Самый близкий демон - Анна Данилова

– Ты мне кое-что обещал ночью…

– Что именно: остров в океане? Звезду с неба?

– Марк, это пошло. Ты обещал назвать мне фамилии людей, которые сдавали кровь до Аллы Николаевны Федоровой и после Маркеловой Анны Андреевны…

– Ну и что ты с ними будешь делать? Я же сказал тебе, что сам лично займусь этой медсестрой…

– Знаешь что, Марк, я вот тут подумала и вот к какому выводу пришла… Представила себя этой медсестрой! Вот я вляпалась в эту дурацкую историю с кровью, получила какие-то деньги, и теперь эта авантюра вот-вот вскроется, этими подменами заинтересовались уже и в прокуратуре… Как ты думаешь, что я сделаю?

– Все расскажешь?

– Ничего подобного! Я просто-напросто возьму отпуск и куда-нибудь уеду. Ведь в этом ничего преступного нет? Чтобы не связываться с теми, кто заплатил мне деньги, и чтобы не подвергать себя допросам со стороны работников прокуратуры (а я знаю, что эта контора мелочами не занимается), я предпочту скрыться, выждать время… Конечно! Я сломаю голову, думая – зачем это кому-то понадобилось подменять пробирки с кровью, и вряд ли додумаюсь до того, что преступник или преступница использовали эту кровь, чтобы подставить кого-то вместо себя, чтобы сотворить неопровержимую улику…

– Рита, тебе самой не скучно с самого утра, в такую рань, думать об убийстве?

– Да нет же! Мне нравится копаться в этом деле, строить предположения, выстраивать ход расследования… К тому же я и сама от себя не ожидала, что смогу вот так легко входить в контакт с совершенно незнакомыми мне людьми… Так что я очень тебя прошу, Марк: узнай фамилии этих людей, и я попытаюсь встретиться с ними и расспросить их о Виолетте… Судя по вашим рассказам, Виолетта была яркой, красивой молодой женщиной…

– У меня есть ее фото, можешь взять с собой, – смилостивился Марк.

– Ура! – Рита подарила ему еще один волнующий поцелуй. – И ты молчал?

– Так ты не спрашивала…

– Так вот. Я сужу по себе. В поликлинике, когда сдаешь анализы, как правило, всегда очередь… Будем надеяться, что это, хотя бы в малой степени, распространяется и на частную клинику… Так вот, люди в этой очереди от нечего делать рассматривают друг друга, иногда даже разговаривают… Может, повезет, и мне скажут, что в тот день, в день убийства, сдавала кровь и девушка с фотографии? И, главное, с кем она была? С кем разговаривала? Как выглядела та, другая женщина… И, если все пройдет гладко, свидетели смогут помочь вашим профессионалам составить фоторобот…

– Хорошо, действуй… Но учти, что никакой ксивы я тебе дать не смогу, понимаешь?

– Да мне ничего и не понадобится. Главное, я буду чувствовать твою психологическую поддержку… И вообще, Марк, я так старалась, работала с Селезневой, выяснила, что она не склонна ко лжи и что она не покрывала Крупина, но вы его так и не отпустили. Почему?

– Как? Разве я тебе не сказал? Крупина отпустили вчера вечером под подписку о невыезде, – улыбнулся Марк, намазывая на гренку масло. – Рита, все, спасибо, мне пора…

Рита проводила Марка, вернулась в кухню, перемыла посуду, села за стол и уставилась на букет. Розы распустились и благоухали. Она вспомнила смущенное лицо Марка в тот момент, когда он дарил ей кольцо… Как это мило! Они поклялись никогда не бросать друг друга и пытаться до последнего понять и простить… Клятвы… Никогда прежде она не обращала на них внимания, теперь же каждое слово, произнесенное Марком, имело особую ценность.

Рита надела простое полотняное платье, украшенное лентами и кружевами по низу юбки, коралловые бусы; подняла, открыв затылок, волосы, брызнула на себя духами и, подхватив плетеную легкую сумку, вышла из дома. В машине переобулась в спортивные тапочки, поправила зеркало заднего вида и тронулась в сторону Астраханского бульвара. Она ехала медленно, наслаждаясь ездой и ярким в это солнечное влажное утро городским пейзажем: деревья с зеленой, промытой дождем листвой, сверкающие витрины магазинов, нарядно, по-летнему одетые и куда-то спешащие прохожие, чистые машины, веселые светофоры, трепещущие на легком ветерке тенты летних кафе с плетеными стульями и накрытыми для посетителей столами – яркие скатерти, вазочки с цветами, салфетки… Город жил утренней, бодрой и полной сил жизнью…

Марк позвонил ей, когда она, выйдя из машины в ожидании этого звонка, пила кофе в одном из кафе.

– Записывай, Шерлок Холмс: Конобеева Валентина Петровна, улица Марины Расковой, дом пятнадцать, квартира двадцать семь… Христенко Валерия Владимировна, улица Пушкина…

– Марк, я тебя люблю! – Она поцеловала трубку, допила кофе, расплатилась и побежала к машине…

Конобеева Валентина Петровна как раз запирала свою квартиру, когда Рита вышла из лифта. Искусственная блондинка лет пятидесяти, ухоженная, в светлом открытом платье и с сигаретой в зубах, она поправляла на шее розовый газовый шарфик, как вдруг услышала:

– Вы – Валентина Петровна Конобеева?

– Я… А в чем дело? – Лицо ее почему-то показалось Рите испуганным. – Вы кто и откуда?

– Да вы не нервничайте так… У меня к вам пара вопросов. Дело в том, что несколько дней тому назад моя племянница сдавала кровь на анализ. Она была со своей подругой, и кровь они сдавали вместе… Но с какой именно подругой, она мне не говорит… На это есть свои причины… Понимаете, это сложное семейное дело, связанное с одним молодым человеком…

– Что вам от меня надо? – довольно-таки грубо спросила Конобеева, осматривая Риту оценивающим взглядом начавшей стареть женщины.

– Вы не могли бы вспомнить, как выглядела женщина, которая находилась в это время в поликлинике на улице Лермонтова?.. Она была с моей племянницей, вот ее фотография…

– А как вы узнали, что я сдавала кровь? – Конобеева подозрительно взглянула на Риту.

– Спросила в поликлинике…

– И что же, вам там и адрес дали? Небось вы заплатили? – Она сощурила свои по-лисьи подведенные глаза и ухмыльнулась. – Где ваша фотография?

Рита протянула ей фотографию Виолетты. Конобеева несколько минут рассматривала снимок, после чего молча достала из сумки связку ключей:

– Зайдите, мне есть что вам рассказать…

Рита не поверила своим ушам: сработало! Если эта женщина узнала Виолетту, значит, ее, Ритино, предположение, что кровь Крупиной была украдена из поликлиники для того, чтобы использовать против Валерия Крупина, верное! Вот и получается, что она своими действиями, причем как бы шутя, с единственной целью быть поближе к Марку, спасла человека от тюрьмы!

Конобеева быстрым шагом прошла в свою пахнущую кислой капустой квартиру, увлекая за собой Риту, усадила ее за стол, быстрым, отточенным движением вынула изо рта погасшую сигарету и раздавила ее в чистой стеклянной пепельнице. Прокашлялась.

– Хотите чаю? Я утром заваривала…

Рита отказалась.

– Валентина Петровна, расскажите мне, что вам известно об этой девушке…