Мои покойные жены - Джон Диксон Карр

– Я этому не верю! – крикнула Берил.

Деннис не осмеливался взглянуть на нее.

– Покажи им записку, дорогая, – обратился к жене мистер Херберт. – Теперь скрывать нечего.

Лоб и подбородок Клары Херберт слегка напоминали черты Дафни. Но на лице пожилой дамы было слишком много косметики. Губная помада и румяна только портили еще сохранившуюся красоту. Открыв сумочку, она порылась в ней, достала сложенный листок серой писчей бумаги и замешкалась, не зная, кому его передать.

Мистер Херберт взял у нее листок и вручил его Деннису. Это оказалась краткая записка на бланке, озаглавленном «Олд-Холл. Олдбридж». Деннис прочитал ее вслух:

Дорогие мама и папа!

Я уезжаю с Брюсом. Я люблю его. Все в порядке – объясню позже.

Дафни

– Наша горничная, – сказала Клара Херберт, – видела, как они вдвоем шли по лужайке. Мистер Эдж… кажется, теперь он мистер Рэнсом и бог знает кто еще – нес чемодан Дафни. Они сели в машину – ту, которая исчезла вчера вечером, – и уехали.

Деннис вертел в руке записку. У него пересохло в горле.

– Когда это было? – спросил он.

– Примерно через час после того, как рассвело. Молли так сказала, Джонатан?

– Кажется, да.

– Мистер… кто бы он ни был, – с усилием продолжала Клара Херберт, – приставил лестницу к окну, чтобы Дафни могла спуститься. Совсем как в книгах…

«Примерно через час после того, как рассвело»… Чувства Денниса по отношению к Брюсу Рэнсому, когда он услышал эти слова, было невозможно описать.

Зачем, думал он, Брюс прямо перед этим пришел повидать Берил? Лучше было уйти сразу, чем внушать ей ложную надежду, а через несколько часов заставить выслушивать все подробности о машине, чемодане, лестнице и прочем! На несколько секунд Деннис почти ослеп от ярости.

– Я сама когда-то поступила так же, – вздохнула миссис Херберт. – Это моя вина. Дафни еще ребенок. Она не отдает себе отчета…

– Не волнуйся, дорогая, – мягко произнес ее муж. – Я обо всем позабочусь.

В этот поток эмоций ворвался рассудительный голос командора Ренуика:

– Херберт, старина, послушайте меня!

Мистер Херберт обернулся к нему:

– Да?

– На какой-то момент я испугался, что произошло что-то по-настоящему серьезное. – Ренуик усмехнулся. – Но, как заметила мисс Уэст по поводу разгрома в этой комнате, все могло быть гораздо хуже.

– Хуже?

– Конечно! В конце концов, Рэнсом – известный актер и, должно быть, зарабатывает много денег. Если он и Дафни собираются пожениться, что тут страшного? Пусть вам не нравится Рэнсом – мне он тоже не нравится, – но что вы можете иметь против него?

– То, что он Роджер Бьюли, – заявил мистер Херберт.

– Что-что?!

– Он Роджер Бьюли, – повторил мистер Херберт.

– Чепуха! – фыркнул командор Ренуик, опустив уголки рта так, что усы и борода потянулись за ними. При этом морщины на его лбу и вокруг глаз заметно углубились. – С этим уже покончено. Сэр Генри Мерривейл…

– Перестаньте тыкать мне в зубы Мерривейла! Мерривейл ошибался раньше и может ошибиться снова. В любом случае я предупредил Рэнсома, что я сделаю, если он снова попытается видеться с Дафни. Очевидно, он думал, что я шучу. Ну, он узнает, что это не так.

Наступило гробовое молчание.

– Дорогая, – обратился Джонатан Херберт к жене, – это мистер Фостер. Он друг Рэнсома, но совсем на него не похож!.. – Он повернулся к Деннису: – Молодой человек, я обращаюсь к вам за помощью, как к деловому партнеру моего старого знакомого Джеймса Макинтоша.

– За помощью в чем?

– Куда отправились эти двое?

– Понятия не имею, мистер Херберт. Откуда мне знать?

– Вероятно, в Лондон. – Херберт задумался. – Это самый логичный вывод. Но зачем бежать именно в это время. – Он поднял глаза к потолку. – У Рэнсома была какая-нибудь причина ехать в Лондон сегодня?

– Насколько я знаю, нет.

– Какая-нибудь встреча, деловое свидание, что-нибудь в этом роде?

– Единственное, что я припоминаю, – сказал Деннис, – это что примерно месяц назад он говорил, что в октябре он выступает по радио. Но…

– По радио… – повторил мистер Херберт.

Деннис был готов откусить себе язык, ибо взгляд Джонатана Херберта, озадаченного беспорядком в комнате, но не придававшего ему значения, скользил вокруг, пока не задержался на «Радио таймс», лежащем среди бумаг на полу.

– Пожалуйста, позвольте мне! – вмешалась Берил Уэст.

К удивлению Денниса, она склонилась над журналом и начала перелистывать его, словно горя желанием помочь. Девушка ничем не выдавала обуревающих ее чувств, если не считать тяжелого дыхания и неестественного блеска в глазах.

В гостиной было невероятно душно. С востока приближалась гроза. Даже за западными окнами клубились тучи. Вскоре Берил нашла то, что искала.

– «Субботний вечерний театр, – прочитала она вслух звенящим голосом, полоснувшим Денниса по нервам. – 21.15–22.30. Брюс Рэнсом в «Капитане Перережь Горло» Уиллиса Хармара. Адаптировано для радио…» – И Берил с улыбкой протянула журнал Деннису.

– Сегодня вечером! – пробормотал мистер Херберт. – Теперь все понятно.

Клара Херберт схватила его за руку.

– Где твое расписание, Джонатан? – спросила она. – Ты всегда носишь его с собой.

– Слушай, дорогая. – Он приподнял ее подбородок. – Конечно, ты можешь поехать со мной в Лондон. Но ты должна обещать не вмешиваться.

– Джонатан, ты не собираешься наделать глупостей?

– Как сказал бы доктор Джоуд,[37]дорогая моя, все зависит от того, что ты под этим подразумеваешь. Я поступлю с Бьюли так, как он того заслуживает.

– Дафни не должна совершить ту же ошибку, что и я!

– Знаю, Клара. Предоставь это мне. – Мистер Херберт повернулся к остальным: – Благодарю вас.

Снова обняв жену за талию, он повел ее к двери. Оба двигались как полуслепые, что часто бывает во время неожиданных семейных неприятностей, которые первое время кажутся страшными трагедиями. Деннис, Берил и командор Ренуик не двинулись с места. Они услышали, как Клара Херберт споткнулась в коридоре.

– Ради бога, Берил!.. – заговорил Деннис.