вспомнить прежние времена.

– Сэр, – говорит Брайди, останавливаясь, – вы ошибаетесь, полагая, что мы с вами знакомы…

– Но я знаю вас: вы – дочка Гана Мерфи.

Брайди вытаращила глаза.

– Да, это мой папаша.

– Да знаю я! – Мужчина молчит, насмешливо глядя на нее. Затем спрашивает: – Значит, вы совсем меня не помните?

Брайди смотрит на него в отчаянии, понимая, что эта игра может продолжаться вечно.

– Дело не в этом, мистер…

– Дойл. – Мужчина неспешным шагом подходит к могиле по другую сторону тропинки, жестом показывает на нее. – Неплохое местечко, да?

Брайди, проследовав за ним, читает надпись на надгробии:

«РАСПИСНОЙ ДОЙЛ»

Здесь покоится РУБИ ДОЙЛ

Татуированный МОРЕХОД и ЧЕМПИОН ПО БОКСУ

Безвременно почивший 21 марта 1863 г.

«Своих соперников он отправлял в нокаут

по-джентльменски, с поклоном»

– Ну что, теперь узнали? – спрашивает покойник.

– Вы – боксер Руби Дойл. Скончались полгода назад. Но мы не были знакомы.

Руби Дойл снова водружает цилиндр на голову.

– А вы поройтесь в памяти, Бриджет. – Он тихонько хлопает по тулье своего цилиндра. – Подумайте немного. Я не тороплюсь.

– Если это какой-то розыгрыш, мистер Дойл…

– Если не трудно, зовите меня Руби, пожалуйста. – Он щегольски притрагивается к полям цилиндра. – Что за розыгрыш?

– То, что вы умерли.

– Да, вот так меня разыграли.

– Я не верю в привидения.

– Я тоже. А вы почему?

– У меня научный склад ума. Призраков не существует.

– Согласен.

– Трюк для гостиных. – Брайди пристально смотрит на него. – Дым и зеркала.

Губы Руби раздвигаются в обезоруживающей улыбке.

– Чистой воды надувательство?

– Модный вздор.

– А сеансы спиритизма? – Руби, которому этот разговор, по-видимому, доставляет удовольствие, возводит глаза к небесам. – Дай мне знак, Уинфред.

– Темные душные комнаты и люди, легко поддающиеся внушению.

– Да таких пол-Лондона!

– Пол-Лондона – оболваненные дураки. Нужно быть полным идиотом, чтобы верить в существование призраков, духов и привидений – в то, что их можно видеть и общаться с ними.

– А вы идиотка, Бриджет?

– Сэр, я вижу вас, но в существование ваше не верю.

Руби Дойл приуныл.

Брайди нахмурилась.

– Извините, но мне нужно работать.

– На кладбище? – Он искоса глянул на саквояж в ее руке. – У вас там лопата? Дайте-ка угадаю: вы трупы выкапываете, как ваш старый папаша Ган?

– По-вашему, я похожа на тех, кто ворует трупы? – вспылила Брайди. – Я помогаю полиции.

– Вон оно что. И как же?

– Определяю, как умер тот или иной человек.

– И как же я умер?

– От сильного удара в область задней части шеи.

– Молодец. Наверно, в «Лови! Держи!» ^[5] прочитали?

– Ничего подобного.

– «Потасовка в таверне. Боксер проиграл бой».

– Руби, меня ждут в крипте. Там нашли чей-то труп.

– Там ему самое место. Что ж, не смею задерживать. Привет папаше. Кстати, как Ган?

– Умер. В тюрьме.

Улыбка сошла с лица Руби.

– Жаль. Ган крепкий был мужик, выносливый. Разве его вы не видите?

– Ган умер, – повторяет Брайди, с раздражением глядя на мужчину.