Пилюля - Артур Жейнов

После появления Кастро Рита почувствовала себя гораздо лучше. Беспокойство, паника прошли вместе с температурой и приступами лихорадки. Впервые за четыре дня она собралась с силами и попробовала разобраться в том, что же произошло в тот злосчастный вечер.

Кубинец велел ждать их возвращения и быть готовой к тому, что придется второпях уносить ноги. Он уехал. А она взяла такси и поехала по маршруту, по которому каталась с Саней на взятой напрокат машине.

Как педантичный сыщик из детективных романов с помощью одной детали она пыталась разбить все доводы обвинителей. Ей не давала покоя ее сумочка. Та самая сумочка, которую Саня вытащил из туалетного бачка. Сумочка, в которой оказалось кольцо.

«Когда он мог это сделать? – задавала себе вопрос Рита. – Я проснулась в обед. Он принес мне цветы. Вот они, желтые цветы над моей головой. Я вижу свое заспанное лицо в зеркале. Я себе не нравлюсь и прошу подать мне сумочку. Ага. Его руки, его улыбка, а вот она. Я достаю помаду, крашу губы, кидаю помаду обратно, оставляю сумку на постели и одеваюсь. Он не отходит. Он все время рядом. Мы держимся за руки, идем к машине, катаемся, и у нас заканчивается бензин. Так. Он идет искать бензин. Пять минут, тридцать пять секунд… Столько его не было. Я точно запомнила. Он приходит, мы заправляемся, едем дальше. Подходим к отелю – уже темно. Мы не поднимаемся к себе. Мы садимся у бассейна и заказываем поесть. Мы все это время были вместе. Да, он не отходил. Не отходил. Мне стало холодно, и я иду за кофточкой. Он остается. Он сидит, когда я смотрю на него из окна номера, сидит, когда я треплюсь в коридоре с этой тварью Тамаркой. Да, вот он, его профиль, а вот он отвернулся. Да, я еще подумала, а куда он смотрит. Я возвращаюсь, и появляется полиция.

Значит, я его не видела пять минут тридцать пять секунд, когда он ходил за бензином. Пешком до отеля километра два. На машине надо объезжать парк, и у таксиста получилось шесть километров. Пробежать четыре километра за пять минут, подняться в номер, положить кольцо в сумочку, открутить бачок, спрятать сумочку. А ведь он не был запыхавшимся, не выглядел усталым. Да, он еще канистру бензина притащил. Нет, все это невозможно, – думала Рита. – Вы идиотка, дамочка! – обрадовалась Рита. – Маруся ты, Маруся! Ревнивая истеричка. Невиновность верного Александра Соломина доказана!»

Вернувшись в отель, Рита встретила Вадима и поделилась с ним своими соображениями. Бывший жених был пьян и зол.

– Ничего подобного! – кричал он, размахивая руками. – Он готовился! Он специально запутал тебя! Он только вышел за бензином, а его за углом уже ждала машина.

– На машине больше шести километров в одну сторону. А еще светофоры.

– Он проехал два квартала, выскочил, перебежал парк, сел в другую машину…

– В другую?

– Да, он подготовился. Ворюга! Сел в нее, и по прямой…

– Даже при таком нелепом сценарии у него было не больше минуты на то, чтобы оббежать весь корпус, промчаться через холл, потом по коридору, потом по лестнице… Не успел бы.

– Не успел бы, – согласился Вадим. – А напрямую успел бы!

– А напрямую, это как?

– А вот так, – сказал Вадим, подошел к водосточной трубе, провел пальцем вверх, потом в сторону и показал на маленькое окно на третьем этаже.

– Не получится, – сказала Рита.

– Получится, – возразил он.

– Не-а.

Вадим вскарабкался вверх по трубе, но на уровне третьего этажа остановился. До окна, на которое он показывал, было метров пять.

– Ну а дальше? – спросила девушка.

– Вот по этим вот крюкам с цветочными горшками! – крикнул он.

– Не выдержат они такой вес.

– Еще как выдержат!

– Не-а.

Вадим взялся за свисающий со стены цветочный горшок, постепенно отпуская трубу, перенес на него весь свой вес и посмотрел вниз на Риту.