Испытай всякое - Эрл Стенли Гарднер

Он отчаянно замотал головой и сказал:

— Это мне не подойдет. Я предлагал тысячу, мистер Лэм, атеперь готов заплатить полторы.

Берта так и подпрыгнула в кресле, глаза ее блестели.

— Зачем такие финты? — спросил я. — Почему вы не можетеявиться к копам и рассказать все с самого начала без утайки?

— Из-за моей жены, — был ответ.

— При чем здесь она?

— Моя жена — Доун Гетчел.

— Доун Гетчел? — переспросил я. — И все же… — Внезапно яумолк.

— О Боже! — воскликнула Берта. — Вы хотите сказать, что онадочь Мэрвина Гетчела?

— Да, именно это!

— Гетчел со всеми своими миллионами мог бы уладить все, чтоугодно, — заявила Берта. — Он в состоянии…

— Перерезать мне глотку, — закончил за нее Аллен. — Тестьтерпеть меня не может, никогда не любил, и… Узнай он об этом — нашему бракукаюк…

Черт меня дернул так опростоволоситься! В такой переплет мнееще попадать не приходилось! Я и раньше бывал в переделках, но это — конецвсему. Хоть стой, хоть падай!

Покачав головой, я обратился к Берте:

— Надо держаться подальше от этого дела.

— Но послушай-ка, Дональд, — принялась она увещевать, — тыже настолько изобретателен. Вряд ли есть то, что тебе не по зубам, стоит толькозахотеть.

— А это как раз то, чего мне, ну, никак не хочется, — уперсяя.

Берта взирала на меня гневным взглядом.

Я направился к двери.

— Нет, нет, нет, подождите! Ведь должен же быть выход?

— Почему вы обратились за помощью именно к нам, Аллен? —поинтересовался я.

— Вы единственный человек, с которым согласна иметь делоШейрон.

— Значит, Шейрон знает меня? — изумился я.

— Ей на вас указали.

— Где?

— Когда вы были в коктейль-баре.

— Значит, Шейрон — распорядительница в «Кок и Тхистл»?

— Верно.

— И все же мы отказываемся наотрез, — повторил я.

Тут вмешалась Берта.

— Почему бы вам немного не прогуляться, Аллен?

Выйдите минут на пять в приемную и дайте мне переговорить сДональдом.

Я было начал:

— Это ни к чему хорошему не приведет, Берта, я…

Аллен живо вскочил на ноги.

— Вернусь через пять минут, — бросил он — и был таков.

Глаза Берты метали в меня убийственные взгляды, похожие нараскаленные кинжалы.

— Пятнадцать сотен долларов за ночь, а ты швыряешь их псупод хвост, — выдала она, — плюс к этому готова поспорить, что эта девицапридется тебе по вкусу и…

— Послушай, — прервал я ее, — это добела раскаленное дело обубийстве. Нам предлагают роль подсадной утки, чтобы сбить полицию со следа.Мало этого, мы полностью окажемся во власти Шейрон Баркер. В любое время онасможет донести на нас копам, и они прихлопнут наши лицензии. Понравится ли тебежить с сознанием, что какой-то распорядительнице в коктейль-баре стоит толькосвистнуть — и тебе придется менять профессию.

Берта захлопала глазами, вникая в сказанное мною.

— Откуда такая осмотрительность? — наконец спросила она. —Не ты ли говорил мне, что готов испытать всего понемногу? Тут тебе и карты вруки.

Я покачал головой.

— Карлетон Аллен, — возразил я, — может, и муж Доун Гетчел,но он пройдоха. Более того, он многое скрыл от нас и рассказал ровно столько,сколько счел нужным… чтобы заставить заглотить наживку.

Берта вздохнула, схватила телефонную трубку и сказаласекретарше:

— Там околачивается некий Аллен — скажи ему, пусть войдет.

Едва Аллен получил приглашение, как сразу настежь распахнулдверь и еще с порога вопрошающе посмотрел на Берту Кул, затем, прочитав ответна ее лице, повернулся ко мне, сник и вновь проникся жалостью к себе.

Притворив дверь, он рухнул на стул и сказал с горечью:

— У вас на лицах все написано. Почему вы не хотите вынутьменя из петли?

— Потому что, — ответил я, — не можем рискнуть так далекозайти по тонкой жердочке.

— Послушайте, Лэм, — убеждал меня он, — это очень серьезноедело. Далеко не всем известно, но это факт — моя жена долго не протянет. Мнесветит после ее смерти что-то около двадцати миллионов баксов.

Учтите, Лэм, если вы выполните мою просьбу, я позабочусь отом, чтобы ваше агентство не сидело без дела, и обеспечу вам наилучшие заказы сучетом ваших возможностей.

Кресло Берты жалобно заскрипело, когда она шевельнула на немсвоими телесами, чтобы взглянуть на меня.

— Скажу вам, что намерен делать, Аллен. Попробую обдуматьеще раз то, что вы предлагаете. Если я и вступлю в игру, то буду играть посвоим, а не по вашим правилам. Давайте договоримся об этом с самого начала.Итак, насколько я понимаю, все, что вы хотите, — это не дать полиции вывестивас на чистую воду, установив, кто на самом деле Карлетон Блевет. Не так ли?

— Да, я хочу, чтобы они проверили Карлетона Блевета и егожену и вычеркнули их имена из своих списков.

— И если я это сделаю, не важно как, то можно считать, чтомы квиты?

— О, Лэм, — воскликнул он, вскакивая со стула, — вы спасетемою жизнь! Вы… вы даже не можете себе представить, что это будет значить дляменя. Я снова смогу дышать.

— Вы действительно заручились согласием Шейрон Баркер? — былмой следующий вопрос.

— Да, заручился.

— Свяжитесь с ней по телефону, — потребовал я. — Хочу сам вэтом убедиться.

Он вытащил из кармана маленькую записную книжку. Бертаподвинула ему аппарат, и ухоженные пальцы Аллена с аккуратно подстриженныминогтями забегали по наборным кнопкам.

Секунду спустя он сказал:

— Привет, Шейрон. Угадай, кто звонит… Правильно. Послушай, яв сыскном агентстве, и Дональд Лэм хочет переговорить с тобой.

Он протянул мне трубку, я поднес ее к уху и сказал:

— Привет, Шейрон!

Голос ее был холодным, но не злым.

— Привет, Дональд!

— Вы в курсе того, что мне предлагают?

— Да, полностью.