В тихом омуте - Виктория Платова

Затем я побаловала еще один магазин, где разжилась длиннымплащом.

И наконец наступила очередь косметики. Ее должно бытьнемного, но она должна быть дорогой. Следуя этому принципу, я смела с прилавкапомаду (темную, с бархатистым таинственным блеском), тушь для ресниц (черныйклассик, никакой вульгарной самодеятельности), румяна, тональный крем и ещемассу дорогих, приятных на ощупь баночек.

С духами пришлось повозиться, я уже было отчаялась найти этопроклятое “Надругательство”, когда наткнулась на него в сомнительной лавчонке всамом чреве унулого исторического центра.

Осталась стрижка.

Я решила не шиковать и постричься в первой попавшейсяпарикмахерской.

Молоденькая девушка с плохим маникюром на ногтях постригламеня удивительно удачно, за что получила новехонькую десятку сверх положеннойтаксы; а из зеркала на меня смотрела симпатичная стерва с почти идеальнымчерепом, кто бы мог подумать…

Меньше чем за день я ухнула почти тысячу долларов, не считаятрат на серебро, которое еще нужно купить. Браслет у меня был, тот самыйВенькин браслет, но рейд по ювелирным магазинам Невского ничего не дал: ни одноиз колец не устраивало меня, никакой изюминки. И пока я придирчиво осматривалавитрину, ко мне подошла женщина с экзальтированным лицом поклонницы ШриАуробиндо и фигурой травести. Она посоветовала мне трагическим шепотоммагазинчик “Роза Мира” на Сенной площади: “Там должно быть то, что украсит вас,девушка. У вас необычное лицо…"

"Неужели я похожа на одно из воплощений Будды?” –весело отреагировала я, совершенно не понимая, что подразумевается подукрашением к моему лицу – может быть, кольцо в нос?.. Я понятия не имела, гденаходится Сенная площадь, но на всякий случай запаслась ее координатами.Женщина-травести с энтузиазмом объяснила мне, как туда добраться, и вдополнение сообщила, что вообще это эзотерический центр, там есть литература,которая может вас заинтересовать… У меня, кстати, есть кое-какие экземпляры,Елена Блаватская, например…

Я бежала от миссионерки-любительницы как от чумы, чтобыспустя полчаса очутиться на Сенной площади, в магазине “Роза Мира”. Там пахлосандаловыми палочками, тихо звенели китайские ритуальные колокольчики, а вненавязчивой музыке для релаксации господствовала бамбуковая флейта.

И все-таки я купила себе три кольца с туманной символикой иприличной пробой – это не была польская дутая дешевка, я теперь вообще быланедешевой женщиной, и осознание этого заставило меня улыбаться весь обратныйпуть.

Но именно на обратном пути начались мелкие неприятности –меня самым нелицеприятным образом начали снимать бесшабашные молодые люди. Засорок минут я получила три предложения отужинать в ресторане, два – съездить загород в Репине и какой-то безумный Всеволожск, одно – переспать и одно – выйтизамуж.

Неплохо же начиналась новая жизнь, во всяком случае, набезбедное существование я всегда сумею заработать…

"Ну, ты даешь, мать! – восхитился Иван. – Неужелидевочка выросла и спустилась с рук, чтобы пойти по рукам?"

"Всегда подозревал, что ты шлюшонка”, – подтвердилопасения Ивана Нимотси.

"Я знала, что так будет, стоит только перестать боятьсясебя”, – одобрила меня Венька.

На развале у метро я запаслась кипой журналов – от “Бурды”до “Космополитена” – и полночи посвятила поискам макияжа.

Когда с этим было покончено и боевая раскраска уютноустроилась на лице, я аккуратно примерила обновки.

Высший класс, ты готова.

…Утром я уже была у дома Алены на Крюковом канале. Я заняланаблюдательный пост в маленьком кафе напротив арки, рядом с которой стоялонесколько машин: две иномарки, названия которых я даже не знала, “Мерседес”,“Ока” и серебристый джип. Потягивая остывший кофе, я загадала на джип,удивляясь собственной лихой наглости, – если это ее машина, то все кончитсяхорошо и я добьюсь того, чего хочу. В своей затрапезной куртке с низконадвинутым капюшоном я казалась сама себе плохим детективом из дешевой книжонкив мягкой обложке. Но официантка в застиранном переднике, должно быть, думалапо-другому. Во всяком случае, она так хмуро смотрела на меня с несчастнойчашкой кофе, что пришлось заказать коньяк.

…Алена появилась в двенадцать дня – я сразу же узнала ее:копна светлых небрежных волос, лайковый плащ, высокие сапоги – она выгляделатак, как выглядит любая богатая сучка при деньгах. При ее появлении джип издалрадостный электронный писк – ты не ошиблась, Ева, все кончится хорошо, на ловцаи тварь бежит.

Первая часть плана была выполнена, и я с легким сердцемотправилась досыпать, вносить коррективы в имидж, подсказанные обликом Алены, иготовиться к сегодняшнему вечеру.

В Доме кино давали Альмодовара в рамках европейскойпремьеры, выяснить это оказалось плевым делом – мне везло, мне катастрофическивезло, теперь не придется выпасать ее неопределенное время – Альмодовар быллюбимым Алениным режиссером, следовательно, она обязательно будет там.

Вечером я уже была на Караванной с кучей денег в кармане, втройке и со шлейфом духов “Надругательство” за собой. Я была в ленинградскомДоме кино в свой прошлый и единственный приезд, он не очень понравился мне ипоказался похожим на город – никакой теплоты, простреливаемый насквозь паркет иколонны, облагороженные десятилетиями советской власти.

Но сейчас это не имело никакого значения.

Зеленая бумажка и здесь сотворила волшебство – вахтер,грудью стоявший на защите отечественного кинематографа, безропотно пропустилменя, очевидно, подавляя искушение взять под козырек.

…На испанца Педро Альмодовара с его очередным буйствоманилиновых красок и героином в качестве действующего лица, я даже не взглянула.

В Доме кино было несколько точек общепита, разделенныххолодным неуютным залом, включая демократичное кафе для молодых киноснобов ибезработных редакторов с “Ленфильма”, и вечно задымленный бар для публикипобогаче. Я внедрилась в бар, заняла угловой столик, взяла бокал самогодорогого вина и стала терпеливо ждать.

Я знала ее повадки – сейчас она отсмотрит своего Альмодовараи обязательно заглянет выпить – это было в ее стиле, рюмашка в полубогемномбаре. Если, конечно, ей не придет в голову отправиться куда-нибудь еще, если унее не назначено свидание, если у нее не кормлен попугай, собака, кошка, рыбки,если, если, если… Увидеть ее сейчас было бы лучшим вариантом, но я согласнабыла и на другие, мне понравилось наблюдать за кем-то, держа чашку остывшегокофе в руках.

Но она появилась – как раз в то самое время, когда ямужественно отгоняла от столика очередную отару жаждущих познакомитьсяподвыпивших молодых людей. “Здесь занято”, – сквозь зубы говорила я и для пущейубедительности поглядывала на часы.

Она появилась и сразу же выдернула из всей укутаннойсигаретным дымом тусовки именно меня. Через минуту, заказав коньяк, она былауже у моего столика, совершенно естественно; он единственный не был занят. Яотметила ее хищно блеснувший взгляд, уже готовый к атаке (если во ВГИКе она ибыла немножко ханжой, то теперь уж точно раскрепостилась).