Жду, надеюсь, люблю... - Кэсси Майлз

Ник приказал себе не двигаться. Дело уже не в везении, а в тренированности. Нужно отыскать так называемый пусковой механизм Готорн, понять мотивы ее поступков и с помощью весомых аргументов заставить отступить.

Проникающий через окно тусклый свет подчеркивал морщины на ее лице. Какая же она худая, почти скелет! Обнажая зубы в улыбке, производит устрашающее впечатление.

– Уверена, вам известно понятие живого переключателя, Ник.

– Любой солдат, служивший в Афганистане, знает и о живом переключателе, и о самодельных взрывных устройствах.

– Если вы меня застрелите, испугаете или отнимете рычаг силой, немедленно последует взрыв, который всех нас убьет.

Держась на достаточном расстоянии, чтобы она не рассматривала его в качестве угрозы, Ник сел на стул возле двери. Его готовили для ситуаций вроде этой, и он точно знал, что нужно делать.

– Чего вы от нас хотите?

– Будем ждать здесь до тех пор, пока не вернется Елена.

Ник решил воззвать к ее логике:

– С чего вы решили, что она сюда вернется?

– Ей больше некуда пойти. Машины уничтожены. Мои люди патрулируют территорию, к тому же становится холодно. Не будет же она ночевать на улице. Так что коттедж – ее единственный шанс.

Слишком подробные объяснения свидетельствовали о том, что Готорн нервничает и не уверена в правильности своих действий, пытается оправдаться перед самой собой. Нику предстояло решить, к каким рычагам воздействия прибегнуть, чтобы обезвредить ее.

– Спешу вас предупредить: я уже позвонил специальному агенту, сменившему вас на посту. Он организует поиски.

– И кто же занял мое место? – поинтересовалась она оскорбленным голосом, как человек, хорошо исполнявший свою работу и рассчитывавший получить премию.

Ник догадался: вопрос профессиональной гордости, болезненный для нее.

– Эту должность получил специальный агент Шон Филипс. Все считают, что он прекрасно справится.

– Этот техасский недоумок? Не сможет он организовать такую широкомасштабную операцию. Они еще пожалеют, что так плохо со мной обращались.

– Вы проиграли, Готорн, и вылетели из ЦРУ. Если погибнете, проворачивая эту затею, а похоже, так и будет, звезды на Стене памяти точно не заработаете. Историю Виктории Готорн, женщины, променявшей карьеру на любовь, будут рассказывать в назидание. Вы сделаетесь притчей во языцех.

Ее щеки отчаянно побагровели, глаза превратились в узкие гневные щелочки. Ник ожидал эмоционального ответа.

– Зачем вы мне все это говорите? – взвыла она. – Есть ли у вас предсмертное желание?

– Вы не отпустите этот рычаг, – сказал Ник, уже разгадавший ее слабое место. – Прежде вам нужно поквитаться с Еленой. Ведь она вам спутала все планы.

– Черт подери, верно. Когда мы с Томасом встретились, полюбили друг друга с первого взгляда.

Ник подыграл ей:

– Вам нужно обязательно увидеть, как она страдает. Не имеет смысла умирать, не отправив прежде на тот свет ее.

– Не нужно давить на меня, Ник.

– Я вас раскусил. Мы во многом похожи. – Между ними совершенно ничего общего, но ему нужно заставить Готорн ассоциировать себя с ним, считать его своим последним лучшим другом. – Елене нужно отомстить.

– Да.

Ник повернулся к Сидни:

– Я хочу, чтобы ты развернулась и вышла через дверь. Отойди на некоторое расстояние от дома.

Сидни сверкнула глазами. Ник понял: ей не хочется оставлять его.

– Ни шагу больше! – прикрикнула Готорн.

– Отпустите рычаг, и тут же умрете, а Елена выйдет сухой из воды. Возможно, даже вернется к мужу.

– Он никогда не примет ее обратно. – В уголках рта Готорн вскипела слюна. – Иди же, Сидни, убирайся отсюда. Я не хочу причинить тебе зло.

Сидни попятилась к двери, медленно и размеренно, чтобы не спугнуть Готорн. Наконец оказалась на улице. В безопасности.

Теперь пришел черед Ника.

Он посмотрел Готорн в глаза:

– И меня вы тоже отпустите.

– Отпустив вас, я лишусь заложника. Тогда у меня не будет рычага воздействия.

– Скоро сюда прилетит поисковый вертолет. Они отыщут Елену раньше вас. Ей всего-то и нужно будет подать им сигнал.

Готорн всхлипнула.

– Это неправильно.

– Неправильно было обманом заставлять Кертиса помогать вам, а потом застрелить.

– У меня не было выбора.

– А что насчет Грегори? Он же подделал документы. Теперь его карьера погублена.

– Он это делал и без моих указаний, хотя, должна признать, довольно умело.

– Вы могли бы его остановить, – возразил Ник. – За последние несколько дней к теме плохого и хорошего, добра и зла возвращались много раз.