Озноб - Анна Малышева

– Я сварю тебе двойной! – пристально вглядевшись в лицо сестры, решила Ольга. – А ты приляг, сбрасывай игрушки прямо на пол, я их сейчас отсюда… Ир?! Тебе плохо?

Голос Ольги доходил до женщины, как сквозь толстый слой звукоизоляции. Она тряхнула головой и сжала ладонями ноющие виски:

– Все плывет… Перенервничала.

– А я ни о чем не спрашиваю! – будто испугавшись, напомнила сестра.

Ольга исчезла, заботливо прикрыв за собой дверь, и было слышно, как она громким шепотом отчитывает детей, пытающихся прорваться к гостье. Перебравшись на постель, Ирина закрыла глаза и отвернулась к стене. Она ничего не боялась, ни в чем не раскаивалась, ее сейчас даже не волновал вопрос, правильно ли она поступила. На дне дорожной сумки лежали две пачки денег, сумма, которую ей прежде не случалось держать в руках зараз… Но и это ее больше не тревожило. Если бы ее спросили, как она собирается жить дальше, Ирина ответила бы кратко и равнодушно: «Мне все равно!»

К счастью, сестра, явившаяся через несколько минут с чашкой кофе, вопросов не задавала и вообще вела себя настолько деликатно, что была просто неузнаваема. Вероятно, Ольга чувствовала – на этот раз случилось чтото из ряда вон выходящее, и не решалась форсировать события.

Ирина заговорила первой. После двух-трех глотков апатия прошла, голова перестала кружиться и прояснилась. Варить кофе сестра умела превосходно, это было одно из ее немногочисленных кулинарных достижений.

– Мы поссорились с Егором, сейчас просто не могу его видеть. Поживу здесь, ты не против?

– Против? – улыбнулась та. – Тут все наше с тобой общее.

– За столько лет я успела об этом забыть. – Усевшись на постели по-турецки, женщина в два глотка опустошила чашку. – Хорошо, когда есть, куда убежать.

– А… что с дачей?

– Она сгорела.

– Да что ты?! – ахнула сестра, вмиг потеряв самообладание. – Ой, я даже спрашивать боюсь, не пострадал ли кто?

– Нет, – помедлив секунду, ответила Ирина. – И в материальном плане ничего страшного, хозяину заплатят страховщики.

Пауза затягивалась, и, глядя в настороженно расширенные глаза сестры, Ирина вдруг вспылила:

– Знаю, о чем хочешь спросить, но ради бога, забудь раз и навсегда! У меня с ним ничего не было и быть не могло!

– А почему ты тогда ушла от мужа?

– Если вкратце, Сергей предложил мне денег в качестве компенсации за испорченный отпуск, а Егор считает, что я не должна их брать.

– А ты взяла? Сколько?

– Много, Оль. Я могла бы купить хорошую новую машину.

– Встречаются же на свете мужчины! – выдохнула сестра. – Ты все правильно сделала, от своего счастья отказываются только идиоты! А Егор, конечно, ревнует, он же настоящий психопат, сходит с ума, стоит кому-то на тебя посмотреть! Я-то знаю, сколько отличных мужиков хотело с тобой познакомиться за эти десять лет, но он их близко не подпускал!

– Откуда ты это можешь знать? – слабо улыбнулась Ирина.

– Да вот хотя бы случай год назад, у меня на дне рождения! Ты два раза танцевала с Игорем, мы с ним когда-то работали вместе, я его пригласила потому, что парень веселый. А муженек утащил тебя домой, как только до него дошло, что Игорек за тобой ухаживает. И знаешь, что он ему сказал? Что жене вдруг стало плохо, потому что она в положении!

– Неужели?! – Это сообщение настолько возмутило Ирину, что она соскочила с кровати. – Не врешь?

– Вот тебе крест! – Ольга широко перекрестилась и понимающе кивнула: – Меня это тоже разозлило, как он может кидаться такими заявлениями, если ты никак не можешь забеременеть! Так можно сглазить человека, это надо вообще быть бесчувственной скотиной!

Она говорила еще что-то, но Ирина уже не прислушивалась. Догадка, осенившая ее, была так проста и вместе с тем так отвратительна, что у нее мурашки пошли по коже. «Значит, Егору нипочем соврать, чтобы отбить у меня поклонника! Соврал про беременность, чтобы тот парень не пытался мне звонить, мог соврать и про труп в горящем доме, чтобы настроить меня против Сергея! Правильно говорят, для ревнивцев нет запретного оружия!»

– Я к нему не вернусь!

Ирина произнесла свою мысль вслух, прервав рассуждения сестры. Осекшись, та осторожно спросила:

– Не слишком это радикально, а? Может, стоит его слегка наказать, а потом…

– Никаких потом. – Женщина случайно наступила на резинового утенка, истерично запищавшего под ее ногой, и, нагнувшись, подняла игрушку. – Он невозможный эгоист, ты сама говорила, что я когда-нибудь это пойму. Да, он меня любит, но эта любовь мне уже не нужна. Он чахнет надо мной, как Кащей над златом, и хочет, чтобы во всем мире я видела только его. Теперь я понимаю, что никаких детей он с самого начала не хотел.

– Ирка, с ним же можно договориться! – Сестра казалась всерьез напуганной, она явно не ожидала таких решительных мер. – Он неплохой мужик, а недостатки есть у каждого! Он любит тебя, на все согласится, лишь бы ты вернулась! А что ушла, правильно, это я поддерживаю! – И вдруг совсем другим, жалобным голосом добавила: – Без мужчины знаешь, как трудно!

– С двумя детишками – да. – Ирина вручила сестре вновь пискнувшего утенка. – А я одна отлично проживу.

– Ну, если есть какая-то перспектива…

– Ни слова о перспективах! – Ирина распахнула дверь в коридор и позвала племянников: – Артем, Денис! Идите ко мне и тащите коробки побольше, будем играть в уборку!

Спустя час ее комната приобрела вполне жилой вид. Мальчишки, уяснившие, что любимая тетка будет жить с ними, были на седьмом небе от восторга, а таинственно вздыхавшая Ольга больше не пыталась настроить сестру на более миролюбивый лад. Ирина, разобрав сумку и достав со дна деньги, протянула одну пачку ей:

– Тут пятьсот тысяч. Только не визжи и не души меня, я жутко устала. Возьми, пригодится.

– Такого не бывает, – дрогнувшим голосом ответила Ольга и прижала деньги к груди. – Это я, значит, отдам долги… Куплю новую дубленку, а то стыдно ходить на работу. А еще можно сменить садик, я знаю один совсем рядом, отличный, но очень дорогой!

– Да-да, – засмеялась Ирина, глядя на ее раскрасневшееся от возбуждения лицо. – С детьми всегда знаешь, куда потратить деньги! А вот моя пачка пока полежит без дела. На мечту все равно не хватит, а на пустяки тратить обидно!

– А какая у тебя мечта? – осведомилась сестра.

– Представь себе загородный дом. – Женщина смущенно заулыбалась, будто предлагая не относиться к ее словам всерьез. – Небольшой уютный домик, до самых окон заметенный снегом. На длинной деревенской улице освещен он один, в остальных домах темно. Из трубы идет дым, в доме кто-то есть. В одном из окон показывается женский силуэт, женщина подходит к окну и прислушивается, чего-то ждет. Слышно, как все ближе подъезжает машина…