Дневник грабителя - Дэнни Кинг

— Я могу заплатить вам в общей сложности сто пятьдесят фунтов.

— Сто пятьдесят? Да ты что, спятил? Мы привезли тебе отличную аппаратуру.

— Эти модели уже считаются устаревшими и не пользуются спросом.

— И компьютер? Да ведь он совсем новый! К нему прилагается еще и эта фигня… Как она называется, Олли?

— Модем.

— Точно, модем. Мы и телефон прихватили — только взгляни какой! И то, и другое предлагаем тебе просто как довесок к компьютеру.

— Компьютеры! Что, по-вашему, я должен с ними делать? Люди, которые задумывают приобрести компьютер, направляются в специализированные магазины, вовсе не ко мне. Куда я дену ваш компьютер? У меня его никто не купит.

— Мы рассчитывали, что ты заплатишь нам фунтов триста пятьдесят, — произносит Олли, наконец-то вспоминая, что и он должен что-нибудь говорить.

— Триста пятьдесят, как же! Я что, похож на миллионера? Если вы и вправду ожидаете получить такие деньги, значит, пришли не в то место. Я могу заплатить вам максимум сто восемьдесят, и то только потому, что давным-давно вас знаю.

— Хорошо, мы согласны на триста, — говорю я.

— Сходите к кому-нибудь еще, узнайте, готов ли кто-то предложить вам за все это больше ста восьмидесяти. Если найдете такого идиота, расскажите, пожалуйста, и мне, где он работает. Я тоже свое добро с удовольствием ему загоню.

— Двести двадцать, — брякает Олли, не дожидаясь, пока Электрик сам назовет большую сумму.

— Двести, ребята. Я даю вам двести наличными за все, и это мое окончательное предложение. Если оно вас не устраивает, забирайте свою аппаратуру и попробуйте продать ее кому-нибудь другому, я не обижусь.

Я пялюсь на Электрика, спокойно начинающего прямо у меня перед носом отсчитывать двести фунтов червонцами. На Олли я опять страшно злюсь, так как уверен в том, что мы спокойно могли раскрутить Электрика и на двести двадцать, и даже на двести пятьдесят фунтов. Это трепло опять все испортил.

— Скупердяй ты хренов, — говорю я Электрику. — Ладно, давай свои деньги.

— Я ни на что не обижусь, ребята, — повторяет он, улыбаясь. — Бизнес есть бизнес.

В принципе я с ним согласен, но от лишних пятидесяти фунтов не отказался бы.

Электрик отдает мне банкноты и просит Олли составить все, что мы принесли, к стене у двери. По лицу старого черта видно, что он уже знает, сколько денег заработает на нашей аппаратуре: гораздо больше, чем те, что получили от него мы.

— А как долго вы работаете в паре, ребята? — спрашивает Электрик.

— Не знаю, — отвечает Олли машинально, не трудясь ломать голову над никому не нужными подсчетами.

Я молчу.

— Если вдруг вам что-нибудь потребуется, что-нибудь понадобится, просто придите ко мне, — говорит Электрик.

— Что ты имеешь в виду? — интересуюсь я.

— Все, в чем у вас может возникнуть необходимость, — произносит Электрик, подмигивая. — Все, что в каких-то других местах вам не удастся получить. Приходите ко мне, не стесняйтесь.

— Значит, ты и наркотой торгуешь, папаша? — спрашивает Олли.

— Боже упаси! Нет, наркотой я не торгую. За кого вы меня принимаете? А? За отпетого негодяя? За отпетого негодяя, так, что ли? Наркотики! С ними я не желаю иметь никаких дел! Они ведь убивают людей, убивают! Наркотики.

— Так что же ты тогда продаешь, помимо аппаратуры? — любопытствую я.

— Оружие, — отвечает Электрик, неожиданно воодушевляясь.

— Что? Ты шутишь? — произношу я.

— Оружие? — переспрашивает Олли непривычно тонким голосом. — Ты продаешь оружие?

— Да. Хотите взглянуть?

Электрик идет наверх, а мы с Олли таращим друг на друга глаза.